Мужик бухал однажды в парке
Автор:
[ принято к публикации
01:21 17-09-2015 |
Саша Штирлиц | Просмотров: 1225]
Мужик бухал однажды в парке,
В тени весенних тополей.
− Ну, монумент, давай по чарке!
А тот вполголоса:
− Налей...
− О, мать моя! Давай по сотке!
За дивный камень! За тебя!
Тут сам солдат склонился к водке,
Спиной, коленями скрипя.
Стопарик взял ручищей страшной.
Застыл укор в глазах его.
Сказать пытался он, отважный,
Что не погибший, а живой.
Что воевал с фашистским зверем,
Как вся великая страна.
А мы сейчас, во что мы верим?
Что в жизни значим? Нихрена?
Мужик поплыл своей дорогой
Искать родные берега...
А монумент с тоской глубокой
Хрипел во след ему:
− Пока...
* послепасхальная опустошённость
Мужика укусила змея
Не за палец - а целую руку
Он воскликнул при этом "Вот, Бля!"
Перекинув змею свому внуку
Внук ударил её по челу
Только змеи намного проворней
И укус был похож на пчелу
Так сказать - был укус благотворней
Яд и желчь, а ещё тошнота
Загорелись по телу игриво
Неукушенная чистота
Разрослать в многоцветное диво
У мангуста стальная душа
Он прекрасен но слишком наивен
Он подходит к змее не спеша
...
А жизнь то пустА -
Это понял вчера где-то в полдень
С тех пор я живу с этой мыслью уже почитай восемнадцать часов
И стал я великим от вывода этого будто бы Кромвель
Я мрак разогнал и неверие, так сказать, с двух полюсОв
Вы спросите: В чём пустота?...
На руках у папки словно зайка
Не сидеть уж больше ни шиша.
Эта радость дальше улетай-ка
Жизнь большого тоже хороша.
Малышу родному скажет папка,
-Сядь на плечи лёгкими кило
Покататься если хочешь, лапка,
Стать тебе повыше повезло....
Готов был говорить ей о любви,
Без тени хоть малейшего обмана,
Травою сорной, чувства проросли,
Нежданно с буйством дикого бурьяна.
Жил жаждой, приголубить, защитить,
Как к роднику, к губам припасть губами
Свить близостью связующую нить,
Не разорвать, которую годами....
/...
мужик бухал и набухался
он в парке
баба там с веслом
его спросила о любви
но охуевший он сьебался
а баба вторила - пока
пошлю тебя послом
на облака
***
он просто обоссался
до крови
вот же жизнь кака