Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

Графомания:: - Поиграем? (Часть 3)

Поиграем? (Часть 3)

Автор: 1spb
   [ принято к публикации 11:17  29-01-2014 | Гудвин | Просмотров: 523]
7
До первой дискотеки этого лета остается чуть больше часа, а лагерь уже в предвкушении: девочки надели свои лучшие наряды и даже успели где-то накраситься, а мальчики бурно что-то обсуждают, сидя на скамейках вокруг корпусов и клуба. Дискотека обещает быть веселой и интересной. Хотя бы потому, что Алла Юрьевна уехала вечером в город, на несколько дней оставив за себя Николая, который намного мягче и лояльней, чем она. А наш герой тем временем воспользовался предложением Тима и уже сидит у него в вожатской с бутылкой пива в одной руке и вяленой рыбкой в другой.
- Так а чего ты вдруг решил так рано за пивко приняться? – Костя не скрывает улыбки. – Обычно же после отбоя, чтобы не травмировать детскую психику пьяными выходками их вожатого.
- Я тебя уверяю, что это нам сегодня предстоит увидеть не одну пьяную детскую рожицу, уж поверь моему опыту… как там твоя футбольная команда, кстати?
- Да слабенькие они все, конечно. Комнатные какие-то. С такими каши не сваришь. Вот помню мы с лагерях по детям всех рвали.
- Ну, сравнил – то ведь спортивные были лагеря. Да и время сейчас другое, Костян. Ты если хоть раз не проиграешь - это уже будет победа. И вообще. Не забивай ты голову глупостями. Это так команда - для имитации бурной деятельности.
- Так может тогда ты их и возьмешь?
- А ты что, бездельничать будешь целыми днями?
- Такой вариант был бы очень кстати.
- Ишь, хитрый какой, – Тим делает большой глоток из бутылки. Пиво сильно пенится и вырывается наружу через узкое горлышко бутылки.
- Ты что, впервые пьешь? Или ищешь короткий путь в царство аморального пьяного короля Сортира?
- Тебе бы сказки писать, Ганс Христиан, блин! – Тим вытирает рот рукой. – Ты это, как его… не приметил пока никого себе?
- В каком это смысле?
- Хорош дурака валять… я про женщин. Приглянулся уже кто?
- Да пока и не присматривался толком, если честно. Вроде Оля ничего - напарница твоя.
Тим чуть не подавился пивом, услышав Костины слова.
- Не, брат, брось ты это. Даже думать забудь. Бесперспективняк - отвечаю.
- С чего решил? Она вроде мне пару раз давала понять, что все хорошо.
- Она играет, поверь. Уже одной ногой замужем, а все мужиками крутить пытается - я узнавал. Но дальше флирта точно не зайдет, так что лучше поищи кого другого. Светик, к примеру, неплохой вариант. Ну и пусть, что толстенькая.
- Ладно, не будем об этом. Как будет, так и будет. Пошли бродяг твоих лучше проверим, чтобы не нажрался никто без присмотра.
- А, да, отличная идея. Дай только бутылку спрячу, чтобы Коля не увидел ненароком.
- Да Коля-Коля-Николай… вроде толковый мужик. Должен понять.
- Мужик-то он толковый, но дисциплина для него – святое, лучше не проверять. Все, я готов, погнали малых строить, да алкоголь с куревом у них отбирать.

Самый разгар дискотеки. Уже половина двенадцатого, но спать ушли только младшие отряды, у которых с режимом строже, нежели у детей постарше. Костя с Тимом уже отправили по палатам несколько человек - кто был замечен в употреблении алкоголя. Таких набралось с десяток. Костя стоит в углу танцпола и зорким глазом высматривает нетрезвых детишек. Он даже вошел во вкус. Этакий алко-контроль для несовершеннолетних. К нему подходит Оля.
- Ты бы хоть во время медленного танца их не вылавливал, – громко говорит она на ухо, чтобы можно было расслышать. - Они ведь только ради этих «медляков» и напиваются, чтобы не стесняться к девочкам подойти.
- Блин, как трогательно. – Костя делает лицо, по которому сразу понятно, как его трогает все это. А тем временем начинается песня «Не улетай» в исполнении «Пара Нормальных». Детишки, тут и там, начинают объединяться в парочки, а одинокие тут же освобождают танцплощадку для тех, кто не робеет перед противоположным полом.
- Да расслабься ты уже, Костик. Пойдем лучше потанцуем?
- Под Дорна не танцую, – Костя тут же вспомнил слова Тима: «одной ногой замужем».
- Пойдем уже, что ты, как девочка? – Оля смеется и тянет его за руку в центр зала. Сопротивляться уже моветон. Костя поддается и обнимает Олю, соблюдая дистанцию. Они сморятся забавно, кружась среди парочек мальчиков и девочек – будто сами попали в прошлое. Как в старые добрые времена.
Они не разговаривают, просто кружатся в такт музыке и каждый думает о своем.
- Сто лет на вечерних детских дискотеках не танцевал, – первым нарушает молчание Костя. – Сразу вспомнилось, как сам в их годы от вожатых по закаулкам пиво хлестал, да с девочками потом зажимался на танцах.
- А я никогда не была в лагерях… ну, в смысле как отдыхающая.
- Да ладно тебе! Неужели ни разу? – Костя смотрит ей в глаза и улыбается. Но Оля уже не улыбается, ведь они впервые оказались так близко друг к другу. Конечно, ей не до дурацких разговоров про детство.
- С тобой все хорошо, Оль? Ты что зависла?
- Как никогда…, - еле слышно отвечает она и, поняв что ляпнула лишнего, вырывается из его объятий. Буркнув что-то нечленораздельное напоследок, убегает из клуба.
- Странная какая-то. – Костя стоит в одиночестве среди кружащихся парочек до тех пор, пока не включается следующая композиция, которая приводит весь клуб в движение, за считанные секунды заполнив танцпол до отказа. Порядком устав от всего этого шума и децибелов музыки, нещадно бьющих по барабанным перепонкам, Костя выходит из клуба на свежий воздух, чтобы перевести дух. Здесь же, на крыльце клуба пьяный Тимоха что-то втирает расстроенной Оле заплетающимся языком. Дабы не смотреть на это жалкое зрелище, Костя идет в сторону стадиона. Ему хочется посидеть в тишине и одиночестве.

8
Лишь тусклое освещение фонарей вдалеке от трибун напоминает о том, что это спортивное сооружение. Самого поля, а уж тем более ворот или дальних трибун не видно вовсе из-за темноты, которая съедает все живое вокруг. Он подходит к центральной трибуне и, задумавшись, садится на первый ряд пластиковых кресел. В лицо дует легкий ветерок, приносящий с моря прохладу и соленый запах свободы. Смотрит в темноту и думает. Он почему-то вспоминает Катю - бывшую девушку, которая разбила ему сердце, которая сделала его каменным.
- Я извиняюсь, хмм, – вдруг послышался из-за его спины тонкий девичий голосок. Костя обернулся и увидел силуэт, возвышающийся несколькими рядами выше от него. Лица не видно. – А можно я с вами посижу, раз уж мы оказались случайными соседями? Тем более, что я первая сюда пришла.
- Спускайся сюда тогда, не хорошо из темноты пугать тренера - могут быть последствия. Я уже старый, сердце может не выдержать, знаешь ли.
- Да что вы, – смеется, прибираясь между рядами вниз. – Никакой вы не старый вовсе, – вот силуэт уже поравнялся с ним и оказался совсем рядом.
- Ну, садись тогда… помолчим вместе, – Костя улыбается и отворачивается в сторону поля.
Незнакомка садится в нескольких метрах от него. Он в очередной глубоко вдыхает свежий морской воздух, который тотчас перемешивается с её запахом - настолько приятным, что он невольно поворачивает голову в её сторону и пытается разглядеть лицо соседки. Видимость практически нулевая, поэтому ему приходится прищуриваться и напрягать зрение, чтобы различить хоть какие-нибудь отдельные черты. Вытягивает шею и наклоняет голову, чтобы сократить расстояние. Темнота вокруг кромешная - лишь сверчки трещат повсюду. Свет фонарей, к его разочарованию, освещает лишь волосы девушки. Поняв, что идея провальная, он просто закрывает глаза и, вытянув шею до максимума, медленно и глубоко начинает вдыхать этот чудесный запах.
- С вами все в порядке, Константин Владимирович? – голос моментально выводит его из состояния гипнотического транса. От испуга и неловкости он соскальзывает с пластикового сиденья и шумно проваливается в проход между рядами. Девушка смеется - ему же не до смеха. Спиной ударился о край кресла, что надо!
- Так мне и нужно! Замечтался, блин, – Костя продолжает лежать в проходе и тереть свою поврежденную спину. Она подходит к нему и наклоняется так, что он видит лишь ореол лунного света, открывающий лишь контуры её лица и волосы. Как в кино. Но это не кино - просто освещение на стадионе сделано таким вот непутевым образом.
- Может, доктора позвать?
- Нет, спасибо, все хорошо, – он тут же пытается успокоить девушку, – сейчас ещё минутку поваляюсь, а потом на поле могу выходить, и несколько игр подряд отбегать, только пятки сверкать будут.
- Давайте я все же вам помогу встать, – не дожидается ответа и подходит, крепко берет под локоть и помогает сесть обратно на сиденье. – До сих пор не пойму, как же так вы упали? – снова садится рядом.
Теперь он может различить её лицо, которое расплывается как во сне, как в тумане, но оно прекрасно - это он сразу про себя отметил. Роскошные большие глаза, пухлые выразительные губы, ровный подбородок и милейшие ямочки на щеках. Он мог бы с ходу поставить ей 10 из 10, если бы сейчас они оказались на конкурсе «Мисс Планета», в этом нет сомнений! Ему до сих пор кажется, что это сон и в любой момент он может проснуться, а этого приятного запаха, и этого милого личика, встревожено смотрящего сейчас в его глаза, не станет - все рассеется, как туман поутру над ровной гладью воды.
- А мы знакомы? – спрашивает Костя первое, что приходит на ум. Не хочет, чтобы она ушла со стадиона или снова не отсела далеко. Так он может наслаждаться её запахом и дальше.
- Я вас знаю, а вы меня вряд ли. Я из второго отряда, у Тимофея Павловича и Ольги Сергеевны.
- Странно, что я тебя прежде не видел. – продолжает смотреть на неё, словно заколдованный.
- Не удивительно, столько нас тут, всех и не увидишь. – Девушка мило улыбается, чем заставляет улыбаться и его. – Музыка стихла, или мне кажется?
- Нет, играет. Медленный танец, если не ошибаюсь, – прислушивается. – Определенно! Уитни Хьюстон, из телохранителя песня.
- Значит, скоро закончится дискотека. Нужно идти уже, пока меня искать не стали.
- Не торопись, все равно ещё медленная песня играет, значит никто ещё и не собирается уходить, верно? – она кивает, – а как тебя зовут-то? Что-то я совсем забыл спросить…
- Полминуты назад спрашивали. Меня Лера зовут.
- Очень приятно, Лера. Я Костя.
- Я вообще-то в курсе…
- Знаешь, ты потрясающе красива… - смотрит ей в глаза практически не моргая, потом резко трясет головой. – Блин! Что я несу? Прости меня, Лера. Забудь, что я только что говорил. Видимо, очень сильно ударился. – Он виновато опускает глаза и продолжает тараторить, как из пулемета. – Пожалуй ты права - нужно идти. Тебя проводить? Блин, снова меня клинит, пардон. Сама добежишь. Все, вали, короче.
Девушка смотрит на него, как на сумасшедшего. И явно испугана.
- Ну все, иди, Лера. Иди, – повторяет и показывает рукой в сторону спального корпуса. Она встает и, пожелав ему спокойной ночи, медленно уходит в ночь. Костя смотрит ей вслед и, пока она окончательно не пропадает, громко говорит ей вслед: – И не обращай внимания на меня, что-то на меня нашло непонятное. Извини ещё раз.
И тут она пропала, словно и не было вовсе. А наш герой продолжает смотреть в то место, где только что виднелся этот чудный силуэт. Где-то в глубине души он надеется, что сейчас она вернется, а этот момент остановится навсегда.
- Что за наваждение, Костян? – говорит вслух сам с собой. – Соберись уже, тряпка!
Но собраться в эту ночь так и не удалось. И, лежа перед сном, рассматривая потолок, он думал только о той волшебной девочке, а в голове продолжала петь свою знаменитую песню Уитни Хьюстон.

9
Это утро у Кости началось как и предыдущее - с уныло звонящего будильника и пары крепких слов в его (будильника) адрес. Умывшись, надел свой спортивный костюм и вышел на улицу. До традиционной зарядки остается десять минут. Тренер медленно идет к стадиону. Подходя ближе, видит детей, которые уже скучают на трибунах в ожидании своего тренера.
- Так, ушастый, – издалека кричит Костя, узнав паренька, курившего вчера за клубом. – А ну-ка, ко мне, быстро! – паренек напрягается, но приказ выполняет. – Бежать один будешь, или с компанией?
- Один, – смиренно отвечает паренек, опустив голову. Он понимает, что шесть километров пробежит вряд ли.
- В общем, так. Один круг вокруг стадиона по дорожке - это четыреста метров. Бежишь пять кругов. Все, усёк?
- Так это ж всего два километра? – удивленно смотрит на тренера.
- Спасибо, я в курсе. Беги, пока я не передумал, – паренек убегает, а Костя, взяв свисток в руки, кричит. – Все построились!
Затем делает небольшую паузу, разглядывая присутствующих.
- Итак, последний шанс! Кто вместе с тем хоббитом вчера курил за клубом? Двое, вышли в центр!
Тишина. Никто и не шелохнулся.
- Хорошо, тогда поступим иначе. Девочки идут ко мне на поле – будем зарядку делать, а ВСЕ мальчики бегут вокруг поля десять кругов. Потом снова ко мне.
Отовсюду сразу понеслись вздохи негодования и протесты. Костя громко свистнул, и мальчики смиренно побежали вокруг стадиона.
Зарядка у девочек прошла очень весело, легко и непринужденно. Особенно глядя на мальчиков, из последних сил бегущих вокруг. Когда они преодолели пять кругов, Костя остановил толпу. Все упали на траву, тяжело дыша и задыхаясь от жары.
- И запомните, так будет теперь всегда! Если кто-то из вас не сможет отвечать за свои действия, то расплачиваться будут другие! На сегодня, пожалуй, хватит с вас. Ещё футбол вечером, поэтому силы многим из вас ещё понадобятся, – убирает свисток в карман и идет прочь со стадиона. Только на беговой дорожке он останавливается и, обернувшись, показывает пальцем на двух парней, лежащих у кромки поля. – На всякий случай, это из-за этих двух вы все сегодня бегали - не хватило мужества признаться.
И он идет дальше, оставив мальчиков наедине. Им точно есть теперь, что обсудить. А Костя идет прямиком во второй отряд. К его сожалению, все дети уже убежали на завтрак. В пустом коридоре только Тим, скучающий за столом.
- А ты чего один, Тим?
- Дети на завтрак уже ушли, Оля повела.
- Так а что у вас вчера произошло? Что-то ты не весел вообще.
- Да, блин, долго рассказывать, – задумался. – Я с ней хотел насчет тебя поговорить. Ну, ты понимаешь. Что она тебе нравится и все такое.
- Зачем? Я что, сам не могу поговорить? Да и ты вчера все предельно ясно разъяснил: она одной ногой замужем.
- Ну да… вовремя я тебя предупредил, получается. Иначе бы начал руки распускать, а у неё жених - я видел - огромный шкаф такой. Детина! – он развел руки в стороны, показывая габариты.
- Допустим, я тоже не хлюпик, ну да это ладно, проехали. Я вот что узнать хотел…, - Костя скривил лицо, обдумывая, стоит ли заводить этот разговор. – У тебя в отряде дети какого возраста?
- В среднем, лет 14-15. А что? – в глазах сразу блеснул огонек.
- Да я все насчет футбола, не забивай голову, – выкрутился Костя, и огонек в глазах Тима сразу потух. – А обычно детей вывозим куда-то на игры, или на этом стадионе играем?
- Конечно, тут все игры проходят! Это же лучший стадион на побережье.
- Тогда непонятно, почему они постоянно проигрывают, в родных-то стенах…
- Попробуй что-то изменить, но я сомневаюсь. Видел их в прошлом году - играют из рук вон плохо.
- За это не переживай, попробую что-нибудь сделать, – Костя улыбается, хлопает по плечу Тима и, попрощавшись, идет на улицу - к столовой.
А там уже бегают дети младших отрядов - у них завтрак начинается раньше, поэтому они уже сытые, довольные и веселые, наматывают круги по площади у столовой. Костя заглядывает в столовую, но мест свободных нет, поэтому возвращается на улицу и садится на лавочку у центрального входа, затем откидывается на спинку и закрывает тяжелые глаза. Он явно не выспался. Солнце начинает припекать физиономию, отчего он щурится и морщит лоб. В это время из столовой выходит Степаныч, на ходу вытирая платком вспотевший лоб.
- Ну и духота, – говорит он и садится рядом с Костей. – Я присяду?
- Уже сел.
Степаныч снимает очки и начинает протирать запотевшие стекла.
- Константин… эм-м-м, а можно я тебя буду Костя называть?
- Конечно, меня ведь так и зовут.
- Хорошо, я вот что хотел узнать, Кость. Там вчера вы с Тимофеем выловили несколько детей, которые употребляли алкоголь.
- Было дело… в чем вопрос?
- А ты можешь сказать, кто именно это был? Нужно их наказать, сделать выговор.
- Нет, не скажу, уж извини, – Костя уверенно смотрит на Степаныча, чье лицо вытянулось от удивления. Он явно не ожидал такого ответа.
- В смысле? Не скажешь, кто это был?
- Все верно, я сам с ними разберусь. По своему. Незачем вам в эти дела вникать.
- Но… но… это же мои дети, я должен быть в курсе! – Степаныч покраснел и ссутулился, пристальным взглядом испепеляя Костю.
- Как они бухают где-то по закоулкам, так это не ваши дети, а как наказывать, так ваши. Нет уж.
- Да как вы смеете! – он вскочил со скамьи и вытаращился на Костю. – Я буду жаловаться на вас Алле Юрьевне! Да где это видано!
- Да бога ради, Степан Степаныч, – Костя улыбается и снова закрывает глаза, давая понять, что на этом разговор окончен. Степаныч, бубня что-то себе под нос, уходит. Из столовой появляется Оля, которая становится невольным зрителем развернувшейся ссоры.
- Шо не поделили? – садится рядом с Костей.
- Да так, пытается в мою песочницу залезть и моими игрушками играть.
- Вот вы, хлопцы, – улыбается, потом молчит какое-то время, явно раздумывая. – Насчет вчерашнего… ты извини, шо я вчера вот так некрасиво убежала.
- Да без проблем. Все нормально.
- Мне очень стыдно…
- Я же говорю - все хорошо, не парься.
- Здравствуйте, Константин Владимирович! – к скамье подходят две девочки и здороваются. В одной из девочек Костя узнает свою вчерашнюю собеседницу, Леру.
- Привет, – слегка смущается.
- Как ваша спина? Все хорошо уже? – спрашивает Лера с улыбкой.
- Да, спасибо. Все уже отлично. – Вот теперь Костя на самом деле чувствует себя крайне неловко. Девочки, смеясь, уходят.
- О чем это она? – спрашивает Оля, заметив его смущение.
- Так, ни о чем, – а сам наблюдает за тем, как Лера идет по дорожке. Он в жизни бы не подумал, что ей и двадцати нет. – Пойду я уже, нужно к матчу готовиться. Сетки повесить на ворота, флажки поставить… ну, ты понимаешь, – встает с лавочки и пытается сбежать.
- Игра в шесть вечера, – задумчиво говорит Оля. – И ты вроде бы завтракать шёл. Ты явно шо-то ты недоговариваешь…
- Тебе показалось. До встречи, Оль.
И он торопливо уходит, оставив девушку в одиночестве. А из динамиков, на фасаде здания столовой, играет песня «welcome to St. Tropez».


Теги:





0


Комментарии

#0 17:22  29-01-2014Лев Рыжков    
Явно под влиянием фильмов с К.Хабенским написано))

Местами неплохо. кое-где характеры есть (как у директрисыного племянника). Но действует в таких объемах все равно угнетающе.

Попробуй, афтр, лучше в издательство какое это заслать. Общественность-то зачем терроризировать кирпичами?))
#1 17:40  29-01-2014Дмитрий Перов    
скатилось всё, как, впрочем, и следовало ожидать, в ГВ

Комментировать

login
password*

Еше свежачок
21:57  10-12-2016
: [0] [Графомания]
Я выброшен морем избытка угрюмо бурлящим, голубо-зеленого цвета
Просящим мольбы, остановки среди переливов и тусклого, лунного света
и солнца лучей – золотистых, слепящих наш взор.
От лжи и усталости нынче грядущего века.
Пытаясь укрыть и упрятать весь пафос, позор
от боли и страха, что заперты вглубь человека....
16:58  08-12-2016
: [2] [Графомания]

– Мне ли тебе рассказывать, - внушает поэт Раф Шнейерсон своему другу писателю-деревенщику Титу Лёвину, - как наш брат литератор обожает подержать за зебры своих собратьев по перу. Редко когда мы о коллеге скажем что-то хорошее. Разве что в тех случаях, когда коллега безобиден, но не по причине смерти, смерть как раз очень часто незаслуженно возвеличивает опочившего писателя, а по самому прозаическому резону – когда его, например, перестают издавать и когда он уже никому не может нагадить....
19:26  06-12-2016
: [43] [Графомания]
А это - место, где земля загибается...(Кондуит и Швамбрания)



На свое одиннадцатилетие, я получил в подарок новенький дипломат. Мой отчим Ибрагим, привез его из Афганистана, где возил важных персон в советском торговом представительстве....
12:26  06-12-2016
: [7] [Графомания]

...Обремененный поклажей, я ввалился в купе и обомлел.

На диванчике, за столиком, сидел очень полный седобородый старик в полном облачении православного священника и с сосредоточенным видом шелушил крутое яйцо.

Я невольно потянул носом....
09:16  06-12-2016
: [14] [Графомания]
На небе - сверкающий росчерк
Горящих космических тел.
В масличной молился он роще
И смерти совсем не хотел.

Он знал, что войдет настоящий
Граненый во плоть его гвоздь.
И все же молился о чаше,
В миру задержавшийся гость.

Я тоже молился б о чаше
Неистово, если бы мог,
На лик его глядя молчащий,
Хотя никакой я не бог....