Последние комменты юзера Седнев

Седнев: Выходит так, что никто не готов протянуть мне руку. Ну-ну

Седнев: Ну давай же, Антон! Пора превращать этот маргинальный пустырь в царство торжества духовности и великолепия мнений!

Седнев: И это я назвал белую кость, аристократию мысли. Что уж говорить о колхозниках типа Бордунова

Седнев: Я без всякого напряжения могу вести обсуждение с любым из них, даже не запариваясь мыслью о том, что они еще не успели выложить свою реплику

Седнев: Или Вова. Он неожиданно врывается в дискуссию и ебошит кувалдой иносказательности по тонкой ткани беседы

Седнев: Вот. например, Алексей. Он пишет неплохие стихи. Большей частью они мне симпатичны, но в полемике он неприятен до крайности. Его тактика - задранный нос, нежелание попиздеть предметно, уход от темы в какие-то потаённые закоулки своего сознания, приверженность кумирам

Седнев: Тем не менее! Ибо ты будешь чист от предпочтений внутри этого постылого космоса

Седнев: Я бы даже сказал - хлебнул

Седнев: Антон, давай затрем о поэзии! Уж кто-кто, а ты за последний отрезок жизни вкусил её вдоволь

Седнев: Про уху хотелось бы поподробней. Из уклейки или из ёршиков?

Седнев: Доброе утро! Как же это я Вову проебал с Алёшей(
Такая прекрасная была возможность наполнить поэтический диспут всякими изящными штучками

Седнев: Дядя Коля, Эдит Пиаф, Таня Буланова. Такой вот нарисовался ряд

Седнев: Очень хлесткое стихотворение

Седнев: Вот! РК снял сливки с произведения и выдал собственную элегию. Уверен, что автор был движим и такими ветрами. Поэзия уже давно перестала быть сноровкой, позволяющей ловко утрамбовывать в футляр из коротких строчек какое-то содержание. Уже давно приходится иметь дело с тем, кто умеет играть между струн, а порой и вообще без них.

Седнев: Молодец, Шаня! Тебе бы учебники по сопромату писать. Тем не менее, парирую.
Твоё ключевое заблуждение состоит в том, что ты отождествляешь поэта с Винни-Пухом из одноименного мультика. Поэт, он не Винни. Он, скорей, ослик. Его кредо - созерцание и подверженность импульсам. Настоящий поэт может расплакаться у края небольшой лужи или обрадоваться лопнувшему зеленому воздушному шарику. Он отвязан от общепринятых закономерностей. Его рефлексии существенно превосходят по размеру и содержанию этот ебучий мир

Седнев: Еще раз говорю. Стих - перфокарта, только наоборот!
Шаня, твой выход!

Седнев: Настоящий поэт всю свою недолгую амфибрахическую жизнь проводит в муках. Он хочет писать, но терзания от страха повторения, уподобления, всякий раз вытирают о поэта ноги. И если уж ты взялся за перо - хуярь по здравому смыслу и сопаткам тщедушных критиков! Пусть не ты, а реальность делает кульбиты рядом с твоей правдой

Седнев: Поэтому я солидарен с Ебучими Рогами. Начать с ебанистической строчки, смысл которой понятен только адресату стиха - очень правильное решение. Это расковывает. Убивает сомнения в том, что кто-то это уже блядь написал. Возможно даже, ты сам только что

Седнев: Вот взять, хотя бы, стихи. Стих - он же перфокарта. Он не предназначен для того, чтоб нести информацию. Он тупо или цепляет, или мимо. Исходя из печального факта, что русский язык не резиновый, а стихов написано на нем килотонны (в тротиловом эквиваленте), меня напитывает ненависть к Грибоедову. Но я же об этом молчу!

Седнев: Нет! Пусть Шаня участвует. Я люблю литературоведческие диспуты! Особенно поэтические.