Чёрный хлеб лежит над стопкой. Отсырел и пропитался Духом спирта, спёртым духом, Плачем бабок незнакомых, Что в платках трясутся в доме. Крестят все углы подряд, «Где иконы?»— говорят. В доме гроб, он настоялся, Не поможет марганцовка В ржавом тазике под ним....
Орда шалых зверей пасётся нынче на кладбище: посты вместо пастбища, лайки вместо травы. Вскормлённые грудным безразличием, отравленные диким одиночеством ищут пастухов-королей, не познавших достоинства, ступивших в ничтожество. Королям – поклоны вечные, остальным – копыта в тело, клыки в лицо....
И панталончики и танга
Ныряем в кресло из ротанга
Сломав минуты и часы
Смущенных капель разговор
Что с хуя капали поэта
Но мы сегодня не про это
Про зов далеких синих гор
Седеющий, но бодрый хрен
Еще зовет на приключенья
Остановись, прошу мгновенье!..
Лишь безысходность, смерть и тлен
Столпы разрушены давно
Лениво умирает солнце
Смотрю сквозь мутное оконце
Вокруг бурлит одно гавно