Женитьба

Автор: SF Акира Курасава хотел жениться.

После окончания магистратуры в Токийском технологическом университете прошло три года. Акира с отличием закончивший курс кибер-переводчиков почти сразу (через полгода) получил должность младшего ассистента в департаменте инвазивной робототехники одного из старейших японских дзайбацу.

Немного не по специальности, конечно. Всё же языки чипов, нейростимуляторов и тем более роёв нанороботов довольно специфичны и сильно отличаются, например, от языков бытовых роботов-помощников, имеющихся в каждом домохозяйстве. Или, скажем, от кодов промышленных роботов, постоянно взаимодействующих с людьми. Но, честно говоря, в этих областях и раньше была довольно сильная конкуренция, а в последние несколько лет даже красный диплом выпускника одного из лучших университетов страны не гарантировал трудоустройство. Кризис в стране.

И человекозамещение.

Этот термин был придуман лет двадцать пять назад одним, как тогда казалось, сумасшедшим, а на самом деле гениальным русским экономистом. Но, как водится у людей со времён Кассандры, никто в погоне за повышением производительности, эффективности и прочими бизнес-профитами его не слушал. Каждая страна и даже более-менее крупная компания наперегонки создавали свои искусственные интеллекты и нейросети, интегрируя их без разбору практически во всё до тех пор, пока безработица не стала проблемой всех развитых и тем более неразвитых стран. В неразвитых странах вообще наступил коллапс. Оказалось, что использование промышленных роботов, не говоря уже о финансовых и прочих сервисах оказалось настолько дёшево, что стало угрозой почти для всех, даже для рабочих рудников, даже для шахтёров. Создание же достаточного количества новых рабочих мест, как это было до этого, в пору технологических революций, увы, не состоялось. Кроме той же России. Но где Россия, а где Токио?

Так что Акира в целом был доволен. Для старта карьеры неплохое начало, тем более что лаборатория, в которой он трудился по двенадцать часов шесть дней в неделю находилась совсем недалеко от его кондоминимума, в котором когда-то жил его прапрадед. Знаменитый, кстати, режиссёр и полный тёзка всё состояние которого было проиграно в итоге на фондовом рынке незадачливыми наследниками. Единственное, что осталось – кондоминимум в старинном бетонном ещё здании недалеко от вечно шумящего рыбного рынка. Но надо сказать по современным меркам довольно большой. Метров пятьдесят пять. С половиной. Вполне можно жить даже с кем-нибудь. А рынок, он, конечно, и шумит, и пахнет, и драки там случаются, и даже убийства, но человек ко всему ведь привыкает со временем. На то, он и человек, а не блоха.

Фразу про блоху Акира вычитал у одного русского писателя первой половины прошлого века («Дзосченго», вот как его зовут, кажется) и она ему так понравилась, что он не только заготовил её к разговору с будущей невестой, но и стал везде повторять. И к месту и ни к месту.

Вот только невест на горизонте не было. И не предвиделось.

Во-первых, рабочий график потомка великого режиссёра не оставлял ему шансов на вылазки в места, где можно познакомиться с кем-нибудь оффлайн. Конечно, он, мог пойти куда-нибудь в бар или кафе в выходной вечером, и даже встретить там какую-нибудь девушку. Но, как показала практика, девушки не хотели знакомиться с ним. Неинтересно. И «незачем, много проблем», как сказала одна (самая красивая) когда он наконец осмелился предложить её стакан лимонада из белого юдзу.

Во-вторых, навыки коммуникаций самого Акиры оставляли желать лучшего. Например, попытка пообщаться с женским полом вживую и предложить хоть кому-нибудь стакан холодного лимонада заняла у него нескольких месяцев жестокой борьбы со своими, как сказал бы ещё один русский писатель «внутренними демонами».

А, в-третьих… В-третьих, за последние пятнадцать-двадцать лет робо-сублимация (ещё один термин от «неприемлемо успешных», как говорят в новостях, северных соседей) настолько глубоко вошла в человеческую жизнь, что в Японии стало проще завести виртуального, а если есть деньги, то и вполне реального искусственного партнёра. Без проблем, как говорится. А если тот не понравится, то перепрошить ему сознание или вообще обменять на нового.

И поэтому кондоминимум Курасавы-сана, увы, вот уже несколько лет оставался холодной холостяцкой берлогой, где из живых существ в отсутствие хозяина был только фикус. Да и тот гибридный, без корней.