Важное
Разделы
Поиск в креативах


Прочее

Кино и театр:: - Путешествие вновь (часть четвертая, 5-7)

Путешествие вновь (часть четвертая, 5-7)

Автор: Крокодилдо
   [ принято к публикации 10:35  05-05-2020 | Антон Чижов | Просмотров: 113]
5
Прежде чем перейти к содержанию послания, выдержу паузу и подогрею интригу.
Несколько слов о том, как шли дела в компании «ФраФарма». Оказалось, что в отчетах, которые составлял Антуан Паскье, трудности преувеличивались, а краски сгущались. Я не виню в этом своего заместителя. Всегда лучше перестраховаться. Да и говоря по справедливости, на то я и шеф, чтоб нести бремя ответственности.
Колебания на рынке имелись. Но сам тип производимого «ФраФарма» продукта гарантировал нам благополучие. Мы производили не просто лекарство, но препарат животворящий. Да, во время следствия и судебного процесса акции наши лихорадило, что объяснялось прежде неизвестностью: как и с кем придется вести дела, если один из руководителей зарезан, а второму грозит декапитация? Нестабильность – вот самый страшный враг предпринимательства. Оправдательный приговор вернул локомотив бизнеса на привычные золотые рельсы. Беспрецедентно громкий судебный процесс сделал «ФраФарму», безусловно, самой известной компанией мира. Кто-то скажет «пресловутой». Ради бога! Ещё меньше меня задевало недоверие или даже открытая неприязнь кое-кого из партнеров. Плохо было другое: я стремительно терял интерес к коммерции. Жилка азарта билась нитевидно и неровно. Однако биение это становился всё более вялым. Моя деловая активность угасала на глазах.
Ах, да. Письмо было из Северо-Американских Соединенных Штатов. Из города Чикаго, штат Иллинойс.

6
Умелый секретарь – правая рука начальника. Это не просто слова, это – управленческая истина. Найти такого специалиста трудно, большую роль играет везение. Первое правило поиска: никаких женщин, особенно молодых. Второе правило: никаких женщин вообще.
Фортуна улыбнулась мне в лице Ивана Алексеевича Рябинина, сорока девяти лет, полковника контрразведки Императорской армии. Именно так: ни Деникину, ни Колчаку, ни Юденичу с Врангелем майор Рябинин не служил, покинув Россию в промежутке между февралём и октябрем 17-го года. Об этом он сам поведал мне в парижском кафешантане, едва я начал вновь выходить в город после болезненного затворничества, последствий уголовных переживаний. Рябинин подсел за мой столик, представился, и сразу стал рассказывать свою историю. Удивительно, что я не прогнал его, но дослушал до конца. Он говорил негромким голосом и почему-то я сразу понял, что всё это – правда, хотя подобных сюжетов знал уже с дюжину, и все они были выдумкой в расчёте на подачку. Ещё меня поразил взгляд его выпуклых белесых глаз, расставленными очень широко, почти у висков, как у рыбы-молота.
Итак, в июле 17-го года Рябинин с женой и несовершеннолетней дочерью выехали в Варшаву, к его родственникам. Оттуда пришлось ретироваться в Грецию. Дорогой скоропостижно, от дифтерита, умерла жена. Горе, скитания, лишения. Он рубил лес, работал санитаром в психиатрической лечебнице, жарил каштаны, являлся посредником в деликатно-клубничных поручениях. Из Греции они вынужденно проследовали во Францию. Здесь, в Париже, единственную дочь убивают в результате тягостной сапфической драмы. Казалось, последняя черта – пройдена. Однако он не поддался соблазну суицида, и продолжал существовать.
Всё это Рябинин спокойно выложил мне, чашку за чашкой цедя кофе. Затем, спросив моего разрешения, закурил и пояснил, чем именно может оказаться полезен. Я немедленно согласился.
Невысокий, коренастый, без капли жира. Седой бобрик волос. Лицо из гранита. Бритый тяжелый подбородок весомо заявлял о несгибаемости перед обстоятельствами. Педантичен, вежлив, по-военному исполнителен, а главное – начисто лишен инициативы и воображения. Идеальный административный инструмент. Очевидно, вручив его мне, Судьба решила выплатить контрибуции за ту разбойничью трепку, что устроила в последнее время.
Бывший контрразведчик сортировал посетителей и бумаги, перфекционировал работу штаба стенографисток, машинисток и курьеров, и лично вёл всю важную корреспонденцию на французском, немецком и русском. Именно полковник Рябинин принял, зафиксировал и вскрыл таинственное письмо из Чикаго.
– Откуда же вам известно, Рябинин, что послание сие оказалось столь важно, что вы немедля сообщили мне о нём в Вену? Я так покойно и блаженно там хворал… – мне нравилось иногда его поддразнивать.
Беседа происходила в парижском офисе «ФраФармы», на следующий день после моего возвращения из европейского турне. Развалившись в кресле и вытянув ноги, я полировал ногти. – Вы же, кажется, не читаете по-английски?
Меня забавляло, как мгновенно и старательно Рябинин кидался в объяснения любых, даже малозначащих, фактов.
– Конверт. Бумага. Отпечатано на дорогой машинке, марку точно сказать пока не могу. Подписано «паркером» с золотым пером, – выпятив вперед подбородок, отрапортовал он. – Я достал англо-русский словарь и, определив ключевые слова, перевёл их. Это позволило в целом выяснить содержание. Тогда я распорядился навести справки об отправителе: мистер Эзра В. Глотт, создатель и владелец «Глотт Инкорпорейтед», один из наиболее влиятельных деловых людей Чикаго. Отсюда – общий вывод о срочности.
– Ну-ну, понял, – усмехнулся я, заканчивая обрабатывать мизинец. – Немного дедукции и – аллюр «три креста». – Чего же угодно уважаемому заокеанскому магнату?
– Мистер Глотт высказывает интерес к приобретению компании «ФраФарма». Приглашает погостить в его чикагском особняке для проведения, как он это формулирует, «совещательных бесед» относительно возможности данной сделки.
Я отвлекся от левого безымянного пальца и с интересом взглянул на своего чудесного секретаря.
– Вот как? И что же вы полагаете? Стоящее предложение?
Рябинин закряхтел. Нервно качнул квадратной головой. Бывший майор органически не умел давать советы начальству. То не было деликатностью или страхом. Просто эта функция отсутствовала в его мыслительно-речевом механизме.
– Ладно, – сжалился я над страданиями бывшего контрразведчика. – Валяйте, излагайте факты дальше.
– Эзра Вильям Глотт, 55 лет. Его дед выходец из квакерской семьи, эмигрировавшей в середине прошлого века в Америку из Голландии или Уэльса, сведения разнятся. Обосновавшись в Нантукете, он завербовался на китобойное судно «Буревестник». Впоследствии вместе с семьей переехал в Чикаго, где начал торговлю фруктами и овощами. Его сын Элиас, соответственно, отец мистера Эзры Глотта, примкнул к квакерам и вполне успешно развил семейное дело. Ему удалось стать во главе квакерской общины в Стритервилле, одном из районов Чикаго. Он пользовался у «друзей» – так квакеры называют друг друга – огромным авторитетом и оставил сыну небольшой капитал. В свою очередь, Эзра Глотт сумел отлично распорядиться наследством, основав в 1896 году фирму по производству сельскохозяйственного инвентаря. Отмечают не только его навыки непревзойденного переговорщика, но человека, обладающего уникальным чутьем: все его вложения окупились сторицей. В начале века он занялся добычей, а впоследствии – и переработкой нефти. С каждым годом круг его коммерческих интересов стремительно разрастался, в последнее время он заинтересовался фармацевтикой. Эмблема «Глотт Инкорпорейтид»: восьмиконечная звезда с вписанной в неё литерой G.
– Прекрасно, господин Рябинин, прекрасно. Значит, сей многомудрый тайкун вознамерился меня проглоттить? Знаете, это здорово! Мне нравится эта идея. Очень нравится! Приятного ему аппетита! Тэк-с… А что с личной жизнью старины Эзры?
– Мистер Глотт вдовец. Имеет трех сыновей: 27, 25, и 16 лет. Особых увлечений нет, он всецело посвящает себя квакерской общине. Активный меценат.
– Любовница?
– Прошу прощения, господин Самедов, за столь короткий срок не удалось выяснить.
– Да что там выяснять! Откуда? Хотя… Наверняка имеется, и не одна, просто умело скрывает. Знаю я этих квакеров-святош, сам люблю поквакать. Впрочем, это неважно. Меценат, говорите… Тоже неспроста. Значит, скрывает какие-то махинации. Что ж, господин Рябинин, отличная работа. Вы – настоящий виртуоз!
Секретарь слегка прищелкнул каблуками.
– À propos, какой вытанцовывается любопытный момент: мистер Глотт зазывает меня к себе, вместо того, чтоб явиться сюда, в Париж. Это было б естественно, ведь именно он делает первый шаг. К тому же, разве плохо совместить приятное с полезным, провести переговоры в столице моды и грехов? Не думаю, что он патологический домосед или опасается за свою квакерскую нравственность в галльском гнезде разврата. Тут дело в другом, как вы считаете?
Рябинин упорно молчал.
– Не знаете, что сказать, а? Да тут всё яснее ясного. Вы же военный, должны понимать. Противник предпочитает дать бой в хорошо известной ему местности, где под каждым кустиком прикопан взрывоопасный сюрпризик. Также он наверняка учитывает психологическую и физическую усталость после дальнего путешествия. Вполне предсказуемо. Сразу набросится, отвлечет внимание, пользуясь контузией от новых впечатлений. Сходим туда, посмотрим это, попробуем то… Итак, путешествие. Наведите справки: самые быстроходные и комфортабельные пароходы. Когда, откуда, ну и всё такое прочее.
Я закончил полировать ногти и отложил пилку.
– И последнее, Рябинин. Подготовьте мне полную финансовую отчетность по компании, за всё время. Слышите, за всё! Возьмите себе помощников – сколько нужно. Главный бухгалтер – под вашим командованием. Да вообще, все люди в вашем распоряжении. На всё про всё даю неделю. Ну и разумеется: телеграфируйте мистеру Глотту мое согласие на «совещательные беседы». О деталях ему сообщат дополнительно. Свободны.
Дав задание полковнику, я занялся обдумыванием стратегии грядущих переговоров. Факты и цифры – скелет любого дела. Но вот кровь, живительная кровь – это психология. Последнее время всякие шарлатаны, вроде доктора Фройда изрядно скомпрометировали эту науку, наполнив её бессмыслицей и половой истомой. Нет, психология – это не выдумки для истеричных женщин и слабосильных мужчин. Тут – правда характера. Мысли человека прочитать нельзя, в голову ему не влезешь. Но вот угадать их ход, общее направление, вполне возможно. Конечно, субстанция сия скользкая, эфемерная даже. Поди-ка ухвати! Зато как ухватишь – считай, победил.
Пытаясь воссоздать психологический портрет противника, я вернулся к данным, собранным секретарем. Информация любопытная, но безликая. А что мы имеем оригинального? Письмо. Продиктованное лично мистером Глоттом, с его скромной пасторской подписью, без легкомысленных завитушек и росчерков. Эзра Глотт, любопытное имя. И между строк его послания должен проступить характер, не может не проступить.
Я перечитал письмо. Выпил кофе, выкурил гавану и, стоя у окна, перечитал ещё раз. Закрыл глаза, представляя, моделируя, вычерчивая. В основе всего, несмотря на принятые в подобной переписке суховатые речевые обороты, горячее желание мистера Глотта овладеть «ФраФармой». Это бросается в глаза. Он не просто интересуется, он – действительно хочет купить. Имеется его жгучий интерес. От него и танцуем. Положим – мой интерес продать тоже велик. Мне осточертела любая публичность, все эти рауты и переговоры, фотографы, бухгалтеры и юристы. Статьи в газетах и отчаянные письма с просьбами о помощи.
Уйти от дел – это ли не наилучший выход? Забавно, что я маялся и мучился, но не решался твердо сформулировать желание избавиться от компании. Спасибо далекому заокеанскому другу за импульс. Иное дело, что выставлять напоказ я это не стану. Во-первых, это собьет цену, а во-вторых… Во-вторых, у меня есть гордость. Точнее, азарт. Азарт игрока. Проигрывать, при том заключительную и важнейшую деловую партию, – неприятный удар по самолюбию.
Итак, я знаю, что он хочет купить, но он не в курсе моего желания продать. Ergо: преимущество у меня. Не стоит усложнять, не будем устраивать хитроумные бизнес-шахматы. Мы сыграем во что попроще. К примеру, в крестики-нолики, при том, что имеющаяся диспозиция – мой жирный «хер» в центре девятиклеточного поля. Влепив его, проиграть я могу только по собственной глупости или невнимательности, а ни того, ни другого я не допущу. Дудки-с.
Теперь главная часть. Корпус всего дела. Финансовое обоснование. Дела у компании идут неплохо. Да, имелись проблемы, вызванные детективной шумихой. Вот, наглядно представлено на графике. Однако сейчас у нас устойчивый рост… Хитроумный Глотт наверняка попробует надавить на общий спад отрасли. Я парирую прогнозами… Необходимо подготовить хороший прогноз, а главное – его обосновать.
После останутся нюансы. Тут важно не дать себя заболтать, отвлечь. Что он предложит? Стандартный набор Омара Хайяма: вино и женщины? Это само собой… Что ещё? Попробует огорошить, воспользуется моей вялостью после тяжелой поездки?.. Скорее всего. Я не большой охотник до морских путешествий: качка, айсберги и неприятные воспоминания. Однако, что мне остается, аэропланы в Америку пока не летают…

7
Пока группа специалистов под руководством человекообразного механизма «Иван Алексеевич Рябинин» занималась подготовкой нужных документов, справок, отчетов и выписок, я велел доставить материалы по истории города Чикаго и с интересом нырнул в чтение. Определенных сведений я не искал, полагаясь на интуицию. Тут может пригодиться каждая мелочь. Перво-наперво не худо знать – куда направляешься.
Выяснилось, что название города, скорее всего, происходит от слова «shikaakwa», которым индейские племена, населявшие территорию современного штата Иллинойс, называли дикий лук – растение в изобилии встречавшееся в тех краях. Что в 1885 году в Чикаго был возведен первый в мире небоскреб, а в 1893 – проведена всемирная выставка, получившая название «Колумбовской» и собравшая более 27 миллионов человек. Что в настоящий момент «город ветров» (определение «Чикаго трибьюн», по собственной хвастливой аттестации: «лучшей газеты в мире») – является вторым по величине в стране, а ещё – её негласной преступной столицей. Хорошенькое местечко, ничего не скажешь.
Утомившись, прервался на обед. За бенедиктином я лениво просматривал «Le Figaro». Их специальный корреспондент сообщал из немецкого городка Фридрихсхафен, что фирма, основанная графом фон Цеппелином, завершила постройку LZ-126, самого современного жесткого дирижабля, для его дальнейшей отправки в Северо-Американские Соединенные Штаты.
«Это станет первым в мире трансатлантическим перелетом летательного аппарата такой конструкции. Управлять им будет лично капитан Гуго Экенер, крупнейший германский специалист в области воздухоплавания. В дальнейшем „цеппелин” передается американскому правительству в обмен на отказ от репараций в размере 3,2 миллионов золотых марок».
Я отложил «Le Figaro» и спросил ещё рюмку ликера.
Ровно через неделю Рябинин принес весь пакет нужной документации. Пока я просматривал бумаги, он достал записную книжку в темно-синей коленкоровой обложке и серебряный карандашик. Изготовился фиксировать указания.
– Хорошо, Иван Алексеевич, – сказал я потягиваясь. – Пока, вроде бы, всё. Сейчас начну все подробно изучать. Тогда и возникнут вопросы, будьте наготове. Необходимо поставить себя на место мистера Глотта, вообразить, к чему этот квакерский спрут сможет придраться?
– Слушаюсь. Я выписал все рейсы трансатлантических пароходов. Ближайший отходит из Гавра. Прикажете заказать билет? Семь суток в пути до Нью-Йорка. Оттуда – по железной дороге до Чикаго порядка 1300 км.
– Что? Нет. Не семь суток, а трое. И не до Нью-Йорка, – я заглянул в свои заметки, – а до Лейкхерста.
– Лейкхерст? Простите, господин Самедов, никогда не слышал о таком порте.
– Это не порт. Военный аэродром. Вот что, дружище, свяжитесь-ка с капитаном Гуго Экенером, он находится в городе Фридрихсхафен. Скажите, что я должен с ним лететь. Предполагаю, он станет возражать. Причем категорически. Это некоммерческий рейс, пассажиры не принимаются и всё в таком духе. Может, вообще сошлется на какую-нибудь военную тайну. Не знаю, не важно. Ваша задача: во чтобы то ни стало убедить его взять меня с собой. Как вы это устроите и сколько это будет стоить – меня не интересует. Выполняйте…


Теги:





0


Комментарии

#0 18:02  05-05-2020Шева    
Опять интрига.
#1 18:32  05-05-2020Крокодилдо    
Шева: интрига обязательно, да. но надеюсь, что в конце будут подобраны все темы и подтемы...

Комментировать

login
password*

Еше свежачок
16:32  11-07-2020
: [12] [Кино и театр]
В медведя пуля угодила,
Его смертельно не разя.
И прочь бежал он что есть силы,
По горной осыпи скользя.

Вторая пуля - прямо в спину,
Огнём как будто обожгла.
Медведь, живой наполовину,
Ещё держался и бежал.

А третья мимо пролетела,
У головы его свистя…
Охотник, что же ты наделал?...
16:46  08-07-2020
: [12] [Кино и театр]
Как, откуда они узнали, было непонятно.
Макс был в ступоре.
И искренне недоумевал.
Не прошло и двух месяцев, как он с женой приехал в посольство. На грядущую службу у него были самые радужные надежды.
Наконец-то уже как пройденный урок, как успешно сданный экзамен можно было вспоминать бесчисленные тесты, зачёты, проверки на стрессоустойчивость, на возможные заграничные соблазны, на находчивость, на внимание, на реакцию....
18:54  01-07-2020
: [5] [Кино и театр]
Любила Анастасия Сергеевна скоротать вечерок сидя ни лице у Павла Егоровича. А у Павла Егоровича появилось новое увлечение- чревовещание. И только усядется Анастасия Сергеевна, только настроится как пианино фирмы "Красный Октябрь", а откуда-то снизу доносится: "а вот Лев Николаевич Толстой по этому поводу говорил следующее....
18:53  01-07-2020
: [8] [Кино и театр]
Настроение было - лучше не придумаешь.
Что значит - всё делать по технологии.
А технология правильной поездки в поезде была отработана Серёгой давно.
Да, методом проб и ошибок, а как иначе? Если хочешь получить оптимальный результат.
Перед поездом, желательно уже на вокзале, надо принять сто пятьдесят....
21:08  24-06-2020
: [3] [Кино и театр]
Ребята, Данелия!
Я уж и не знаю, был ли в СССР более тонкий, более лиричный режиссер.
Собственно, даже сам жанр "лирической комедии" был придуман лично им, когда Георгий Николаевич был вынужден объяснять художественному совету, почему его комедия «Я шагаю по Москве» не вызывает у них смеха....