ВЕДМЕДЬ

Автор: поп-расстрига Кто-то верил в торжество добродетели, кто-то - в неизбежность войны, а Терентьев верил в медового ведмедя. Верил он не то чтобы крепко, но всё же и не фальшивил, как многие. Однажды, в сентябре, Терентьев сидел в своей комнате, писал на компьютере письмо болгарскому писателю, то и дело поглядывая на стеллажи с книгами. Они, эти пыльные и болтливые книги, мешали ему сосредоточиться, мешали жить и писать; мешали ему сосредоточенно жить, пиша. Терентьев поднялся из-за стола и в припадке какой-то космической беспомощности от того, что исключалась возможность за один присест, как бы амплитудно, взять и прочитать все эти книги, надёжно хранивших вспученное эго писавших их, сиганул на стеллажи. Именно тогда, впервые, к нему пришло осознание существования медового ведмедя. Собственно, Терентьев о медовом ведмеде не знал ничего конкретного: ни какого он цвета, ни какого нрава, ни зачем он вообще нужен. Но это было и неважно. Так шли дни, месяцы, полугодия. Терентьев ходил на работу в суд, плодотворно трудился, выносил много суровых - и что уж греха таить - несправедливых вердиктов, совершенно позабыв о своём озарении. Второе проявление медового ведмедя в жизни Терентьева случилось 9 мая 2011 года, когда провожали на пенсию старого выжившего из ума судью по фамилии Бурмонтов (ударение на «у»). Бурмонтов, подняв рюмку, выдержал мхатовскую паузу и, пуская слезу, сказал, что уходит навсегда. На что Терентьев как-то сразу нашёлся сказать: «Ничего, ничего, Пал Палыч, мы с вами, как медовый ведмедь, восстанем из пепла». Третье и последнее проявление случилось год спустя, когда ни с того ни с сего Терентьев подумал, что умрёт только в том случае, если услышит слово «диплодок». Это слово было редким, так что Терентьев планировал жить долго. Он подошёл к киоску с мороженым и купил сразу два. А съев два, купил себе семечки и употребил их все, за один присест. На подходе к дому он увидел двух маленьких мальчиков-брюнетов с синими очами. Их звали Саша Венгеров и Саша Венгеров, они были братья. Саша сказал Саше: «Саша, а давай играть в динозавров. Чур, я - диплодок».

А в 1986 году, когда болгарскому писателю было 4 года, вышла песня Жанны Агузаровой – «Старый отель».