Васёк Лучезарный

В забытье отступает вечер,
Небо - слипшаяся полынья.
А душа ожидает встречи,
Наступления нового дня.

Он приветливо улыбнётся,
Или мимо меня поглядит?
Одарит щедрой лаской солнца,
Или даст под проценты кредит.

День привычен мне, как сотрудник....

Летит скрипичная печаль,
Со струн соскальзывают ноты.
Басы бормочут: «Что ты?! Что ты?»
- «Пропала молодость. А жаль!»

Альты прошли через века,
Лихи, бодры, по воле рока.
Их жизнь прекрасна, как барокко,
И так обманчиво легка....

“Вышел месяц из тумана,
Вынул ножик из кармана.
Буду резать, буду бить,
Все равно тебе водить”.
“Раз-два-три-четыре-пять,
Я иду искать.
Кто за мной стоит, тот в огне горит.
Кто по бокам – дам по щекам.
Кто не спрятался – я не виноват”....

С животной страсти атавизмом,
С монгольским смрадом от костров,
И с эмпириокрицитизмом
Осваивал он дам нутро.

Желая людям всем прогресса,
Стремясь сломать сатрапов трон,
Вблизи красавицы Инессы
Он ощущал тестостерон.

Гулял он по берлинам, венам,
В парижском сладостном раю…
И брал в поездки низменно
С собой соратницу свою....

РЕКА-РУКА
Побелела рука,
как зимою река.
В жилках крови текут ручейки.
Словно птицы на юг
Улетают, поют.
Я целую запястье руки.

Я забыл все слова,
Лишь могу целовать
Кожу рук, как рождественский снег.
Полететь бы с тобой
В неба цвет голубой....

Перекувыркнувшись трамвайным разумом,
Реальность режет кожу города, как мою.
И раной двухрельсовой разнообразно
Полосует мне горло. Хриплю. Но пою.

Грохочет она гильотиной палёной.
Попробуйте, страданье манометром измерьте!
В вагоне сидят Мандельштам с Гумилёвым,
Они познают там перепетии смерти....

Ночь крадёт мою жизнь. По серьёзному, а не слегка.
Я и так беззащитен, как клопик на пальце Пространства.
Так умеет лишь грабить родное моё ЖКХ
И закрытое бронежилетом моё государство.

Я готовлю судебный на ночь вороватую иск,
Чтобы Бог неподкупный вершил Страшный Суд справедливо....

Над славянами восходит солнце.
И колышется июльский зной.
Чаек крик над Варной раздаётся
Над горячею её землёй.

Сблизим с братьями родными чары!
Поскорей ракию, друг, налей!
Не дадим тевтонам, янычарам
Надавать болгарам пиздюлей!...

Мне солнышко вдруг улыбнулось
Сквозь тучки опущенных век
Люблю ленинградскую юность
И юности Невский проспект;

Пахучие зёрнышки мокко,
Надневской звезды огонëк,
Прогулки по берегу Мойки,
Фонтанку рифмованных строк;

И даже пронзительный ветер,
И прелесть чугунных оград....

Мой кот лежит у ёлки на диване,
Глинтвейн горячий стынет на столе.
Живот кота колеблется дыханьем
Час целый, долгий вечер и сто лет.

Века мгновения звенеть могли бы,
А лунный свет во льду окна померк.
Душа кота, как будто встала дыбом,
Хвостом упершись в городской фахверк....