ПОВЕСТЬ О СОПРОМАТЕ

Автор: Анатолий Фирс Глава 1

Ночью по крышам корпуса №2 бегали драные коты и грохотали так, будто они были в сапогах. В город пожаловала дождливая зима. Утром, когда оживали подворотни и чердаки, ещё не ложившиеся спать студенты выглядывали из окон общежития и смотрели в небо. Небо было хмурым. Студент становился убитым и думал о солнечной Италии, пока не приходил к выводу, что пора браться за курсяк по сопромату.

В зачётном ажиотаже по корпусу №2 беззаботно бродила отличница Мухина и теребила в руках изжёваный решебник. Свою курсовую она сдала ещё месяц назад и теперь следовала к кафедре за «автоматом». На лестничной клетке за ней пристроился мечтательный бабник Лесипедов и, нежно пощипывая за рукав, стал шептать ей нежные слова о том, что некому помочь ему, горемыке, рассчитать хотя бы одну балку.

– Не хватайтесь за поручни проходящих вагонов, – назидательно изрекла некрасивая, но умная Мухина и белым лебедем спланировала к кафедре. Лесипедов слабо заурчал, но смирился и побежал искать хорошистку Зозулю.

Возле кафедры сопротивления материалов, отличница увидела толпу однокурсников с фиолетовыми губами. Те лихорадочно слюнявили химические карандаши и подрисовывали пузатые эпюры. Их калькуляторы перегревались от непрерывного тыкания и жаловались на недомогание в микросхемах.

– Привет труженикам карандаша и миллиметровки! – приветствовала толпу Мухина.
Тихая ненависть и шуршание были ей в ответ. Мухина не обиделась. Всяк студент – кузнец своего счастья, кто им всем мешал полгода пропадать в библиотеке, как это делала она, никогда не знавшая ни пьяных, ни трезвых поцелуев?

Тут сквозь толпу к ней продрался дурковатый студент Емелин, тощий, как распоследний отличник, не совмещающий работу с учёбой. Емелин был помешан на учёбе. Он всё время говорил об учёбе, после пар бежал в читалку, приставал с вопросами к преподавателям на семинарах, зажимал однокурсников в угол и тыкал им в носы тетрадки с непонятным, таскал на своём горбу горы учебников… Но при этом никогда не получал ничего выше тройки и каждую сессию был хвостат, как павлин.

– Третью? Балку? Рассчитала? – спросил Емелин, стараясь выглядеть нормальным.

– Е-ме-лин! – философски изрекла Мухина. – Опять ты со своими интеллектуальными запросами. – И, зная единственный способ отвязаться от дурковатого, отчеканила: – Обед из четырёх блюд в «Снежке» и балка твоя!

Голодранец Емелин мгновенно отстал и принялся и доставать других.

– Ну, кто первый? – донёсся из-за приоткрытой двери голос доцента Вульман. (Только через три недели, второкурсники открыли первакам, что Вульман – женщина!) Одногруппники мгновенно вспотели.

«Со-про-мат». Попробуйте произнести это слово с набитым ртом. Вы сразу же подавитесь. Чем только не занимаются студенты между парами: скрещивают бумажные цветы, расписывают балалайки, торгуют рыбками Гуппи, распространяют флаеры, скачивают рефераты «О себестоимости отстрела страусов в Воронежской области», бросают курить, подрабатывают на кладбище…

Но чем бы студент ни занимался – над ним всегда, словно авторучка, нацелившая в зачётку, висит многотонный, противотанковый учебник по Сопротивлению материалов.
Беспощадно режет незнающих и списывающих Вульман, волосы встают даже у лысых, удары сердец сотрясают корпус №2.