Игорь Бекетов

Адамово яблоко

В ту последнюю мирную весну мостовые Петербурга нехотя принимали валивший на них ненужный снег. Нева вздулась свинцовой чешуей, и фонари на Троицком мосту тлели в вечернем тумане, как папироса, спрятанная от ветра в кулаке извозчика....

Розыгрыш
1
Если представить литературу в виде трехмерного макета, то явится прихотливо изогнутый ландшафт – с вершинами гениев, аллеями талантов, ущельями безумцев и пестрыми клумбами графоманов.

В этой умозрительной географии аккуратная клумбочка Анатолия Петровича Вескина, утыканная замечательными, но пластмассовыми цветами, выглядела бы могильным холмиком, совершенно не интересным, но и не гадким настолько, чтобы его затоптать....

“Что за дом стоит, погружен во мрак”
В.Высоцкий “Дом”.

Дом
Год 1910
В поместье, которое мой заочный работодатель Яков Горин именовал в письме как дом, я прибыл в сумерки, когда небо посылало на землю не свет, а нечто промежуточное между тьмой и воспоминанием о только что зашедшем солнце....

Отмщение

Вспоминая то утро, я всегда начинаю с росы. Она накрыла шпалеру спелых пионов у нашего крыльца, накинув на них блеклый покров, пригасивший чудные соцветия. Но стоило солнцу коснуться этого мутного покрывала – и роса вспыхнула поддельными брильянтами....

Простая история

Дождь шёл с утра. Не то чтобы ливень, а сеющая осенняя пыль. Небо – серая мокрая вата, куда ни глянь. Виктор вышел на крыльцо своего старого дома, потянул носом сырой воздух. Пахло прелой картошкой, дымом из соседней трубы и тоской....

Кабала

Желание начертать высоким слогом мой теперешний ужас, возможно, выстрелит вхолостую.
И все же, наудачу, пальну. Рассказ обязан быть точным, как выстрел, и этот изящный хлопок нацелен на человека утонченного (а я ценю такого человека) и, надеюсь, отпугну его от… впрочем, легкими стопами – к скорому с финалу....

Одиночество

Если вы спросите меня, что такое одиночество я, не задумываясь, отвечу: это моя комната с безупречным паркетом.

Лак на нем лежит холодным, девственным льдом, в котором тонет отсвет окна. По этому льду я скольжу безумным взглядом и наблюдаю, как солнечный зайчик, преломившись в хрустальной пепельнице, превращается в расплывчатое золотое пятно, похожее на монету, которую кто-то обронил и забыл....

Инга

Память моя — не вереница дней, а ряд освещенных окон, за которыми движутся тени былого. И самое яркое, самое мучительное окно — то, в котором является мне Инга.

Я увидел ее на сибирском курорте, название которого, полагаю, давно уж выцвело, как старая этикетка....

Элегия

Мальчик Ефим лежал на печи и слушал, как тихо умирает в углу его отец. Умирал он бережно, будто боялся потревожить своим уходом покой сына и ветхое равновесие избы. Мать Ефима давно уснула в земле, а отец доживал за неё её недолгую жизнь....

Сонечка Вагинова

1 сентября. Школьная линейка. Десятиклассник, огромный как кондаковский шифоньер, прошелся взором по шпалере гладиолусов, из-за которых выглядывали лица первоклашек.

Он выискивал девочку-звонаря.

Наверное, он, как и я, был извращенцем....