ШАРФИК

Автор: Эр.Вэ.
Первая жена моего мужа была большая мастерица по части рукоделия: все готовила чего-то, вечно у нее консервы разные, заготовки, еще она до безобразия много вязала. И вот я, такая неделуха, тоже решила отличиться, доказать, главным образом, себе, что могу, если захочу. Она вяжет, и я свяжу! Раздобыла книжку о вязании, спицы и запыхтела. Через пару недель получился шарфик, маленький такой, кривенький, края внутрь загибаются и почему-то гадкого оранжевого цвета - в него потом соседкина дочка кукол заворачивала.
Но это потом уже было, а до того шарфик этот я мужу подарила на День таможенника. Вообще-то муж у меня пограничник, но День пограничника - он же в мае, а шарфик этот я в октябре закончила вязать, как раз ко Дню таможенника. Но отчаиваться не стала и подарок свой смело преподнесла. Где таможенник, там и пограничник, я так считаю: один границу бережет, чтоб всегда на замке, а второй с этой границы все в дом несет, под замок, так сказать.
Муж мой на Севере служил, ездила я к нему проживать совместно, хоть и недолго довелось... Суровые были времена. Как сейчас помню ихнее обмундирование - сначала исподнее, потом форму, потом ватник, потом масхалат, и на получившуюся снежную бабу вешали сверху автомат, открывали дверь и пинком на холод. Я, конечно, плакала каждый раз, как своего за дверь провожала, а он меня утешал: мол, не бойся, с той стороны они такие же ходят, особо не разбегутся нападать-то. Правда, мой-то командиром был, имел даже табельное оружие Ну вот и шарфик мой пригодился - пистолет в него заворачивать, чтобы шибко на тело не давил. Муж-то у меня сердечник был, не уберегла я его. Хоть и не моя вина.
Скучно там было, на Севере этом. Муж частенько в отлучках, знакомых мало. Все утешение я в цветочках находила. Целый садик развела на подоконниках. Всякие произрастали. Ну, конечно, за ними уход какой нужен! Тем более в тамошних условиях. Например, клематис - он мочу любит. Вот с утречка полью его и любуюсь, потом котлеток нажарю и своего жду. И все бы так и шло, да купила я на свою беду карасей. Хорошие были караси, крупные, живьем замороженные. Принесла я их и в холодильник положила. Зажарить думала, когда муж вернется. Он как раз в отъезде находился на соседнюю погранзаставу и раньше послезавтра я его и не ждала. А у нашего коменданта Халдарбека Дуйсебаевича как раз личное время было. А использовал он его обычно для дружеских посещений – общительный был. И ко мне частенько заглядывал, одиночество мое скрашивал, ну и дефицитного чего иной раз подкидывал. А его жалела по-бабьи.
Вот и в тот злокозненный день забежал ко мне пообщаться немножко. Покушали, водочки выпили, а дальше дело молодое, как говорится. Халдарбек горячий был мужчина, даром что из Узбекистана. Вообще-то оттуда на Север не посылали, а он сам изъявил желание. Ходили слухи, что на складе, которым он у себя заведовал, как раз какие-то судебные дела вершились, но мы же знаем - злые языки страшнее автомата. Словом, добровольцем он. И только мы с ним слегка перину попримяли, как – чу! Стук раздался.
- Кто это? - вскинулся мой Дусик (я его так звала для краткости обращения, уж больно узбекские имена мудреные)
- Да караси это, пропади они пропадом! - успокаиваю его, а сама уж вся в горячке. - Заколебали совсем. Оттаяли вон и бесятся. С утра их колбасит. Прихлопнуть бы надо, типа усыпать, да не могу грех на душу взять. Вот удачно ты зашел. Надо будет не забыть. Скалка у меня найдется... Ох-оххх
Но вот беда! И не караси вовсе это были, а мой с заставы раньше времени вернулся и шум был оттого, что он галоши в коридоре скидывал. Вот ведь напасть! Кто ж знал, что все так обернется? Я аж обмерла, как он на пороге возник. Дусик только и успел масхалат накинуть.
- Пристрелю гада!! - мой орет словами непечатными. Я тоже чуть не криком кричу. Халдырбай поспешно свое добро собирает -нагишом-то не выскочишь, тут тебе не солнечный Узбекистан с мангами. И караси в холодильнике знай наяривают. Прямо ансамбль песни и пляски имени Моисеева. Но пока мой пистолетик-то освобождал, из шарфика выкручивал, Халдымалды уж и след простыл. Шустрый они эти восточные народы, как я погляжу. А мой-то, болезный вдруг охнул, на пол бочком кирдык и ой, мамочки, не дышит! Насилу откачали потом, но уж с Севера пришлось уехать. Вот горюшко-то где... а все караси эти треклятые! Выбросила я их. И не жалко даже.