Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

Х (cenzored):: - Вас никто не любит. Первый больной

Вас никто не любит. Первый больной

Автор: Ралевич
   [ принято к публикации 20:55  24-04-2014 | Гудвин | Просмотров: 313]
Я самый добрый из людей,
Я злой из подобий.
(«Не видно моих глаз»)

Я надсмотрщик областной психиатрической больницы, волонтёр…
Скажите спасибо, что я не врач этого заведения, иначе нижеследующих записок никогда не существовало бы.
Вообще хорошо, что идея о записках созрела в моей голове летним периодом. Оттаявший пациент почёл за геройство (за исключительный подвиг) говорить о том, чего нельзя знать никому. Вести эти записки было высшим скотством с моей стороны, но я уверен: расскажи я своему пациенту об этой задумке в ту пору, он бы только порадовался и искренне поддержал; по ночам принялся бы сумасбродствовать в два раза больше, чтобы утром было в чём «покаяться». Но по этой причине, отчасти, я и не посвящал пациентов в свои планы - ведь иначе бы мне пришлось жить их диагнозами.
Самое удивительное, что многие из них прибыли сюда из благополучных семейств.
Фантазия губит этих людей, поэтому нельзя вести монолог прямо от их лица.
Почему я публикую это? Самое важное – почему я публикую это! Я сам поверил излившимся здесь, и с уверенностью, будучи в совершенно ясном рассудке, ставлю свою подпись под названием. Итак:
Вас никто не любит


Первый больной. Хмыкает, говоря слово «люди».

Родители любят вас за то, что родили. Учитель вас любит за подвешенный язык. Иногда вообще любить удобнее, чем не любить. И наоборот.
То, что в вас не любят, то и есть вы. Могу доказать логически, хм, смотрите: люди любят то, что надобно им – звено первое. Если люди в вас что-либо любят, значит это надо им – звено второе. Что люди в вас не любят – то и есть вы – это вывод. Погрешность составляет только то, что я не учёл возможное совпадение ваших интересов с общественными, но я мог бы и здесь подсуетиться… Лень только.
Хм. Люди двуличны. И все они имеют положительные и отрицательные стороны. Мои руки трясутся, несмотря на то, что мне тридцать лет. Мне тридцать лет, а руки мои трясутся. Оттого, что я повернул общество к себе отрицательной стороной.
В последнее время я перестал понимать тех, кто отстаивает свою точку зрения. По-моему, это делается со скуки. А, вообще, меня не покидает чувство, что самый разумный собеседник это труп. Например, Диоген, дабы опроститься, брал уроки у статуй. Хм. Люди представляют себе самое развитое существо в виде серого длинного гуманоида, который весь состоит из серого вещества. А по мне так самое разумное существо и клеткой не пошевелит, чтобы даже вникнуть в суть вашего вопроса, и никогда не ответит на него, именно потому, что – разумное. Потому что вопросы ваши – глупости. Страшновато так говорить, когда есть такая вещь – математика. Страшно. Да только зачем что-то считать, когда и двух одинаковых вещей в мире не существует. Докажите мне, что у меня два глаза?
Что? Это вы решили, что глаз является органом зрения, а я имею право решить так: слева у меня подбровное отверстие, а справа – глазное яблоко в веках. Да и вообще, если с ума не сходить: этот глаз лучше видит, этот хуже, этот щурится, этот расширяется, вот и сосчитайте мне теперь эти разные вещи. Меня просто научили так: гла-за, у-ши, нос, рот. Так и говорю.

Когда появляется что-то новое, мы плюём, да ещё и погуще, в старое. Зачем тогда вообще делать что-то? Чтобы от скуки спастись? По-моему, без садомазохизма здесь не обойтись: вот вам моя пародия на Достоевского, которого я и не читал толком, и я наставляю вас плюнуть в неё, когда появится что-то лучше. А, плюйте в неё сразу!
Пока чьи-то глаза смотрят на меня, я буду бояться, переживать, ожидать, доказывать и врать. Это закон. Вот бы быть ответственным только перед собой! Но это невозможно...
Как и мыслить чувствами. По-моему, мыслить мыслями, это - слишком пошлая пошлость, от который только труп застрахован. Вот вам приятнее вспоминать фотографию любимой девушки, или, может быть, читать Канта? Я и так знаю, что вам интереснее первое. Вот мне тридцать лет, а я знаю. Вообще, есть только один настоящий человек, и это тот, кажется, о ком вы сейчас думаете. Вы не умеете одновременно думать о двух людях. Не дано. И когда-нибудь среди вашего бесконечного «пи» взойдёт единственная «роза» (??? - прим. автора).
Но если с вами всё понятно, то другое меня ставит просто в тупик. Вот мне интересно: что происходит в голове у человека, который в сущности ненавидит людей, особо не скрывая этого при общении, но когда происходит какая-нибудь катастрофа, начинает возмущаться, что по телеканалу не уделили этому событию достаточно внимания? Ведь если задуматься: с любым из этих пострадавших людей он мог бы пересечься в жизни, и он, наверняка, как и всегда, испортил бы настроение этому человеку на весь день, одним только своим видом. Зачем же он говорит свои пламенные речи, огрызаясь на телевизор? Многое говорится со скуки.
Хм, это такие, кажется, люди, которые говорят великолепные тосты за праздничным столом; глупейшие позёры, которые призывают любить жизнь, и искать в ней только положительные стороны – если эта жизнь далеко. Но последнее они, конечно, умалчивают, хотя маскируются и безобразно. Так толкуют они: «все говорят, что взрыв в городе с четырнадцатью жертвами – это плохо, и сделали это сволочи, но это и есть наша жизнь, и её надо любить».
Боже, мне от таких слов жить не хочется! Но забери наилучше того, кто посмел сказать их. Он сказал так только оттого, что знает, как далеки от него эти события, и как абстрактны они в его представлении. Но представьте, как скажет он эти слова, если катастрофа заберёт его сына! А если заберёт его самого? А если заберёт его самого, он и сказать ничего не сможет! Значит, он лжёт. Он выбирает событие со стороны – и говорит: «это наша жизнь, и в ней должно быть как положительное, так и отрицательное».И героем делается он. И от этого мне жить не хочется, потому что я знаю, как, спустя день, первая же бытовая мелочь ломала его, как шоссейную девку, и он забывал свои же призывы. Он выберет либо далёкую гору на горизонте и примется распинаться в своей смелости, либо выберет то из своей жизни то, что и так положительно, и скажет: «я вижу в этом положительное». Но и так оно положительно. Так что, твой глаз зауряден!
Мне кажется, или они за праздничным столом винят пародистов из телевизора, цепляющихся к чужому образу? Кажется, у них нет своей жизни (какая грубая неуклюжая фраза!), и они привязываются к пародисту. Я запутался, чёрт возьми! Где видано, чтобы паразит вздымал факел на паразита? У него и сил нету водрузить факел. У него и факел фальшив! Это такие люди, которые не привыкли держать своего счастья в руках.
Хм, и подобны они тому, кто говорит: «Любое счастье рано или поздно надоедает». Так те говорят, кто никогда не держал своего счастья в руках, кто только смотрел на него, как на слепящее солнце. Это, образно говоря, те, кто укутывается зимой в толстый шарф, тяжёлую шубу, неподъёмные валенки, серые рукавицы, и так и падают на стул перед окном, не в силах сделать хоть шаг во всём этом. На улице тебе любой костюм в радость-то! А дома ты в нём быстро вспотеешь. Посидит, полюбуется в зеркало своими обновками, сладкий пот пустит и вымолвит: «Эх, всё надоедает!»
Из такого костюма-то ты даже вырасти не успеешь. Это как есть орешки в пакете: они уже у тебя на зубах, ты чувствуешь их хруст… но вкуса всё нет.
Право, полюбить весь мир гораздо легче, чем конкретного человека.
Наверное, я никогда не поверю тем обманщикам, которые говорят, что в жизни всё в равенстве друг перед другом. Как видно, человек довольно божий в общих взглядах, совершенно бесчеловечен в сущностях.
Вообще, мне кажется, что я подвёл вас к вопросу о некоем «чистом познании». Тогда я могу ещё кое-что сказать об этом.
Любимая футбольная команда никогда не надоедает тем, кто за неё болеет. А вот игроки, будь то даже самые лучшие, надоедают. Команда принадлежит вам, как и вашей Родине, и вы сами решаете – идти на матч или нет. За игрока же ты не отвечаешь нисколько!
Даже страшно подумать, что такое это «чистое познание»? Ведь девушка тебе не принадлежит, а только чувство. Неужели это любовь к самому чувству?
Хотя не вижу в этом ничего плохого.

Диктофон выключается.


Теги:





-1


Комментарии

#0 20:55  24-04-2014Гудвин    
ребус?
#1 20:18  25-04-2014Наталья Троянцева    
А диалог - не пробовали?))) Вся страна говорит монологами. И тут шизофрения - и впрямь, единственный выход.
#2 23:25  25-04-2014basic&column    
Я не встречала еще оригиналов столь чистой пробы. Этим вы вызываете большой интерес.

Но серьезно, в психушку берут волонтеров? Давайте подумаем, как нам лучше помочь сумасшедшим. Напишите что-нибудь боле- менее практическое в этом плане.
#3 17:56  27-04-2014Ралевич    
- Сегодня я прикоснулся к душе великого поэта.

- Как это?

Я подумал, что он увидел что-то подобное во сне.

- Во сне. Я сначала гнался за кем-то по знакомому шоссе. По бокам всё пейзажи да деревья. Я даже не знаю, за кем я гнался. А всё для того только, чтобы схватить его, образумить, внушить что-то, и никогда-никогда не отпускать больше. Боялся я, жутко боялся, что он попадёт туда, где не место человеку. Я всё гнался, и вот уже вижу его спину. Тоска охватывает меня. Эх, не земная тоска, доктор! Помню только шоссе, ходить по которому опасно, а я один! Машины вроде, кусты какие-то… Вдруг мужик какой-то. Я его не разглядел, но знаю: мужик комичный, пёстрый, усатый, пухленький как шарик праздничный, да в шляпке. Спрашиваю: видел? Отвечает: видел. И давай мне копировать лирично-лирично так, передавая восклики преследуемого мной: ой, душенька моя, как рад я! Наконец-то, наконец-то свободна! Свобода. Как я рад! Раздолье-то какое.

И тут я начал соображать, с чем дело имею, ну то есть, что за преследуемый-то, и на кой он мне сдался. И понимаю – дикое что-то, необузданное, а главное – смерть на ножках. До того вольное и грязное, что стыда и быть не может. Стыд-то он когда – когда грязь с чистотой борется, а там дикости и сумасбродства столько, что и стыдиться стыдно. Жуть, ей-богу, жуть, доктор! Душа-то грязнючая, но дикая, природная! Как лужа, которая и грязная, и дождиком, а с неба самого накапана… Описать нельзя, а только когда к душе этой прикасаешься, материться на неё хочется!

И вот выбегаю к отвесному берегу, а там внизу пляж, тесненький, кустами утыканный, лица всё недобрые. И что-то подсказывает мне, что тут он схоронился. Сначала только догадка. А там, перед отвесом, там ещё дорожка в деревьях, а по ней солдаты идут. Спрашиваю у них: не видали? Неа, не видали! А сам понимаю – утаили от меня смерть его! Дорожку пробегаю, на самый пляж с отвеса сбегаю – мужчина какой-то стоит, но я точно не его ищу. Под ногами у него, на песке самом (а песок как от дождя!) лицо то ли нарисовано, а если мельком глянуть – то вроде и отпечатано. Другому б жутко, а этот улыбается стоит. Но мне не до него: понимаю – не найти мне того, кого ищу. Наверх по песку возвращаюсь, да сам приуныл уже. А там, наверху, на песке надпись и рисунок неразборчивый. И написано: “Рим”. Сначала вроде как “Рим”, а потом думаю про себя – что Рим? А надпись и меняется: “Рим?” Ничего не пойму.

Вдруг голову налево поворачиваю: деревья от дождя не отшедшие, пыль прибитая, дали тёмные… Деревья-то, знаете, краеугольные (остроугольные)!

Решаю рассудить. Если умер? И чувствую хохот его, хохот дерзкий, грязный, заплетшийся, а изнутри светлый – хорошо ему. А смеётся, сволочь, знаете чему? Что я тут в догадках путаюсь! Где-то рядом тут витает, а не достать и не узреть даже! Никогда!

Ну ладно. А если не умер. Тогда – где? А тогда – где-то там, за деревьями. Но идти нельзя туда: я только сунусь, а он не там окажется, перебежит тихонечько и навсегда ускользнёт. Может и за деревьями, а только уже в самой их чаще… Как не страшно! (Передёргивает) А может, тот мужик его прячет, а может, в камышах сидит! И понимаю вдруг: разницы нет! То есть, между тем – умер ли, не умер ли. Разницы нет! Да и даже вот что: когда я подумал о смерти его, он смеяться начал, а как начал в деревьях его искать, ухмыльнулся только… И понимаю: ему и тут разницы не было (тут опять вспоминаю, как его шарик тот передразнивал), ему и там её нет. Вот он, каков на ощупь-то! А, каков, доктор! Понимаю единственное: где б он ни был сейчас – не досягаем он, а если не досягаем, какая, ну скажите, негодяй вы, какая разница, жив или мёртв? Что так, что так – его не потрогаешь, за ним не угонишься, и от вида одной спины его тоска комбайном накатит, сметёт! А тоска эта не о нём, знаете? Тоска – о себе. Тоска эта объяснила мне всё, знаете? Не о нём я беспокоился – ему разницы нет. О зависти своей заботился, вот и старался, от неё сбегая, воротить его, чтоб не тосковать. Ему б только раскатиться, да туда – вперёд. Там страшно, а отсюда завидно всё же… Ему там “душенька свободна”, он там недосягаем всем, там дикость какая-то смеющаяся, а мы отсюда – смотри на него! Эх! Зачем, спрашивается, тормозил его? Сам же к этому стремлюсь! А даже если и умру, за ближайшим кустом и воскресну, точно за ближайшим деревом! Я его искал, а сам думал – чего смерти бояться – мы землю знаем не больше, чем смерть – чуть что и не знаешь – то ли за куст, то ли в камыши кидаться… И привыкли ведь, прижились бок о бок с неизвестностью! А разницы нет, и смерть – что-то между кустом и тропинкой неизвестной. Оттого и смешно – коли прямо своей дорогой идёшь, никуда ни на шаг не сворачиваешь, коли ты и тут недосягаем, то что там может измениться-то?! Не могу разобраться…

Потом проснулся, картину всю вспомнил, и знаете – картина эта – точь-в-точь как и душа того, кого я искал. Такое нечто, такая необузданность, что таким и следует быть тому, что хочет говорить стихами.

Как жалко, что такие сны бывают раз в жизни.


Комментировать

login
password*

Еше свежачок


Маньяк цветовод Лизунец Апостолович Оригами
распял себя думками: Мой гений, большого предтечие -
спасёт мир, восстановление девственности муравьями,
путём щекотания сломанного - совсем без увечия.

Мерси девчонке, посаженной голой на муравейник,
слыла она брошенкой, а стала как новая лялечка -
бесспорно, открытие тянет на Нобеля премию,
с воплем фанаток: Лизуньчик, ты наш пупсик и заечка!...
11:52  08-12-2016
: [9] [Х (cenzored)]
Демиург Чантаскел, прижавшись одним ухом к подушке, пытался уснуть, воткнув палец в другое ухо; однако свистящий, тоненький голос продолжал звучать казалось внутри самой головы: "правитильство ришило поднять став..."
Вскочив с дивана, Чантаскел с наливающимися кровью глазами обвёл свою мастерскую - ничего, что могло бы издавать какие-либо звуки не было -только под потолком висела, так и незаконченная планетная система....
23:38  07-12-2016
: [5] [Х (cenzored)]
Кошка видела в окошко:
падал пух лохмато вниз
На деревья, на двуногих,
и на замшевый карниз.
Полизала, жмурясь, лапку,
шубку белую, как снег,
И зевнула сладко-сладко,
окунаясь в сонность нег....
19:25  06-12-2016
: [8] [Х (cenzored)]
...
08:00  05-12-2016
: [9] [Х (cenzored)]
Лает ветер на прохожих
белых, желтых, чернокожих,
В подворотнях остужая пыл.
Лихорадит всех до дрожи,
перекошенные рожи,
Как же этот чум людей постыл...

Нет ни дня без войн, насилья,
плачет небо от бессилья,
И снежит, снежит, снежит в душе....