Не булка

Автор: Бздёхин Побздёхин Если бы вопиющий инцидент случился в Ташкенте, то я бы и вовсе молчал про это хлопковое дело. Но все произошло прямо в моем сельсовете. Как-то прогуливался я мимо домохозяйств и вижу, пекарня. Думаю, прикуплю себе хлебушка или булочку, маслом намажу, да отобедаю с кофием.

Подхожу я, значит, к этой пекарне. Ну не пекарне, а ларьку наверное. Но с печкой. Мудреное в общем что-то. Я простой труженик села, а в таких коммерческих делах не очень разбираюсь. А там за прилавком стоит нагловатого вида тип узбекской наружности. Сам чернявый, а глаза какие-то узковатые. Похож на суслика, который щурится, когда я ему на мордочку ссышь. Я это точно знаю, потому что сам когда-то служил в Средней Азии. И мы на этих сусликов ссали с завидной регулярностью. Забава такая была: направляешь струю прямо ему в норку, а он выбегает и, жмурясь, лапками с ушей мочу стрясает.

— Булку мне взвесь мил человек! — говорю ему. — Вот тебе рубль, и сдачу дать не забудь!

И после сказанного вижу, что началось подозрительное что-то. Неуставное замешательство такое. И это вместо того, чтобы предоставить мне харчи и сдачу. Почуяло еще тогда сердце мое, что готовится провокация.

Типок этот сощурился еще больше, и начал смеяться. А может и не смеяться, но в любом случае стал издавать звуки как ишак. И говорит он мне, хихикая в кулачок:

— Брат, булка у вас в гастроном. Это тандыр! Не путай!

И еще второго своего соплеменника позвал рассказать эту историю. Хотя этот второй не очень был похож на первого. Чернявый конечно жутко, но не такой косорылый. И тут уж я не знаю, чего у него такие глаза широкие: то ли от удивления, то ли от генетики, то ли он просто по жизни охуевший чурбан.

Позвонил в полицию, разобраться. Там сказали, чтобы нахуй шел. И пригрозили, что если еще раз позвоню, то отпиздят и в жопу выебут. Понял я братцы, что все у них тут повязано, что единая это мафия против Руси-матушки работает. Честное слово, как советская власть посыпалась и змеюга Ельцин ко власти пришел, так черти что началось. То парламент из танков захуярят, то ваучеры попиздят у народа. Теперь вот эти дела кишлачные.

Надо что-то делать братцы. Иначе сгинем все под каблуком басурманским.

А булку то я все равно купил. Не у чучмеков этих конечно, а в нашем русском магазине шаговой доступности. Ну да, черствоват был батончик, зато свой и ни одно нацменьшинство на меня пасть не разинуло на кассе. Так я и пошел домой — с батоном подмышкой, и с мечтами об икорке в голове. Но икру мы будем есть потом, а пока на повестке дня — погромы. Не боись, хлопцы, защитим наш хлебушек.