марал

Автор: баня
.
в предбанник вбежал совершенно голый Ши Гу, и, похлопывая себя ладонями по оплывшим бокам, радостно завопил:
- Вовка! это чё? это кто.. кого ты на этот раз?
Пу Он Тин Сам криво улыбнулся, и встряхнул клетку:
- Байда.
- неуловимый Джо?! - взвизгнул министр. - ща я ему выдам пакет санкций!
сдёрнув с чресел полотенце, Ши направился к клетке с европейскими и американскими блохами, теребя свои набухающие гениталии.
- не обессудь, Джонни, для тебя сегодня - перемена блюд. - заметил Тин Сам, грозно сообщил приплясывающему от нетерпения Ши: - а ты не замучай до смерти мою куклу! он мне нужен, ясно? - прошипел упырь в ухо приспешника, и поспешно удалился.чтобы не видеть - что тут будет дальше, ибо завидно.
-да, повелитель, слушаюсь. - Гу Ши стоял согнувшись в пояс, дожидаясь, пока Пу Он уйдёт.
выждав пару минут, Ши рявкнул, и, обойдя президента соединённых штатов америки сзади, навалился на него, и прошипел в косматый седой затылок :
- а теперь мы с тобой поиграем в ягнёночка..
.....
жертва
.
покатый край позолоченной ванны, исписанный древними карельскими рунами был прохладен, несмотря на то, что оная была на две трети полна горячей крови полусотни маралов. Курлембе́ш Кужбе́кович, голый выше пояса, тянул к этой самой ванне за молодые рожки оленёнка-марала одной рукой, а другой - доставал из кармана короткий костяной нож.
подтащив животное, безжалостный якут с такой силой хряснул его горлом о позолоченый чугун, что марал забился в конвульсиях. не медля, шаман вскрыл артерию на горле хрипящего агнца, и, усевшись на агонизирующее тело, принялся доить пенистую кровь в ванну, не забывая переодически прикладываться ртом к хлещущей ране.
оленёнок уже не бился и даже не хрипел, только вздрагивал от яростных укусов человека в свою истерзанную глотку, но был ещё жив и всё чувствовал, когда Кужбекович достал напильник столярный драчевой.
па́нты были нежные, у основания подпухшие от снабжающей их энергией роста, крови, и поэтому слизывались рашпилем в ванну президента так легко, так мякго, что оленёнок забыл про боль от разбитой гортани, он сам весь превратился в боль, пронизывающую его тело от стёсываемых рожек до дрожащего хвостика.
Курлембеш делал дело не торопясь, аккуратно, с силой раздирая напильником в костную кашу кровоточащие па́нты, стачивая их до основания.
и тут оленёнок, в предсмертной агонии, расмашистовзбрыкнул, крайне удачно пробив копытом в жирный бок шамана.
довольное, воркующее пыхтение садиста сменилось захлёбывающимся воем и матерным стоном, вперемешку в визгливыми призывами о помощи.
в юрту немедленно вбежали двое закованных в пластиковую броню бойцов и дежурный врач. они немедленно стащили стенающего якута с истерзанного марала, и усадили в откинутое кресло, и протянули старику стакан воды, предварительно вколов успокоительного.
прошел час.
- мне нужен этот олень..- очнувшись, прошептал Курлембеш, приподнявшись на локтях, и покосился в сторону президентской ванны.
времени почти не оставалось, и нужно во что бы то ни было успеть сделать это!
якут с трудом встал, и, держась за отбитый копытом бок, пошатываясь, кривясь и скрипя редкими зубами, побрёл к коченеющему трупу животного. у Кужбековича впервые за последние три года - вставал..