Пульс ЛитПрома: последние комментарии

allo: #93 у меня с этим полный непоколебимый сушняк. даже в крёстные ни разу не позвали

Лев Рыжков: Неугомонный экспериментатор.

Renat-c: Понравилось, только строчка про срседство с театром в притирку негабаритная какая-то, на мой взгляд

Белая ворона: Припала. Разбрасыватель, нет вас краше

гарантийщик: #82 не, ну в целом верно, а то здесь лавандовый раф на брудершафт пить начнут и носить обтягивающее трико

Седнев: Алексей, мелкие брызги умозрительной власти тревожат, но не утоляют.

Пилон Далитов: Зося, иду, иду, нахер, не волнуйтесь, а то рухнете с пьедестала

Барагозина: боюсь, что посредством киянки и паровозной печи вряд ли создаются революции. Если только лиловые в крапинку.

Седнев: Коты не умирают. Игровой движок оставляет их в деле. Просто мы не видим этого

allo: предполагаю что после того как становишься ридаком после ударов киянкой по противнику вынужден поддавать жару и товарищам. всё ради основ демократии.

Седнев: Моего звать Хоня. Полпуда живого весу. Но я же не хвастаюсь

Седнев: Лапша - единственный, кто способен потрепать нервы аутентичному графоману

Барагозина: я к тому. что сахар таки убивает.

Барагозина: бгг..

У меня умер старый кот прошлой осенью. Через пару месяцев безкошачьей жизни я взяла себе мелкого серого прохвоста из зассаной картонной коробки в хоз.магазине. Пряником зовут. Чистый демон.

Лапша Морфиуса: Стимулов у творчества, увы, катастрофически мало, и те, кто пишет хорошо, неизбежно исследуют их, а исследуя, неизбежно теряют. Остаются лишь привычка или ремесло. тщеславие, соревнование уже не работают. (если это не привычка к тщеславию или соревнованию) А тут ещё и эти нейросетки, пропади они пропадом.

Седнев: Я старательно плел эту паутину, чтоб пооконцовке все обнялись и отправились в горизонт, сверкая лосинами?!

Барагозина: схуя ли?

Седнев: Уебать бы всем вам киянкой по голове! Никакого праздника

Седнев: Ах вы мои сахарные!

Барагозина: Светские беседы, преисполненные гуманизмом бесполезны.