Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

Кино и театр:: - Кукловод

Кукловод

Автор: Роман Сергеев
   [ принято к публикации 21:14  06-12-2013 | Гудвин | Просмотров: 728]
— Нейтан, все куколки одинаковы. Эта, или та. Любая. Блондинки, брюнетки, рыжие. Не важно. Найти её для меня не проблема.
— Скай, давай поспорим на тысячу баксов, что я укажу любую куколку, а ты сделаешь так, что она поедет с тобой в Гавану. Прямо завтра.
Повисла пауза. Слишком долгая.
На сцене, стилизованной под нью-йоркское кафе начала прошлого века сидело за столиком двое парней. Смазливый широкоплечий молодой человек в чёрной рубашке и светло-голубых брюках. И смахивающий на гангстера тип с худым вытянутым лицом и горящими глазами, одетый в угольно-чёрный пиджак в широкую белую полоску.
— Так, какого черта! — не выдержал я, наконец, и выскочил на сцену. — Брэндон, почему ты опять пропустил свою реплику? Мы репетировали это уже сто раз. И всякий раз ты спотыкаешься на этом месте. Скоро премьера, а ты спишь на ходу!
— Я убью тебя! — закричал в ярости тощий парень, вскочив, он схватил за грудки Брэндона. — Ты делаешь это специально, чтобы разозлить меня, тварь!
— Стоп. Стоп. Хэнк, успокойся, — миролюбиво проронил я, отрывая его руки от воротника довольно ухмыляющегося Брэндона. — Давайте сделаем перерыв.
Хэнк, сверкнув испепеляющим взглядом, демонстративно развернулся и ушёл за кулисы.
— Пит, тебя тут кое-кто ищет, — услышал я мелодичный женский голос.
Обернувшись, увидел одну из актрис шоу, полноватую блондинку с круглым добродушным лицом, пухлыми, сильно накрашенными губами. На ней был костюм кошки для танцевального номера, колготки в сеточку, золотистый топик, чёрная юбочка, к которой был прикреплён длинный шнур с кисточкой на конце.
— Кто? — скорчил я кислую мину.
Она махнула рукой в сторону посетителя, немолодого мужчины в плаще, не снявшего даже в помещении темно-серой старомодной шляпы с шёлковой лентой. Я спрыгнул со сцены, и дошёл до него.
— Питер Кларк, — представился я.
— Гарольд Джонсон, — ответил он низким, хрипловатым голосом. — Вы режиссёр этого шоу? «Парни и куколки». Я так понимаю?
— Да, совершенно верно. Через неделю премьера. А что вы хотели, мистер Джонсон?
— Я хотел бы выступить спонсором вашего представления. Думаю, вам это не помешает?
Денег много не бывает. Особенно у нищих бродвейских актёров, для которых новая постановка всегда лотерея с непредсказуемым результатом. Пойдут зрители на шоу или нет, знает один Бог.
— А что конкретно вы хотите? Вы представляете какую-то фирму? Хотите, чтобы мы включили логотип на афишу или в программку? К сожалению, мистер Джонсон, макеты программки, афиш уже переданы в типографию…
— Нет-нет, мистер Кларк. Можно я буду звать вас Питер? Я хотел бы, чтобы вы поставили этот мюзикл в моем доме. Для моей жены.
— Для жены? — удивлённо поднял я брови. — А почему вы не можете привести её в наш театр? Вряд ли в вашем особняке такие же условия…
— Она очень больна, Питер, — объяснил он с горечью. — Из дома не выходит. Но очень любит этот мюзикл. Не думаю, что вас затруднит выступить режиссёром маленького домашнего спектакля. Ваша работа будет хорошо оплачена. Уверяю вас. Я могу сразу выписать чек. Когда вы смогли бы приехать?
— Через неделю закончу и могу посетить вас, мистер Джонсон. Вы хотите, чтобы наша труппа сыграла у вас в доме?
— Нет. У меня свои актёры. Надеюсь, они вам понравятся. Я располагаю всем, музыкантами, актёрами, декорациями. Мой особняк находится в пригороде. Через неделю шофёр отвезёт вас…
— Шофёр? В этом нет необходимости. У меня есть машина, я могу сам приехать.
— Нет, вы не найдёте. Мой дом находится на отшибе, в лесу, туда не так просто добраться. Для вас это не проблема? Вы же не боитесь? — тонкие губы на его вытянутом бледном лице тронула едва заметная усмешка.
На следующее утро после вечеринки по случаю премьеры, на которую к счастью, пришло достаточно зрителей, у меня настолько раскалывалась голова, что звонок в дверь я воспринял, как посягательство наёмного убийцы на мою жизнь. Закрыв голову подушкой, я лежал в испарине на диване. Пытаясь решить мучивший меня вопрос, что сделать — набить морду тому ублюдку, кто посмел разбудить меня в такую рань, или сварить себе кофе.
Но звонок трезвонил так, что в итоге, я грязно выругался и, натянув брюки и рубашку, решил открыть дверь. На пороге нарисовался высокий мужчина неприметной внешности, в солнцезащитных очках, одетый в темно-синий отлично сшитый костюм.
— Что угодно, сэр? — сквозь зубы, процедил я.
Бить морду этому парню мне расхотелось мгновенно. Он был на голову выше меня и в два раза шире в плечах.
— Добрый день, мистер Кларк, — с неким даже удивившим меня подобострастием, произнёс незваный гость. — Я — шофёр мистера Джонсона. Вы обещали приехать, чтобы заняться постановкой шоу.
— Да, помню, — с громадным неудовольствием я вспомнил типа, который приходил ко мне на репетицию. Оставил чек на кругленькую сумму, которую я уже умудрился растранжирить. — Подождите меня, я сейчас выйду.
Около моего дома стояла роскошная тачка, которая примирила меня с необходимостью тащиться в неизвестную даль с жуткой головной болью. Массивный похожий на крейсер, темно-бордовый лимузин. Я залез внутрь, оценив, что салон цвета топлёного молока из дорогой кожи под стать внешнему облику.
Машина мягко снялась с места и только по ускорению, вжавшему в сиденье, я понял, с какой невероятной скоростью мы несёмся по городу. Запахнувшись пиджаком, я прикорнул в уголке и задремал под убаюкивающее едва слышное урчанье мотора.
Очнулся я в тот момент, когда кто-то довольно требовательно постучал меня по плечу. Я вылез из машины и огляделся. Густой, непроходимый лес стеной окружал по периметру английский парк, с рядами, высаженных в шахматном порядке, туй в виде веретена.
Парк пересекала бетонная дорожка, которая заканчивалась у крыльца двухэтажного особняка, отделанного потрескавшимся темно-серым кирпичом. Стрельчатые окна, цилиндрическая башня с зубцами, которая возвышалась по центру, делали здание похожим на средневековый замок.
— Проходите, мистер Кларк, — поклонившись, произнёс шофёр. — Хозяин вас ждёт.
Он сопроводил меня до дверей, которые затем почтительно распахнул передо мной. И я оказался внутри. Интерьер ничем не выделялся из всех роскошных домой, где мне приходилось бывать. Широкая мраморная лестница, картины в резных позолоченных рамах и статуи в нишах наличествовали.
— Приветствую вас, Питер. Рад видеть, — произнёс хозяин, спускаясь по лестнице навстречу. — Вначале позвольте предложить вам скромный завтрак, а затем я покажу вам зал, где вы будете работать.
— И познакомьте меня с вашей труппой, — по-деловому напомнил я.
— Конечно, конечно, — уверил он меня со снисходительной улыбкой.
После завтрака, Джонсон провёл меня в небольшой зал, со стенами, отделанными бордовым набивным шёлком, с тремя рядами бархатных кресел и полукруглой эстрадой, закрытой тяжёлым занавесом. Сверху нависала широкая крестообразная балка, выкрашенная в чёрный цвет.
— Ну, давайте, мистер Джонсон, я познакомлюсь с актёрами, музыкантами, — с комфортом расположившись в кресле на первом ряду, я вытащил из кейса либретто и ноты. — Чтобы время не терять. Напомню коротко, нужны люди, умеющие петь и танцевать.
Его губы тронула загадочная улыбка. Он подошёл к стене, провёл рукой. Медленно выдвинулась панель, испещрённая кнопками и тумблерами. Раскрылся занавес, продемонстрировав ряд висевших на длинных шнурах марионеток в человеческий рост.
— Мистер Джонсон, я не занимаюсь куклами, — я сделал вид, что хочу уйти. — Почему вы сразу не сказали об этом?
— Не волнуйтесь, Питер, — успокоил он. — Это необычные куклы, вы сами убедитесь в этом. Вы сможете работать с ними, как с живыми актёрами.
— Хорошо, тогда я хотел бы поговорить с актёрами, которые за них будут говорить и петь. Мне нужно отобрать голоса нужного тембра.
— В них встроен динамик и устройство для воспроизведения звука. Их можно настроить, как вам угодно.
— Ну ладно, черт с этим. А танцевать они как будут на этих верёвках? Как парализованные кузнечики? — хмуро бросил я. — Или танцевальные номера выкидываем?
— Ну что вы, Питер. Я все предусмотрел. Смотрите.
Он щёлкнул тумблером, длинные шнуры с лёгким щелчком отсоединились от кукол и те вместо того, чтобы свалиться на пол, встали на ноги, как люди.
—Ну что вам показать, Питер? — задумчиво проговорил Джонсон себе под нос. — А, вот это!
Часть кукол разошлось в сторону, оставив трёх, выглядевших, как девушки, одетые в костюмы кошек в сетчатых колготках, соблазнительных костюмах. Послышался музыкальный аккомпанемент, и куклы лихо, а главное, артистично и возбуждающе, сплясали танец кошек из мюзикла «Парни и куколки».
— Это роботы? — спросил я, когда смог подобрать упавшую от изумления челюсть.
— Нет, не совсем. Моя собственная технология, — объяснил Джонсон с нескрываемой гордостью. — Секрет.
Не скрывая восхищения, я выскочил на эстраду, подошёл ближе, стараясь разглядеть подробно. Вблизи куклы поражали совершенством: реалистично выполненная кожа, ясные блестящие глаза.
— Это круто, мистер Джонсон! Вы могли бы зарабатывать на этом миллионы! Я никогда не видел подобного. Если они поют также, как пляшут, я бы работал только с такими!
— Правда? Замечательно.
— У вас много таких кукол? Я могу выбрать для шоу? — поинтересовался я.
— Да, конечно, идемте, Питер. Покажу вам святая святых.
Джонсон провёл меня до цилиндрической кабины лифта из стекла на бронзовом каркасе. Спустившись, мы оказались в коридоре, который заканчивался широкой дверью.
Распахнув створки, я сделал шаг и замер поражённый. В просторном ярко освещённом помещении в несколько рядов висели на крестообразных балках, закреплённых к потолку, куклы. Мне показалось, что здесь их сотня, не меньше. Я прошёлся по рядам, касаясь одежды, лиц, рук. Это производило жутковатое впечатление. На миг показалось, что я нахожусь в зале с виселицами, на которых вытянувшись во весь рост, висят трупы.
— Что вы остановились, Питер? — поинтересовался Джонсон, который следовал за мной по пятам. — А, нравится? Это моё недавнее приобретение, — объяснил он. — Великолепный экземпляр. Прекрасный голос и пластика.
— Да, я вижу, очень красивая марионетка, — глухо произнёс я, проведя легко рукой по лицу и одежде куклы. — Сделано великолепно. Не отличишь от настоящей.
— Вот, Питер, все эти марионетки в вашем распоряжении, — как гостеприимный хозяин, Джонсон широко развёл руками, показывая на своё богатство. — Можете отобрать для вашего шоу любых. Вот здесь, — он отвернул куклу, показав висящую за ней табличку. — Указано в каком диапазоне сделан голос и встроен ли механизм, позволяющий танцевать.
Отобрав нужных для шоу кукол, я начал репетировать. Впрочем, этого делать не пришлось. Марионетки идеально подчинялись моим голосовым командам, не то, что живые артисты, которые опаздывают на репетиции, норовят забыть текст роли, или готовы вцепиться кому-то в глотку прямо на сцене. Проблема была только в полном отсутствии проявления эмоций на гладких лицах. Впрочем, для мюзикла, где требовалось в основном демонстрировать музыкальные навыки — это было не важно.
Через неделю я посчитал свою задачу выполненной.
— Мистер Джонсон, думаю, что шоу уже можно показать вашей жене, — сообщил я за завтраком. — Надеюсь, ей понравится.
— Отлично, отлично, Питер, — удовлетворённо сказал Джонсон. — Кроме оплаты я хотел сделать для вас ещё кое-что, — добавил он.
После завтрака мы вновь спустились вниз в коридор, который заканчивался хранилищем марионеток, но не стали туда входить. Джонсон показал мне на дверь рядом.
— Смотрите, Питер, я сделал это для вас.
В помещении, напоминающем операционную, со стенами, отделанными белой плиткой, стояло два стола, на одном из которых лежала кукла. Когда Джонсон приподнял её, я совершенно предсказуемо увидел собственное лицо, воспроизведённое с такой филигранной точностью, что казалось, вижу отражение в зеркале.
— Мистер Джонсон, мы с вами так не договаривались, — пробормотал я, ощущая, как мгновенно промокла рубашка от пота, пойманной в силки птичкой затрепетало сердце.
— Я хочу подарить вам вечную молодость, Питер. Бессмертие, — с пафосом изрёк Джонсон.
— Бессмертие? — переспросил я, облизав пересохшие от волнения губы. — Такое же, как вы подарили этим людям? Которых превратили в марионеток?
— А вы все поняли, — протянул он без малейших признаков досады. — Вы — умный человек. Меня восхищают такие люди. Не бойтесь, это будет совсем не больно. Вот, видите, — он подошёл к стоящей на столике призмой молочно-белого цвета, о стенки которой бились яркие разряды, словно туда заточили молнию. — Этот предмет, позволяет переместить душу в любой предмет, оживив его. Понимаете?
— Нет, мистер Джонсон. Я не хочу этого, — пробормотал я, пятясь спиной к двери.
И тут же наткнулся на препятствие. Резко обернувшись, заметил двух шкафообразных амбалов, в одном из них я узнал шофёра, который привёз меня сюда. — Я не собираюсь быть марионеткой…
— Мы все в какой-то степени марионетки, — проговорил Джонсон глубокомысленно. — Нас дёргают за невидимые нити, заставляя подчиняться законам, которые навязывает общество, религия, продажные политики, государство, которому на нас наплевать, когда дело касается защиты нас самих. А так вы не будете подчиняться никому. Не будете ощущать дискомфорт, что кто-то управляет вами. Перестанете мучиться и страдать.
— Это демагогия, мистер Джонсон,— перебил я его. — Вы берете на себя функцию Бога.
Он усмехнулся торжествующей улыбкой.
— Вам придётся смириться с этим. Я и есть Бог. В этом мире. Но это единственное правило. Все остальные будут отменены. Поверьте, это прекрасно.
— Почему бы вам, мистер Джонсон самому не сделать себя куклой? — поинтересовался я.
Он покачал снисходительно головой.
С лица сползла дружелюбная улыбка, он сделал короткий жест. Бугаи, грубо схватив меня за плечи, бросили на стол, закрепив руки и ноги ремнями. Джонсон подошёл ближе, надел мне на запястья браслеты, на лоб — плотный обруч, холодящий металлом. Подошёл к стене, рядом с куклой и резко опустил рубильник.
Пронзил короткий, но болезненный удар током, сознание помутилось на мгновение. Я открыл глаза, увидев белый потолок над собой, не ощущая ничего, ни холода, ни сожаления, ни боли. Только глухое, тупое равнодушие.
Вдруг погас свет, я словно провалился в тёмный, глубокий колодец. И когда вновь открыл глаза, увидел над собой круглую добродушную физиономию копа, который удовлетворённо произнёс:
—Доктор Алонсо, он пришёл в себя. Как чувствуете себя, мистер Кларк?
Я пошевелил руками, ногами. Присел на краю стола, с облегчением ощущая, что моё сознание вновь находится там, где должно быть — в моем собственном теле. Рядом стояла пара копов и высокий худощавый человек с вьющимися седыми волосами, притягивающими умом и живостью яркими глазами.
— Нормально, — бросил я, слезая со стола. — Какого черта вы так долго ехали? Этот ублюдок чуть меня не прикончил.
— Извините, мистер Кларк, — произнёс с едва заметным акцентом седой мужчина. — Это я попросил полицейских подождать. Нам было необходимо убедиться, что Джонсон действительно использует призму перемещения.
— Вы кто? — хмуро буркнул я.
— Да, извините. Забыл представиться. Меня зовут доктор Дерек Алонсо. А это моя помощница Алекс, — он указал на очаровательную чернокожую девушку, которая рассматривала призму через лупу. — Пойдёмте на свежий воздух, — добавил он.
Мы вышли в парк, по периметру оцепленный полицейскими машинами с проблесковыми маячками.
— Скажите, доктор Алонсо, — спросил я. — Если вы вернули мою душу обратно в тело. То вы смогли бы проделать это с остальными людьми, которых этот мерзавец превратил в марионеток?
Тяжело вздохнув, Алонсо отрицательно помахал головой.
—Увы, мистер Кларк. Вернуть душу можно только в тело. Живое. Но вы понимаете, все эти люди мертвы. Полицейские нашли захоронение. И мы даже не можем сказать, сколько людей убил этот мерзавец.
— Судя по количеству кукол, больше сотни, — с горечью сказал я.
— А почему вы интересуетесь?
— Пару месяцев назад пропала моя жена, певица. Поэтому я согласился быть «подсадной уткой» в этом расследовании. Надеялся её найти.
— Почему вы думаете, что она здесь? Возможно, она ещё вернётся к вам, — попытался успокоить он меня.
— Нет, я нашёл её куклу в хранилище этого ублюдка.
— Мне очень жаль, мистер Кларк. Но мы ничего не можем сделать. Увы. Мы долго пытались найти этого негодяя, который украл призму перемещения душ. И с вашей помощью нашли. Больше Джонсон никого не превратит в марионеток.


Теги:





1


Комментарии

#0 04:31  07-12-2013basic&column    
На любителя. Как будто переписанный сценарий западного триллера. Все ожидаемое и чуждое.
#1 11:30  07-12-2013Зазер Ю    
такое смотреть - труд, ну уж читать и подавно

Комментировать

login
password*

Еше свежачок
06:27  18-06-2017
: [7] [Кино и театр]
Театр - квинтэссенция простоты,
Где ты - это я, а я - это ты,
Где оба причастны одной cудьбе.
(Когда больно мне, то больно тебе),
Где жизнь - квинтэссенция пустоты
Со всполохом призрачной красоты,
Ее обнажённый бесстыдный полёт,
Где грим Азазелло на шабаш зовёт,
Огонь из светящегося конфетти,
И кто-то смеется и шепчет: "Прости"....
21:27  13-06-2017
: [6] [Кино и театр]
Стоят в глубинках городки,
Где петухи орут до хрипа.
Признаюсь, очень мне близки
Селения такого типа

Заборов их перекосяк
Выводит запросто к речушке
Любого, кто презрел "пятак"
Киношки, рынка и торгушки.

Читать оставьте, коль для вас
Тоскливы встречи с бедным бытом,
Моя история как раз
О месте всеми позабытом....
08:53  05-06-2017
: [23] [Кино и театр]
Развеяв по ветру последний марафет,
громит прибой прибрежные аптеки,
из склянок битых - йодом льёт рассвет,
дыхнуло гнилью, мидий взмыли веки

По рунами изрубленной доске
расколотое, скачет солнца блюдце,
свиваясь в имя чьё-то на песке,
лучи, рассеиваясь, литерами вьются

В медуз светильниках притушен белый свет
над ложами, укутанными илом -
дымится, рвётся солнца трафарет
горгоньей головой-паникадилом

Ложатся в пазл морских ежей скорлупки,
не затихает вет...
16:56  02-06-2017
: [12] [Кино и театр]

Массивные инкрустированные двери бесшумно отворились. В маленький зал, чей потолок пожирала позолоченная лепнина, энергично ступил то ли молодой то ли старый, то ли высокий, то ли низкий, то ли красавец, то ли урод, то ли крепкий, то ли слабый человек....
23:04  28-05-2017
: [73] [Кино и театр]
Язык болтается сиреневый
над морем - облако повесилось,
зажмурилось, слетело лесенкой,
качается, щекочет дерево

А мы в закат идём по берегу,
совпав по месту и по времени,
и нам вполне себе сиренево
до моря, облака и дерева

Лилово нам, и фиолетово
торчит топориком из темени
луна, тараща зрак базедов на
звёзды брызнувшие семенем

на море, кипарисы, лётчиков
подбитых, выбитых из стремени,
с резьбы слетевших и со счётчиков,
с учёта снявшихся из племени<...