Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

Х (cenzored):: - Книга Жалоб

Книга Жалоб

Автор: Лилиана Лаврова
   [ принято к публикации 21:11  28-09-2013 | Гудвин | Просмотров: 434]
В комнате горит яркий свет. Он что-то говорит мне, но я не вслушиваюсь в слова. Просто потому что он прекрасен. Самый замечательный из всех мужчин на планете. Идеальный мужчина в моих глазах. Кажется, что он сияет, и это его сияние заслоняет для меня яркой свет. Он расстроен. На его глазах практически выступают слёзы.
- Знаешь, — произносит он, — она опять меня отвергла.
- Я же говорила, не обожгись, — отвечаю я.
На этом время откровенностей временно заканчивается. Мы вновь со всеми. Мы друзья. Наверное. Он снова становится жизнерадостным. Кажется, что он изменился. Стал старше. Умнее. Но по-прежнему безумно красивый и обаятельный. Он сидит рядом, прикасается ко мне так просто. Мы друзья. Я совсем не хочу признаваться себе, что он мне нравится. Я не хочу признаться себе, что мои чувства гораздо сильнее, чем просто нравится. Внутри меня по-прежнему барьер по отношению к нему. Ведь он — это лучшее напоминание мне о моём прошлом. О выборе, который я когда-то сделала. Мы друзья. Наверное. Мы друзья. Ровно настолько, чтобы жаловаться друг другу на неудачи. И, наверное, немного доверять.
Он перепил и мне приходится помочь ему выйти на улицу, чтобы подышать свежим воздухом. Он обнимает меня, я обнимаю его. Мы друзья. Книга Жалоб друг для друга. Но какой же он горячий. Я схожу с ума от такой близости с ним. Я задыхаюсь, хоть дыхание моё и остаётся ровным. Он наклоняется ко мне и утыкается лицом в мою шею. Это невыносимо сладостно для меня, но я не признаюсь в этом себе. Потому что так нельзя. Потому что он – моё табу.
- Я пойду домой, — тихо произносит он.
- Я тебя не отпущу в таком состоянии, — отвечаю я.
- Я хочу тебя, — шепчет он.
- Ничего не будет.
- Ты такая жестокая.
Мы возвращаемся в дом. Он сразу же идёт в спальню и просит побыть с ним. Я открываю форточку, чтобы ему не становилось плохо, и ложусь рядом. Я говорю о каких-то глупостях, пока он не засыпает, и возвращаюсь к гостям. Позже, когда все уже разошлись, я возвращаюсь в спальню, закрываю форточку, чтобы он не простыл, и укрываю его одеялом. Сама ложусь рядом, обнимаю его и засыпаю. Я скрываю от самой себя, что счастлива, просто потому что нельзя.
Я просыпаюсь раньше. Я чувствую себя великолепно. Начинаю тормошить его и задавать глупые вопросы. Пытаюсь наощупь найти шрам на его теле. Потом встаю, спрашиваю, будет ли он чай или кофе, и, получив отрицательный ответ, ухожу на кухню. После всех сборов возвращаюсь в спальню, тормошу его и произношу:
- Солнышко, вставай, мне пора на работу.
Он поднимается с постели. Он какой-то помятый, не выспавшийся. Но такой забавный и естественный. Такой он мне нравится гораздо больше, чем обычный с иголочки. Он начинает медленно заправлять постель. Но на это уже нет времени.
- Оставь постель, — тороплю его я, — Я опаздываю!
Мы выходим из дома и расходимся каждый по своим делам. Кто-то из бабушек-соседок видит, как мы утром вместе выходили из дома, и начинают судачить об этом. Но мы об этом никогда не узнаем.

* * *

- Прости, — говорю я в трубку,- я тебя вчера, наверное, разбудила своим звонком. Да и вела себя не очень, рыдала, истерила, жаловалась…
- Ничего страшного, — отвечает он.
- Знаешь, — произношу я,- я тебя хочу.
- Не стоит.
- Я для тебя слишком непривлекательна?
- Нет. Просто я не хочу пользоваться твоим состоянием.
- Спасибо.

И вот он рядом. Лежит на постели и смотрит на меня из под ресниц. А я сижу рядом с ним и держу его за руку. Я счастлива. Я понимаю и осознаю, что мои чувства не просто дружба или симпатия, что они гораздо сильней. И в его глазах я вижу, что между нами что-то есть. Он достаёт наушники и даёт мне послушать какую-то замечательную песню на своём телефоне. И за моей спиной, прямо из лопаток незаметно вырываются крылья. Я становлюсь сама собой. Я отбрасываю все свои маски и больше не притворяюсь никем. Я люблю. Я. Люблю. Его. Признаюсь в этом сама себе. И я отдаю ему своё сердце и всю себя. И это так сладостно, как никогда в жизни, как впервые. До слёз. До боли. До дрожи. До хриплых стонов. И ещё долго я не могу успокоиться и продолжаю дрожать. А потом мы засыпаем. И во сне я обнимаю его и держу в руках его ладонь. Ночью я на пару секунд просыпаюсь и укрываю его одеялом. И вновь засыпаю, счастливая.

Утром нас будит будильник на его телефоне. Он говорит мне, чтобы я не вставала его провожать. И уходит. А я ещё долго лежу в постели. И я счастливая.
Я признаю сама перед собой, что люблю его. Я ломаю свои стереотипы, барьеры и предубеждения. Для меня это настолько же больно, как ломать пальцы по одному без анестезии. Но я ломаю. И я счастлива.
А потом он не отвечает на звонок. И не перезванивает. Он просто исчезает, даже не смотря на то, что мы друзья. Его как будто нет, и никогда не существовало.

* * *

Мне больно? Не знаю. На моём лице улыбка и голос совершенно не дрожит. Но где-то внутри из меня пытается вырваться истерика. Она ломает рёбра изнури, так больно, что хочется рвать волосы на голове. А я молчу и улыбаюсь. Делаю вид, что ничего не заметила. Что не видела, как просто к нему прикасается другая. Лжец. Врал мне, что одинок и несчастен. Врал, что не хочет пользоваться моим состоянием. Лжец. И я делаю вид, что мы незнакомы. И он ведёт себя так же. Лжец.
Я. Люблю. Его.
Я. Без. Ума. От. Него.
Я. Задыхаюсь. Без. Него.
Я просто живу и улыбаюсь. Я делаю вид, что меня волнуют совершенно другие вещи. Я не признаюсь, что безумно скучаю. По его голосу. По его ладоням. По его прикосновениям. По нему. Я молчу. Моя истерика уже не так яростно ломает рёбра. Я стала старше. Я научилась подавлять в себе подобные чувства. Я научилась скрывать свои эмоции.
Я старалась. Я, правда, старалась. Стать лучше для него. Чтобы он это заметил. Но неожиданно мне стало понятно. Не важно, что я буду делать, и насколько хороша стану. Не важно. Это ничего не изменит. Он никогда не станет по-настоящему моим. Ведь для него я не больше, чем Книга Жалоб. А Книгу Жалоб закрывают и забывают, после того, как напишут в ней свои претензии…


Теги:





-1


Комментарии

#0 01:53  29-09-2013Файк    
Ёбанарот, и тут рыпка золотая.
#1 01:53  29-09-2013Файк    
Цветок лотоса, сорри. Впрочем, однохуйственно.
#2 06:17  29-09-2013Стерто Имя    
бубновые откровения какието...

"Он начинает медленно заправлять постель. Но на это уже нет времени"

былоб время да?.... красная армея всех сельней...


Комментировать

login
password*

Еше свежачок
22:05  09-12-2016
: [0] [Х (cenzored)]
Шагает с портфелем
Бредет он устало
На борьбу против лени
Шагает упрямо

Упала зарплата
Не в деньгах ведь счастье
Дыру в пиджаке прикрывает заплата
Являясь собою целого частью

А в здании сером
Цветастые дети
Рисуют похабщину мелом
Рисуют и те блять и эти

И парты исчерчены малой рукой
И порваны в клочья цветы у окна
И пнуть б малолетних дебилов ногой
Но вот раздается вопль звонка

И серый, угрюмый учитель
Безумств вакханал...
- Я беременна.
- Не сомневаюсь.
- Не веришь?
- Почему же. Верю. Прошлый раз ты обещала приехать к моим родителям, чтобы рассказать им о наших близких отношениях.
- Я погорячилась.
- А позапрошлый раз ты была не замужем, но из твоей квартиры с воплями выскочил твой муж в семейных трусах и почему-то без топора....
15:50  09-12-2016
: [0] [Х (cenzored)]

...Пока я принимал душ и одевался, Карл подогнал машину к отелю. Он намеревался после завтрака с поколесить по окрестностям, чтобы проветрить мозги после вчерашнего. Почти одновременно к отелю подкатило такси с зальцбургскими номерами. В нем находилось юное создание с длинными льняными волосами....


Маньяк цветовод Лизунец Апостолович Оригами
распял себя думками: Мой гений, большого предтечие -
спасёт мир, восстановление девственности муравьями,
путём щекотания сломанного - совсем без увечия.

Мерси девчонке, посаженной голой на муравейник,
слыла она брошенкой, а стала как новая лялечка -
бесспорно, открытие тянет на Нобеля премию,
с воплем фанаток: Лизуньчик, ты наш пупсик и заечка!...
23:38  07-12-2016
: [8] [Х (cenzored)]
Кошка видела в окошко:
падал пух лохмато вниз
На деревья, на двуногих,
и на замшевый карниз.
Полизала, жмурясь, лапку,
шубку белую, как снег,
И зевнула сладко-сладко,
окунаясь в сонность нег....