|
Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее
|
Здоровье дороже:: - Формула действия. Глава 7.
Формула действия. Глава 7.Автор: s.ermoloff Сергей ЕрмоловФормула действия роман 7 Я просыпаюсь сразу после полуночи. Все мои чувства обострены. Разум мой работает с опасной ясностью. Он в состоянии компоновать обрывки опыта и внезапные мысли в яркие комбинации. Желание убить жизнь проявляется в каждой моей мысли. Я не хочу тратить себя на жизнь. Опыт жизни бесполезен. Жизнь – не самая важная часть реальности. Мне нравятся симптомы моего диагноза. Я вынужден подчиняться странности своих фантазий. Быть логичным опасно. Я ощущаю себя жертвой своего разума. Я никогда не захочу стать рабом смысла. Мне необходима каждая моя странность. Я боюсь своих знаний о себе. Я не обязан контролировать себя всегда. Для меня смысл – это поражение. Смысл – это ловушка. Мне не нужна моя предсказуемость. Я боюсь стать только разумным. Мне нравится следовать за своим сумасшествием. Только оно может найти ответы на все возникающие вопросы. Смысл никогда не казался мне надежной опорой в жизни. Я не хочу удержаться в границах смысла. Я не умею не быть странным. Я знаю, что любой человек может оказаться не тем, кто он есть. Я пытаюсь контролировать свое сумасшествие. Такова жизнь. Она никогда не останавливается. Чтобы выжить, иллюзии и ложь необходимы. Но нужны ли они, чтобы умереть? Каждый человек старается не замечать свои мысли о смерти. Ощущение неизбежности смерти – самое сильное из всех ощущений человека. Жизнь может быть только ожиданием смерти. Я боюсь не умереть. Я не могу быть уверен в своей смерти. Нет. Не уверен. Для меня это очевидность, которую всегда предчувствуешь, потому что она отмечена знаком – каким знаком? Не знаю. Я понял. Я все понял. Очень важно научиться вскрывать вены. Мне нравится быть причиной своего страха. Все, что казалось мне нормальным стало диагнозом болезни. Ты нарушил границу, и у тебя только один союзник – я. Помни об этом. Ничто не кончится, пока не кончится по-настоящему. Я боюсь мыслей, которые могут изменить меня. Страх перед мыслью всегда унизителен. Мысль перестает казаться правильной, как только удается выразить ее словами. Я уже не уверен, что изобразил себя нормальным. Ну и как? Уловил, что к чему? Незавершенное и есть будущее. В конечном счете ты будешь в моей власти. Разве нет? И в результате – этот кошмар для нас с тобой. Я отогнал от себя эту мысль. Я попытался изгнать все из своей головы и приготовился стать победителем. Или умереть при попытке. Я хочу аккуратной смерти? Или небрежной? Есть вещи, которые лучше не знать. Я помню о смерти всегда. Я нахожусь в пути к чему-то. Нет ничего, что выглядело бы убедительнее смерти. Если бы все закончилось, я бы не возражал. Я знаю, что смерть всегда рядом. Мне необходимо рассказать все, что я знаю о человеке, которым вынужден быть. Мне нравится разоблачать его. Я тороплю свои самые важные откровения. Я запрещаю себе думать. Невозможно думать всегда. Мне нравится знать: счастливчики тоже умрут. Никакое другое знание не радует меня больше. Я не хочу унижать себя жизнью. Меня не интересует жизнь. Иногда кажется, что я устал от жизни. Очень удобная идея, успокаивающая идея. Но в ней одно «но»: это неправда. Я знаю о чем говорю. Я говорю о себе. Я забиваюсь в свое убежище и вливаю в себя очередную дозу безразличия. Никакой радости я от этого не испытал. Я оказался во власти тошнотворной беспомощности, которую мне никак не удавалось преодолеть. Я – тоже испытание для меня. Мне нравится знать, что смерть исправит все мои ошибки. Невозможно не ощущать необходимость смерти. Мне необходимо признаться в том, в чем не способен признаться ни один другой человек. Что важнее ненависти? Только отчаяние. Я не хочу радоваться своей беспомощности. Я еще не остановлен. Я обязан вырваться из замкнутого круга, и должно еще пройти время, чтобы я мог это сделать. Кто может знать правила игры? Я боюсь следовать правилам. Мне необходимо играть против себя. Кому под силу осознать это? Я хочу перестать бояться своей непохожести на окружающих меня людей. Люди причиняют мне только боль. Жить рядом с ними невозможно. Я никогда не захочу участвовать не в своей игре. Каждый человек уверен только в своей правоте. Мечтаешь продаться подороже? Ты – раб. Хочешь сказать, что ты не знал этого? В самом деле не знал? Мне не всегда удается узнать себя в своих признаниях. Никогда не знаешь, кем окажешься в своем следующем признании. Я боюсь продолжения своих признаний. Но мне все еще необходимы признания, которые объяснят, что со мной происходит. Я не знаю, с каким из своих объяснений мне следует согласиться. Каждое объяснения похоже на приговор. Ночью я просыпаюсь в слезах. Не могу вспомнить своего сна. Теги: ![]() 2
Комментарии
Еше свежачок
На темном небе непогода,
под ручку город ходит с ней, давя ботинками заводов окурки бледных фонарей. Блестит, как пряжка, Исаакий и куполов латунный ряд - старался…он бывает всяким, сегодня город просто рад. Он - в брюках тесных переулков, она - закручена в щифон… Все люди спят и даже Пулково ушло на краткий ватный сон....
когда-нибудь мы все перейдем в микросхемы…
и станем эмоционально немы. Нет, не сейчас и не я - далекий потомок станет жить по закону Ома. Думаете, для красного говорю словца? ребя, глупо очевидное отрицать - слепок личности в квантовый комп расшифровав, закодируют и - оп, загрузят до последнего синапса и…все человеческое отринется.... Александр Макаров поднимался по широкой лестнице бывшего советского завода «Красный богатырь». Сегодня здесь, на этажах когда-то процветавшего предприятия, расположились арендаторы: юридические фирмы, туристические фирмы, салоны красоты и другие организации.... Стройка началась с возведения тёмной башни, нависающей на её окраине за самым котлованом. Наскоро сколоченное деревянное строение должно было известить всех, начиная от главного инженера и заканчивая вороньё, что скоро здесь появится очередное бетонное чудо, коробка в девять этажей, внутри которой зажгутся лампады и будут орать христианские младенцы, поедаемые заживо евреями-строителями (хотя где вы видели хоть одного еврея-строителя).... В проёме небольшого трехэтажного здания, служившего ранее скорее всего неким административным центром заводоуправления, стоял мальчик. Лицо мальчика подсвечивала скупая недоношенная Луна, которая огрызком ногтя цеплялась за небо. А рядом с нею, угревой сыпью, были хаотично разбросаны звёзды.... |

