Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

За жизнь:: - Каюк

Каюк

Автор: вионор меретуков
   [ принято к публикации 23:46  03-07-2013 | Лидия Раевская | Просмотров: 538]
…В Первой Градской больнице, в челюстно-лицевом отделении, как всегда было плохо с местами. И меня, подремонтировав, выкинули из палаты. А чтобы я не очень-то возмущался, меня на несколько дней положили в коридоре этажом выше. Там лежали больные после перенесенного инсульта.

«Почему не приходит Вова?» – раздраженно обращалась одна больная к дочери. Старуха, по мнению врачей, находилась на пути к выздоровлению и вела себя весьма активно. То есть болтала все, что ей взбредало в голову.

«Ты что, оглохла? Я спрашиваю тебя, почему не приходит Вова?» — повторила она.

«Вова на работе», — кротко ответила дочь.

«А Толик? Толик-то где? – ныла выздоравливающая. — Он ни разу меня не навестил».

«И не мудрено».

«Что ты хочешь этим сказать?» — возмутилась старуха, приподнимаясь на кровати.

«Мама! Толик же умер десять лет назад!»

Больная опустилась на подушки и прошептала, глядя в потолок:

«То-то я смотрю, его все нет и нет...»

И спустя минуту, с глубокой обидой:

«А вообще-то, мог бы и прийти!»



… За три недели до этого мне стало плохо. В больницу меня привезли поздним вечером. В приемном покое мне довольно долго пришлось дожидаться своей очереди.

Я сидел в коридоре рядом с каким-то мужчиной в больничной пижаме. У мужчины был безучастный вид, и от него сильно пахло спиртным. В коридоре мы были одни. Время было позднее, не было ни нянечек, ни уборщиц. Мужчина беспрестанно курил и мял лицо бледными пальцами.

Дверь в кабинет была открыта, и я видел, как полупьяный врач, в расстегнутом на волосатой груди халате, снимает показания с пожилого малорослого мужика без глаза. Вернее, глаз был, но находился он не там где ему положено, то есть на лице несчастного, а в его руке. Врач капризничал, и голос у него был высокий, неприятный.

Мужичок, отвечая на расспросы врача о месте жительства, годе рождения и прочей чепухе, держал ладонь с глазом лодочкой и прижимал ее к щеке, вероятно, в надежде, что врачи, когда у них появится время, око, выбитое в драке, вновь вмонтируют в глазницу.

Глаз, весь в крови, покоился на ладони и был связан с глазницей тонкой, похожей на ниточку, жилкой. Мужичок, тоже полупьяный, смотрел на врача уцелевшим глазом и терпеливо отвечал на расспросы. Он слегка постанывал. Но не возмущался. Видно, привык. Мне в голову пришла сумасшедшая мысль, а что если в выбитом глазе сохраняется жизнь, и мужик видит и этим глазом?..

А врач продолжал расспрашивать. Голос его стал монотонным. Мне захотелось спать.

У моего соседа кончились сигареты. Я угостил его. Он снова закурил.

- Вон там, сзади, — мужчина пальцем указал на одну из дверей в коридоре, — лежит мой рабочий. Я прораб. После работы вмазали по стакану какой-то дряни. Правда, он вмазал два. Меня откачали, а вот его… – мужчина опустил голову.

Я обернулся и в глубине ярко освещенной комнаты увидел каталку, а на ней тело, покрытое простыней. Из-под простыни выглядывала голая пятка с фиолетовым номером. Номер я запомнил. Сорок первый.

- Теперь мне каюк, — тусклым голосом сказал мужчина.

Я посмотрел на него.

- Срок мне светит, такая вот петрушка, — пояснил он и зябко повел плечами. – Я какой-никакой, а начальник. Распитие на рабочем месте… Я в ответе за подчиненных… Мать честная, я ведь вчера клялся Наташке, что завяжу!

Наконец за одноглазым пришел санитар. Мужик встал. Когда его уводили, он продолжал держать левую руку у лица. Санитар поторапливал его:

- Передвигай ножонками-то, ну что ты, как неродной.

Врач быстро заполнил мою карту и выставил за дверь. Велел ждать в коридоре. Вернулся санитар и сразу направился в кабинет врача.

Через минуту из глубин коридора выплыла широколицая женщина с папиросой в зубах и унесла мою одежду. Взамен я получил выцветшую пижаму, два левых ботинка без шнурков, черное пальто с одной пуговицей и ушанку с кожаным верхом. В таких раньше ходили водопроводчики.

Я кое-как втиснулся в обнову и, хромая на обе ноги, устремился за санитаром. Шапка не налезала, и я нес ее в руке.

В башмаках, похожих на футбольные бутсы, не было стелек, и сапожные гвозди впивались в подошву. Я вспомнил осмысленные страдания Рахметова и зашагал веселей.

Проходя мимо огромного зеркала в холле приемного покоя, я не удержался и посмотрел на себя. Я был похож на заключенного. Или на блудного сына из «Не ждали» Репина. Те же больные глаза фанатика и готовность к смерти. Шапка в руке взывала к подаянию. Я себе очень понравился. Никогда я не выглядел столь убедительно.

На улице было безумно холодно. У входа стояла «Волга» без номеров. Крыша ее заиндевела. Окна были без стекол. Водитель, похожий на деда Мороза, в тулупе, валенках и огромной шапке с опущенными ушами, хмуро посмотрел на меня и сказал:

- Застудишь голову, чудик!

- Не лезет, — ответил я и показал шапку.

Он что-то пробормотал. Мне послышалось: «вот отрастят себе головы, вшивые интеллигенты, и жалуются, что никакие шапки на них не лезут...»

Мы с санитаром погрузились в машину. Санитар посмотрел на листок, пришпиленный к моей медицинской карте, и крикнул деду Морозу:

- В двенадцатую.

Мотор затарахтел, и мы поехали. По салону гулял ледяной ветер. Я сумел-таки нахлобучить шапку, и голове стало еще холодней.

В тот же вечер мне сделали операцию. Операция длилась часа два.

Уже ночью меня привезли из операционной и положили в коридоре. В палатах мест не было.

Утром меня навестил Мишка Розенфельд. Он осмотрелся мое временное пристанище и крякнул.

Особенно возмутила его моя раскладушка. Пружины отсутствовали, матрац провалился, и я практически лежал на полу.

Мишка приосанился и пошел разыскивать заведующего отделением.

- Сейчас я ему, курве, устрою веселую жизнь. Гляди же, паскуда! Людей держит, словно свиней...

Минут через пятнадцать он вернулся. Глаза его были подернуты влагой. Вид у него был мечтательный.

- Очень мила… – произнес он задумчиво, — очень!

Выяснилось, что отделением руководит женщина, причем женщина молодая и красивая.

- Высший класс! Бюст у нее изумительный… – Мишка опять крякнул и подкатил глаза. – А взгляд такой, что я едва не кончил. Клянусь, если она еще раз так на меня посмотрит, я не удержусь и трахну ее прямо в кабинете.

- Значит, ты договорился?

Он широко раскрыл глаза:

- Ты что, с ума сошел!? Не мог же я, в самом деле, залезть на нее сразу после знакомства...

- У тебя одни бабы на уме! – зашипел я. – Я ж не об этом!..

Мишка хлопнул себя ладонью по лбу.

- Прости, прости, прости! Видишь ли, она говорит, что, действительно, свободных мест нет. Но она поклялась, что при первой же возможности...

- Какая же ты сука, Мишка!

- Ничего, потерпи, — успокоил он меня, — через пару дней я сумею добиться твоего перевода в Кремлевку, в Кунцево. Сразу не могу. Нужный человечек отдыхает на Багамах.

Мишка не подвел: через два дня он позвонил мне и сказал, что договорился с Кремлевкой и что сегодня за мной придет машина и отвезет в Кунцево.

Но я гордо отказался, мотивировав свой отказ тем, что «я всегда должен быть со своим народом».

Мишка обозвал меня идиотом.

Но я ни разу не пожалел о своем решении. В больнице я познакомился с весьма занятными персонажами. Например, с усатым красавчиком, которому в драке соперник откусил кончик носа. Звали усача Ашотом.

В челюстно-лицевом отделении Ашоту сделали пластическую операцию. Операция состояла из нескольких этапов. Сначала у него отрезали лоскут кожи на животе и приживили к локтю. Какое-то время Ашот ходил с прижатой к животу рукой. Это было неудобно, но терпимо.

Неделю спустя локоть приторочили к носу. От этого голос красавца изменился и на время стал гнусавым.

Ашот, с вытянутой как в нацистском приветствии рукой, был похож на оратора-фашиста, готовящегося бросить в толпу боевой клич. Как раз в этой стадии многоступенчатой операции мне и довелось с Ашотом свести короткое знакомство.

В курилке он охотно делился с другими больными своими воспоминаниями о драке. Раз от раза его речи становились красочней и экспрессивней. Протянутая рука добавляла ему убедительности. При этом Ашот яростно ругал грузин. Оказывается, нос ему откусил уроженец Кутаиси.

- Все грузины сволочи, — безапелляционно заявлял Ашот.

Я вспоминал одного из своих друзей, добрейшего и благороднейшего Валю Чантурия, и недоверчиво пожимал плечами.

- Не знаю, не знаю… Ну, не могут же все грузины быть сволочами.

Ашот резко поворачивался ко мне, сверкал черным глазом и гугниво рокотал:

- Могут! Еще как могут!

Через неделю я вышел на свободу. Под левой нижней челюстью у меня теперь красовался ровный беловатый шрам. Любопытным барышням я как бы неохотно пояснял, что в молодости воевал в Нибелунгии. А шрам этот — след от удара штыком. Никто ни разу не спросил меня, где находится Нибелунгия и какого черта я там делал.



Теги:





3


Комментарии

#0 10:44  04-07-2013Дмитрий Перов    
нормальный отрывок такой

вспомнил и своё пребывание в челюстно-лицевом отделении 1-ой Градской. Откуда меня так же выперли за отсутствием мест. С переломом челюсти, блять.
#1 16:45  04-07-2013basic&column    
Хороший рассказик о нашей медицине.

Но я опять чувствую себя обескураженной. Поскольку читала это под названием: "Пятка с номером".

Написанному тексту подбирается название. Оно может по разному относится к тексту, но является его меткой.

У нас ассоциативная память, при упоминании названия мы вспоминаем его содержание.

Вы берете и меняете только название, все остальное то же, от корки до корки.

Для чего, Вы, это делаете? Ведь это пустышка, обман, сбой программы!

Может, Вы утешаете себя тем, что вместо одного рассказа у Вас два?

Вместо 500 - 1000!

#2 17:36  04-07-2013MAXXIM    
ты попал, парень
#3 01:37  11-07-2013Лев Рыжков    
Так-то неплохая зарисовка. Автор небезнадежен))

Комментировать

login
password*

Еше свежачок
16:58  01-12-2016
: [21] [За жизнь]
Ты вознеслась.
Прощай.
Не поминай.
Прости мои нелепые ужимки.
Мы были друг для друга невидимки.
Осталась невидимкой ты одна.
Раз кто-то там внезапно предпочел
(Всё также криворуко милосерден),
Что мне еще бродить по этой тверди,
Я буду помнить наше «ниочем»....
23:36  30-11-2016
: [54] [За жизнь]
...
Действительность такова,
что ты по утрам себя собираешь едва,
словно конструктор "Lego" матерясь и ворча.
Легко не дается матчасть.

Действительность такова,
что любая прямая отныне стала крива.
Иллюзия мира на ладони реальности стала мертва,
но с выводом ты не спеши,
а дослушай сперва....
18:08  24-11-2016
: [17] [За жизнь]
Ночь улыбается мне полумесяцем,
Чавкают боты по снежному месиву,
На фонаре от безделья повесился
Свет.

Кот захрапел, обожравшись минтаинкой,
Снится ему персиянка с завалинки,
И улыбается добрый и старенький
Дед.

Чайник на печке парит и волнуется....
07:48  22-11-2016
: [13] [За жизнь]
Чувств преданных, жмуры и палачи.
Мы с ними обращались так халатно.
Мобилы с номерами и ключи
Утеряны навек и безвозвратно.

Нас разстолбили линии границ
На два противолагерные фронта.
И ржанье непокрытых кобылиц
Гремит по закоулкам горизонтов....