Случай.

Автор: Сокол Илья Первый раз на пмж в столицу я приехал практически случайно. В начале 00-х. Закономерный случай в проявлении всех своих ипостасей давно уже мой заклятый дружище. Последний год меня мучила неразрешимая дилемма о том, как мне отвертеться от вполне предсказуемых жарких объятий чужой Проторенной, желающей устроить мне прием во всей своей красе, к чему, справедливости ради надо заметить, я сам в отсутствие понимания других перспектив приложил немало усилий. Вразумительные ответы, как в самой черепной коробке, так и вне её, отсутствовали. Логично, что звонок Дена на домашний с лаконичным «Поработать есть желание? Скоро в ваших краях будет проездом учредитель. Пообщайся. С жильём разберёмся» не продолжился многозначительным с элементами провинциальной халтурной эмоции значимости момента обсуждением частностей. Спустя некоторое время встретились с человеком. Пообщались.

Набухавшись в честь отъезда я чуть не проспал машину на самолёт. Вас приветствует капитан корабля…. Наш самолет совершил посадку…температура за бортом….командир корабля и экипаж прощается с вами…

Это была небольшая ювелирная компания. Ширпотреб. 585. Средний и мелкий опт. В основе стратегии лежала возможность одарить рынок  хорошим продуктом утонченного итальянского дизайна, что было крайне востребовано, потому как наш отечественный производитель всё так же в ручную скручивал желтую проволоку разной толщины в бисмарк и отливал в граните кольца «а-ля кострома», дореволюционный дизайн которых вежливые люди называли классикой, а мы, при появлении оных артефактов на складе, более приближенно к реальности залупой. Наши изделия были действительно хороши и привлекали внимание не только очаровательных особ в магазинах наших клиентов, но и более искушенных на этом рынке людей, которых в большей мере интересовала история происхождения изделий из благородных металлов. Поэтому на фирме нужны были свои люди. Поэтому же на ней появился я и немного позже прилетел Макс. Поэтому, конечно же, рано или поздно фирму должны были склеить, что собственно и произошло.

Офис находился на 7-ом этаже бывшего НИИ, здание которого растянулось на квартал и заодно четыре адреса вдоль улицы, продолжаясь под прямым углом в переулок, скрывая от глаз людских огромный внутренний двор с другими постройками и суетой сотен компаний, обезличивая всё это в жалюзи разных оттенков снаружи и механический гул уставших советских лифтов изнутри. С самого утра аккуратно и вежливо, без масок, группа ценителей ювелирного искусства в штатском приняла партнёров - ювелирный цех, расположенный на территории в соседнем здании. Парни там были привыкшие и без лишних разговоров делали подробную опись изымаемых 20 кг изделий, 4 кг чистоты, левого клейма и всего остального, обдумывая предстоящие на днях торги по поводу возврата всего этого добра. С нами по ювелирному не получилось. В постановлении был обнаружен косяк с юрадресом - местонахождением значилось помещение первого клиента, а привить шизу за опечатку не получилось. Ксивы ксивами, а букву закона мы уважаем, хоть и лимита, а потому не имеем прав показывать склад незнакомым людям ввиду документально оформленных обязательств о личной материальной ответственности. Старший группы нахмурился. Надо заметить, что как бы то ни было охарактеризовать его мимику было вообще сложно. Это был грузный человек средних лет с динамикой голодного бизона и широкими шагами в формате "Я здесь закон". На голове располагалась копна волос какого то соломенного цвета, под которой, будто в продолжение, существовало такого же цвета лицо - как только ты переставал его видеть, в памяти вместо всей головы оставалось только размытое грязно-жёлтое акварельное пятно. Образ был дополнен волчьей шубой, очевидно подобранной внутренним стилистом под цвет шевелюры, и браслетом грамм на 70 - белые и жёлтые золотые пластины, скорее всего турецкого, контрабаса, где то ненароком ускользнувшим от описи. Задушевных разговоров он не вёл, говорил коротко и уходил быстро. "Бумага будет!" - сказал Яздесьзакон, оставив подчинённых, для порядку не дававших работать и звонить, а по факту бдить за тем, чтобы содержимое склада оставалось на месте до появления правильной бумаги, то бишь до утра. Приличия ради наш коллектив дождался окончания рабочего дня, после чего всех попросили освободить помещение. Конторские предусмотрительно выпросили у кого то стул и, согласно приказу "бдить", на продоле около офисной двери выставили часового.

Ну мы Дальний Восток, мы же всегда за идею. Мыслим. Дома. Втроём. Подумав о том, что сидеть всю ночь в одного, в коридоре безлюдного офисного здания под жужжание люминесцентных ламп, включённых ночью через одну, ни один нормальный человек не станет, решили ехать. Где взяли пропиленовый мешок не помню. Мужики из охраны попались адекватные, пропустили, хотя въезд машины, так же, как и вынос чего бы то ни было категорически не одобрили. Подставляться не хотели ни за водку, ни за деньги - от первого клиента люди уезжать ещё даже не собирались.

Чтобы не шуметь лифтом в пустом здании, от греха подальше, поднялись с Максом по лестнице. На нашем седьмом было тихо, в полумраке длинного сорокалетнего коридора одиноко стоял стул. Предсказуемо, но молекул железа в очке от того, что мы такие блять умные, не добавилось. Офис открыли, с сигнализации сняли, закрыли дверь изнутри, свет включать лишнее. Ювелирный склад - специально оборудованная согласно техническим требованиям комната, обшитая изнутри стальными листами, бронированная дверь, за которой "тигрятка", вдоль стен от пола до потолка ячейки для обиренных изделий. Мешок утрамбовали под завязку. Ден внизу, машина на обочине, от фонарей светло, трасса на удивление - до Садового рукой подать - пустая, кидаем груз в предполагаемый квадрат принимающего через двухметровый выступ крыши второго или третьего этажа, который закрывал обзор до самой дороги. Принял. Выходить назад "не аминь", вдруг часовой вернулся, но уже проще. Офис на сигнализацию, одинокому стулу респект. Едем домой. Осталось только не стать рыбой золотой, в прямом и переносном смысле, для машины одинокого ночного патруля, желающего заглянуть в багажник.

Подозреваю, что кто то из конструкторов тойоты, знает о наличии подобных ситуаций, ибо не зная этого, не возможно создать вот эту вот, раздражающую многих и радующую меня , ходовку, которая на хорошем асфальте тихо укачивала бы тебя, когда надо, прямо вот так, как тебе надо. Которая и в тот день укачивала меня вместе с моим вопросом о том, что же это всё таки за такая неведомая кармическая ёбань, благодаря которой ты пролетаешь 7000 км, нормально работаешь, уже начинаешь отлавливать вполне порядочные бонусы, выставки с красивыми девчонками, приятные люди наполняют твой эфир...а потом ты ни с того, ни с сего опять едешь с полным багажником стрёма (что самое ржачное даже колеса те же - с правым рулём) и оттягивающими карманы черкизоновских джинс слитками государственного образца... Но машину приятно покачивает, фонари по доброму так мелькают за окном, приёмник что то легенькое щебечет, и Бог с ним - нет кипиша и уже хочется спать.


Утром Ден остался дома с товаром, а мы с Максом поехали в сторону работы. Офис уже открыли наши сотрудники. Нас, как хранителей доступа в бронированную комнату, ждали все. Менты ждали в предвкушении, офисные женщины ждали с покорностью к судьбе - на их глазах спустя несколько минут должна была произойти экзекуция источника материальных благ. Дамы умеют прочувствовать вечность в кратковременном. Лишь во внешности Яздесьзакона значилась только одно изменение - новая правильная бумага. Его подчиненные чутко молчали. Макс шёл немного позже, чтобы мы так вот не нарисовались вдвоём в это всё.

- Открывайте склад.

- Ключей нет. Ждём человека.

Тишина. Люди работали профессиональные и привыкшие к своей позиции силы в данных ситуациях. Судя по младшим сотрудникам бомбили они постоянно, со скукой, зная все телодвижения и кривляния офисных фантиков. Зашёл Макс. Поздоровался. Я вытащил из кармана ключи и передал ему. Около дверей склада спина в волчьей шубе закрыла Макса. Дверь скрипнула, за ней тигрятка. Макс отошёл в сторону. Яздесьзакон не стал проходить внутрь, доли секунды ему понадобилось, чтобы осознать случившийся факт и принять решение. Повернулся, мелькнув недоверчивым к самому себе взглядом на Макса, меня, женщин, которые вообще не понимали, что произошло. Немного сипло, с жёлчью, но без ярости, никому лично и всем сразу, и пустым полкам заодно, выдохнул риторическое:

- Пидарасы!

После, как и обычно, прошёл к выходу, мимолетнл сделав головой знак для своих "Уходим!". Без золота мы представляли для них такой же интерес, как статистика по пассажирам подземки в 13:25.

Спустя пару часов мы спустились познакомиться с соседями ниже и попросить их открыть у себя окно, чтобы вылезти и забрать озябшие в снегу на козырьке пачки рабочей документации.


Через полгода я уехал в Питер. Спустя шесть лет вернулся с женой и дочкой. Макс у мелкой крестный. Исчезновение неведомой кармической ёбани датировано появлением семьи - хотя установить первопричинность того или иного в этом моменте вряд ли возможно.


P.S. Макс работает в строительной компании. Вчера звонил - в офисе омон. Поначалу ошиблись зданием, потом этажом....