ОТЧУЖДЕНИЕ-2 гл.4 - Возвращение в «Электросетьремонт» ч.14

Автор: AlexPervov В январе я вышёл на сессию. Подходила к завершению моя учёба. В июне предстояла защита диплома.
Надо сказать, в тот самый посткорпоративный период, директриса сумела-таки законным способом урезать зарплату: она втрое сократила премию, создала такие условия, при которых работник, в случае если не находится на объекте – получает в итоге самый мизер. Таким образом, прикинув в уме, я посчитал, что мне выгодней не работать: благодаря летним и осенним месяцам, где выходные дни оплачивались по двойному тарифу, у меня сохранился хороший средний заработок. Парадоксально то, что выходя на работу, я терял автоматически в деньгах - мне выгоднее было получать по среднему.
Сразу после сессии я взял больничный лист на неделю. Как раз в конце января вспомнил о том, что у Лёхи-Арии день рождения. В итоге я с Тоней, а Миха со своей супругой, плюс Сергей-староста, оказались у него. Образ жизни Лёхи-Арии так и не поменялся с момента нашей последней встречи. Как обычно, мы устроили музыкальную паузу.
- Лёха, а ты не разучился петь и играть! – констатировал Лёха-Ария. - Не хотел бы вновь заняться музыкой?
- Конечно хотел бы! Только когда? Пока я с этой работы не уйду – никаких возможностей заниматься чем-либо, кроме как работать, у меня не будет.
Он меня, конечно же, не понял. Однако Миха не мог долго не думать о работе. Уже через час все сидящие стали свидетелями спора, произошедшего между мной и ним в связи с противоречивыми взглядами на работу.
- Миха, смотри что сейчас получается: я на больничном получаю больше, чем если бы вышел на работу. Второй момент: поскольку директриса отказывается оплачивать переработки и выходные дни – я не буду подписывать согласие работать в выходные за отгулы, которые в итоге ещё не факт, что успею отгулять. И я не вижу смысла рвать задницу на работе. У меня всегда с собой библиотека хороших книг, поэтому выходные дни я буду посвящать исключительно чтению, - высказал свою позицию я.
- Лёха, такого не будет, - начиная нервничать, возражал мне Миха, - в выходные всё равно все будут работать!
- Пусть все работают, раз они на это добровольно согласились, а я не собираюсь!
- И что, ты хочешь сказать будешь отдыхать, в то время как все будут работать?
- Совершенно верно! – ответил я, и перед глазами у меня промелькнула картинка, как в выходной день пьяная бригада вручную затягивала через трубу бесконечную вереницу тяжеленного кабеля.
- Нет, так не получится! – повторно возразил Миха.
- Это моё право. Согласно закону.
- При чём тут закон?! Да насрать всем на эти законы! Всё равно всё будет так, как захочет директор!
- Ну раз директору и остальным насрать на закон, то мне наплевать на интересы компании и лично директора! У меня свои интересы, и если идёт игра в одни ворота, то и я буду действовать по-своему!
- Лёха, тогда тебя просто уволят!
- После окончания учёбы я и сам уволюсь! Надоели мне, честно говоря, ваши бесконечные кабельные работы на таких условиях и за такой мелкий прайс. Ну а пока диплом не защищу – буду относиться к работе в «Электросетьремонте» так, как руководство относится к работникам. И всем остальным я бы порекомендовал поступать точно так же. Глядишь, и жили бы уже не в вагончике и работали в условиях получше, и с оплатой не стали бы обижать. Ну а поскольку смелости и желания что-либо самим менять в своей трудовой жизни ни у кого, судя по всему, нет, я не вижу смысла, да и не испытываю особого желания шагать в ногу со всеми. Пусть продолжают ругаться, обманываться, грозиться в пьяном виде, что выскажут всю «правду-матку», а потом всё равно покорно соглашаться работать на тех же условиях. Я свою позицию не скрываю и говорю тебе прямо, что думаю, и как собираюсь относиться к такой работе, чтобы не было в дальнейшем каких-то упрёков и обвинений.
- Лёха, с таким отношением ты не доработаешь до конца своей учёбы, тебя уволят раньше!
- На каком основании?
- Они найдут основание, если ты будешь слишком выёбываться!
- А я выёбываться и не собираюсь. Я просто буду относиться ко всему, как директриса относится к нам.
- Вот за это тебя точно уволят!
- Ну пусть попробуют! Я ведь, в отличие от них, трудовое законодательство нарушать не собираюсь: потихоньку буду работать в установленное время, ну а в личное – увольте, не собираюсь. Ровно в семнадцать часов у меня наступает личное время, которым я, как и любой другой свободный человек, могу распоряжаться по своему усмотрению.
- Лёха, можно долго говорить и рассуждать на эту тему, но от этого ничего не изменится! Всё равно всё будет зависеть от мастера: если мастер скажет, что надо остаться работать, то придётся работать всем. Главный критерий в работе для работника – чтобы он устраивал мастера. С таким подходом ты его устраивать не будешь!
- Разумеется, ведь им нужно покорное быдло, которое будет беспрекословно выполнять то, что ему велят, а по вечерам нажираться дешёвым пойлом, чтобы не задумываться о происходящем и ничего не менять.
- Миха, - вмешался в наш диалог Сергей-староста, - а я не понимаю – тебе-то зачем работать бесплатно и заставлять других это делать?
- Серёга, - ответил ему Миха, - вот когда жизнь тебя заставит выйти из под родительской опёки, и если у тебя будет жена и ребёнок – устроишься на работу, тогда и поймёшь!
- Так а зачем устраиваться на работу? Я вот вас слушал, и мне вообще непонятно - как можно терпеть такие условия и соглашаться работать за такую зарплату? Я вот за несколько дней на халтуре, где трудозатраты намного меньше, и мне не надо рано вставать, зарабатываю столько же, сколько вы за месяц работы и жизни в вагончиках с пьянью.
- Халтура – это совсем другое! Я тоже вожу людей в Финку и на поездках зарабатываю намного больше, чем на работе.
- А зачем тебе нужна эта работа мастером? Занимался бы перевозкой людей, забил бы на все проблемы «Электросетьремонта» и не тратил бы нервы.
- Вот именно! – согласилась с Сергеем супруга Михи.
- Работа даёт стабильность, а перевозка – деньги. Только перевозки сегодня есть, а завтра визу не дадут – и они для меня закрылись. А так хоть работа будет постоянная.
- Но ведь работа мотает нервы, отнимает кучу времени и сил, а взамен отдаёт малость.
- Серёга! Вот будет у тебя жена и ребёнок, тогда поймёшь!
Мы ещё немного посидели. Я, потом Лёха-Ария, а после его друг, приступили к более приятному занятию – музицированию.

В феврале меня выписали, и я вернулся на работу. Уже на следующий день – командировка в К-у. На сей раз главарём бригады стал Мозгин. Состав работников продолжал меняться: одни уходили, другие приходили, третьих выгоняли – всё шло своим чередом.
Когда мы приехали, выяснилось, что те, кто жил в вагончике остались без душа – засорилась канализация. Впрочем, судя по всему, никого это сильно не смущало. Я настоял на том, что не собираюсь жить в свинарнике, и в результате поселился в двухместном номере с Мозгиным.
Работа проходила в более спокойном ключе, но со своими нюансами. Вечером «Борода» с неизменным наисерьезнейшим выражением лица, молча переодевался, ложился в кровать, включал телевизор, и смотрел всё подряд, временами щёлкая пультом. Ровно в двадцать три часа гасил свет и в шесть тридцать просыпался по будильнику. Через несколько дней в гостиницу переселились два распиздяя: Слава и Миша. Они регулярно бухали. И вот в один из дней, прямо как на знаменитом советском агитационном плакате, где гражданин СССР решительным жестом отказывается от протянутой рюмки с водкой, а красными крупными буквами написано твёрдое: «НЕТ!», Миша тоже сказал: «Надоело бухать! Пора завязывать! С сегодняшнего дня пьянству – бой!».
- Вот и правильно! Хватит пить! Возьми лучше книжку почитай, - одобрил его решение я.
- О! Точно! Дай-ка что-нибудь мне почитать! – осенило Мишу.
Я дал ему сборник рассказов Чарльза Буковски. Миша обещание не сдержал – вскоре снова начал пить.
- Как чтение продвигается? – поинтересовался у него я через несколько дней.
- Шестнадцать страниц уже прочитал, - признался Миша.
Оказалось, что он стал читать рассказ «Самая красивая женщина в городе» по мотивам которого был снят фильм, где главную роль исполняла Орнела Мути.
- И что ты можешь сказать по поводу прочитанного? – спросил я.
- Да шлюха она!

Было очень холодно. Ранним утром водитель приезжал на объект, заводил генератор и подключал к нему катушку кабеля для разогрева – по техническим параметрам, такой кабель нельзя было разматывать при температуре воздуха ниже нуля. В итоге мы раскатывали разогретый кабель, после чего занимались бессмысленным перекидыванием снега из траншеи. Мозгин опасался, что приедет кто-либо из местных заказчиков, и, не застав никого на работе, позвонит директрисе. И неважно, что по сути ничего полезного мы, после того, как размотали одну катушку, сделать на сегодня не могли – главное, что мы изображали деятельность, пусть и бесполезную, но зато нельзя было сказать, что мы не работали. Впрочем, о таких работах немного упомянул в своей книге «Москва-Петушки» Венечка Ерофеев. С тех пор ничего не изменилось…