Последние комменты юзера детский писатель Шнобель

детский писатель Шнобель: Сейчас я обижен и могу наговорить много плохого. А завтра отойду и буду сожалеть. Доброта спасёт Мир. Ну, типа того...
ПыСы Стебо! Оцени мою дружескую поддержку.

детский писатель Шнобель: Стебо, да ты чё? Совсем уже… Я тебя чем это укалываю? Вот так заяффки. Совсем наглость потеряли эти поэты. Молчать буду, обижаться буду…

детский писатель Шнобель: Инночка! Отриньте ложный стыд и постулаты ханжеской морали. Шагните в наше тесное и доброе кольцо.
Искренне Ваши добрые сетевые поэты.

детский писатель Шнобель: Стебо! А ведь может запросто оказаться, что уважаемая мадам Ковалец -это замечательная дама приятная во всех отношениях. А ты с ней так. Не гоже. Только ласка и всепрощение, ласка и всепрощение. Ласка-главное оружие сетевого поэта)))

детский писатель Шнобель: Танюшу милую плутовку,
Я вспоминаю всякий раз,
Была тогда командировка,
Был город, кажется Миасс.

Она картавила порою,
И хохотала без конца,
И точно за своей щекою,
Катала шарик леденца.

Такие ноги, стан и бёдра,
Не встретишь в Средней полосе,
Грудей наполненные вёдра,
Заколка с блёстками в косе.

Мой критик, мастер истязаний,
Уйди, уймись, отправься прочь…
Ведь я пою о том, что с Таней,
Мы провели однажды ночь.

детский писатель Шнобель: Инна! Стебо трудоголик. Такого количества стихов не пишут. А он могЁт. Так неужели он не заслужил каплю теплоты и понимания? А…

детский писатель Шнобель: Он с овощами был в родстве.
Как сын, был их произведенье (с)

Я не горюю о судьбе,
И о судьбе своей не ною,
Поскольку с овощем в родстве,
Быть предначертано судьбою.

Как сын моркови с кабачком,
Что культивируют веками,
Иду по-жизни бодрячком,
И даже балуюсь стихами.

Пою о брате-мотыльке,
Глотая рифм хмельную брагу,
Сжимая в трепетной руке,
Перо и писчую бумагу.

И пусть сжимает кулаки,
Бездарный злопыхатель снова,
Текут, текут мои стихи,
Под звуки танго овощного.

детский писатель Шнобель: А это стихи не про Орлушу, а про меня.

детский писатель Шнобель: Забрёл я как-то перед сном,
Съев порцию котлет,
На сайт с названием «Литпром»,
А там гляжу — поэт.

Литературное жнивьё,
Под гнётом дураков,
А этот чешет ё-моё,
Почти, как Михалков.

Кто в теме те меня поймут,
Проклюнулась слеза,
Поэт за несколько минут,
Открыл на всё глаза.

Я жил отсталым лопухом,
И многое не знал,
А тут поэт Орлов стихом,
Как молотом въебал.

Меня охватывает дрожь,
Кружится голова,
И входят в сердце точно нож,
Орлушины слова.

Таких поэтов поискать,
Без всяких там хи-хи,
Сильней чем горьковская «Мать»,
Звучат его стихи.

Патриотический подъём,
Для трепетной души,
Хорош и метод и приём,
И рифмы хороши.

Гражданской лирики пиит,
Он сделал всё, что мог,
Спокойно пусть Некрасов спит,
И Лермонтов, и Блок.

И я поплыл навстречу сну,
С уверенностью в том,
Коль есть Орлуша на посту,
То будет всё путём.

детский писатель Шнобель: Точно, Римантасс. 206-это «хулиганка» по советскому УК. Плохо, что молодёжь про это не знает. «Захват заложников»… как тут работать в такой обстановке?

детский писатель Шнобель: Всем камрадам и примкнувшим к ним дамам спасибо за отзывы.

детский писатель Шнобель: Спасибо, Евгений.

детский писатель Шнобель: litprom.ru/topic2266844.html

litprom.ru/topic2271480.html

Спасибо за инфу, Евгений. Ознакомился. Начинание однозначно хорошее. Не стану скрывать, что хотелось бы мне вот так в живую публику, с табурета, громким микрофонным голосом запустить парой-тройкой своих стишат. Хотелось бы. Но, к сожалению, сегодня я к этому действу совершенно не готов. Необходима подготовка, настрой необходим, кураж ёпт. Между тем, с радость предоставлю право чтения любого моего креоса (произведения) желающим из числа самых талантливых сосайтников.

детский писатель Шнобель: Читал с удовольствием. Маладца, афтор.

детский писатель Шнобель: Товарищ Шнобель, а не желаете ли поучаствовать...(c)

Уважаемый Евгений! Я готов участвовать во всех добрых начинаниях. Однако, прошу пояснить, что есть Литпромовские чтения? Возможно, я что-то просмотрел на сайте и не в теме.

детский писатель Шнобель: Пусть тебе я порою ссу в уши (c)

Мы с Серёгой друзья по несчастью,
Я рифмую и он рифмовал,
Я в моменты тревог и ненастья,
Группу слушаю «Лесоповал».

А Серёга жёг водкою душу,
Разговоры хмельные ведя,
Я ж супружнице писаю в уши,
Наслаждение, в том находя.

Нам поэтам иного не надо,
Принимай нас такими, как есть,
Чтоб была с нами милая рядом,
Чтоб с ушами, такая как есть.

Не привык околачивать груши,
Как Есенин страной дорожу…
Но пописать красавице в уши,
Это классно я вам доложу.

детский писатель Шнобель: Я с тоской взираю на окрестности,
И набравши воздуха для смелости,
Заявляю, что сплошные нехристи,
Продают арбузы средней спелости.

Цены ломят, гнут дугою ценушки,
И смотреть на это возмутительно,
Ходят слухи, что бывало жёнушки,
Отдавались за арбуз грабителю.

Что же это деется, товарищи?
Господа, сударыни и судари,
Полыхает в сердце, как пожарище,
Больно мне, что нет российской удали.

Эй, бахчевник-фермер из Саратова,
Выйди на базар купец-купчиною,
Погрози ты нехристю проклятому,
Русскою весомою причиною.

Чтобы знали кровососы-гадины,
Проскользнуть на рынок не получится,
Спекулянты, сволочи и жадины,
Это ж надо так конкретно ссучиться.

Бей в набат Россия православная,
Ешь арбуз от пуза и до корочки,
Ждёт кончина нехристя бесславная,
Без креста с погостом на пригорочке.

Как стихи есенинские славные,
Зазвучат мои на злобу аспиду,
Я ж за вас болею, православные,
Мне-то похуй, я еврей по паспорту.

детский писатель Шнобель: Хороший стих, камрад Стебо.

детский писатель Шнобель: Дед играл, а бабка танцевала,
Я же пел, что было детских сил,
Даже участковый наш бывало,
Поллитровку лично приносил.

Сядет и глядит часами в точку,
Будто с нами вовсе не знаком,
Я ж ору про светлые денёчки,
Как служил на почте ямщиком.

Бабка пляшет, жарит дед на скрипке,
От веселья схватывает дух,
В перерывах лишь соседка вскрикнет,
Словно в гребень раненый петух.

Медицины скорая карета,
Деда увезёт в вечерний час,
Но грустить не стоило об этом,
Это же у нас не в первый раз.

Это по наветам злых соседей,
По запискам подленьких змеюк,
В психбольницу дедушка уедет,
Жить спокойно деду не дают.

С бабкой мы не робкого десятка,
Деда нет, а мы опять своё,
Бабушка ударится вприсядку,
Я за песни, глядя на неё.

Нашему веселью в этом мире,
Не страшны суровые ветра,
Так и развлекаемся в квартире,
С вечера до раннего утра.

детский писатель Шнобель: 5 афтору за креативность