С милфой рай и в шалаше

Автор: отец Онаний
В лесу пошёл слух, что зайчонок сожительствует со старой енотихой.

- Да я сам видел, у энтого зайца енотихина шерсть из зубов торчит, - громче всех рвал глотку ондатр.

- Уё, так ентот ушастый - сластена, - резюмировал барсук.

В это же самое время зайчонок как раз скакал мимо честной компании. Скакал он гордо, слов на Чапаев, объезжающий бойцов. Услышав краем уха что-то звери обсуждают его, зайчонок остановился и направился к ним.
- Здорово, сластена, - цыкнул барсук, не подав зайчонку лапу.
- Привет енотовидным, - подъебнул ондатр.
- Вы чо охуели?, - спросил обиженно зайчонок.
- Не, а чо?, - ответил за всех барсук.
- А за базар ответите? , - зайчонок.
- А мы перед пиздолизами енотовидными не отвечаем, - ондатр.
- Ну, да. Ну и хуй и с вами. Только вам теперь пизда, - зайчонок.
- Свою завёл или у енотихи взял погонять?, - барсук.

На это зайчонок уже ничего не ответил. Потому что был оскорбелен до глубины души. Ведь не было в его ушастой жизни никакой енотихи, а была старая самка скунса. Эта старая вонючая милфа за услуги интимного характера дала зайчонку кров и защиту, еду и всю себя. И теперь зайчонок скакал к своей зазнобе для сатисфакции.
Объяснив на лапах суть да дело, старая самка скунса слегка выпустила струю вонючей жидкости, но это так для проверки боеготовности. Да и заставила зайчонка перед выходом сделать ей куни, а то вдруг того сомнут в махаче и она останется без лизуна. Зайчонок пустил скупую слезу и морщась занырнул между морщинистых лап скунсисхи. После того как скунсиха кончила, зайчонка стошнило. Он Утер мордочку ухом и боевая двойка поскакала сокрушать лесных пиздоболов.

Ондатр и барсук были на том же месте и не заметили грядущего возмездия. Скунсиха после оргазма была на высоте и дала такого "дрозда", что с деревьев посыпались синички и белки. А ондатр и барсук, находившиеся в ближнем радиусе поражения удушливой волны, моментально отдали богу свои никчемные души.
Так зайчонок вышел победителем и больше в лесу про него никто не пиздел. Но лишь до той поры пока старая скунсиха не скончалась. Зайчонок так очковал этого, что не выносил её труп из норы ещё неделю. Он прекрасно понимал, что звери прознав о смерти старой скунсиха сразу же порвут зайчонка на лоскуты. Но мертвая скунсиха воняла гораздо сильнее живой и зайчонку пришлось вытащить её мерзкий труп из норы.
После чего адская вонь расползлась туманом возмездия по лесу. От запаха умерли пару кротов и один муравейник. А зайчонка уже на следующий день сожрал волк, которого кормят ноги и такие вот глупые пиздливые зайчата. И стало всё в лесу как и прежде.
И только местный медведь собирает грибы в лису в лесу...