ДНЕВНИК ИНСТИНКТУТКИ

Автор: Story ТИПА НА КОНКУРС ИЛИ ЧТО ТАМ

Осень

Вот если бы я была бы, например, японским бобтейлом… То мне не отрубили бы хвост пьяные мужики, потому что у меня не было бы хвоста. И рубили-то как, по кусочкам. Двое держали, один топором тюкал… Хотя они такие были пьяные и злые, что, наверное, отрубили бы голову, не будь у меня хвоста… Ну, и это люди? Но я в долгу не осталась, цапнула одного державшего, и коготками прошлась: "Чтоб у тебя рука отсохла!" Как он взвился! Чуть в чердачное окошко не вывалился. И, что вы думаете? Рука у него отсохла. Видела его потом во дворе. Бледный такой, рука тоненькая стала, жалко даже, ага. Пить бросил. В церковь ходить стал. Но и мне ведь тоже хвост обратно не вернешь…

Осень в разгаре

Вот если бы я была манчкином, то у меня пузо было бы вечно грязное. Конечно, на таких коротких лапах я бы через лужу не перепрыгнула. Или вот со стола что-нибудь стянуть – не удобно, право слово. Как я вчера ловко увела приличный куриный окорочок! Мне вроде грех жаловаться, в мясном отделе меня подкармливают. Ну, не смогла удержаться, он был такой свежий и чистенький…

Осень, похожая на зиму

Да уж… Если бы я уродилась петерболдом, то околела бы. И сидела бы такой большеухой сосулькой. Как же холодно!
Зато, зато… Зато характер бы у меня был золотой! Был у меня один лысенький, этакий игривый ребенок, начисто лишенный агрессивности. Даже противно. А уж человеколюбив до неприличия. Укусить, оцарапать – как можно! Бесполезно было даже начинать разговор: "Выбирай, или я, или твой хозяин". Так и расстались. Один только раз со мной на крышу сбежал, так ему от страха живот свело, блевать начал... А пел-то: "Мур-мур-мур, люблю, все дела…" Ну и пусть я вся в шерсти, и характер у меня скверный, а мне так нравится!

Снег. Зима пришла

Эх, быть бы мне турецкой ангорой. Я бы такая беленькая, гибкая незаметно по снежку подкралась бы… Да легко бы я этого сизаря сцапала. И не скалился бы он, крыса летающая: "Что съела!?" А я бы со своей элегантной мордочки его пух бы смахнула, хвостик страусиным перышком подняла и пошла бы как лисичка – след-в-след, след-в-след…

Зима, шп!

Хочу быть чучелом в зоологическом музее. Стоять в теплом помещении, выпучив стеклянные глаза, а потом являться в страшных снах первоклашкам, что меня, беззащитную, всю мокрой бумагой заплевали. Зато я бы не мерзла, как собака! И меня бы эти гады сегодня на дерево не загнали. Разгавкались! А самим просто побегать захотелось, замерзли же, собаки. Два часа просидела на березе. Зато время было пофилософствовать. И решила я, что живой быть все-таки лучше. Потому что чучелом – всегда успею.

Зима. Надоело уже

Быть бы мне Священной Бирмой. И каждый, кто посмотрел бы мне в глаза, мог бы сказать: "Так вот ты какая, февральская лазурь!". Скорее бы весна. По-моему, я беременна. Кто отец? Это вопрос сложный, как и такой, например: "Куда девать детей?" или "Как это произошло?"… А все потому, что у меня нет хвоста. И стоит мне просто потянуться, эти дураки думают, что я выгибаюсь, стыд-то прикрыть нечем. И без всякого договора о вязке…

Март

Ну понеслось… Нет бы, быть мне кастрированным британцем и валяться на диване, развесив брыльки… Так ведь нет, у нас другие интересы! Скоро рожать. Говорят, что будет штук семь, не меньше, живот огромный.
И при чем тут март? Никто в марте не орет, никакие коты. Рано еще и холодно.
Все время хочется есть, говорят, что с беременными всегда так – жор нападает. А тут, меня так неудержимо потянуло вываляться в каких-то помоях… И ведь вывалялась! Затмение нашло.

Сирень цветет. Можно сказать, лето.

Про детей уже почти не вспоминаю. Дети все мертвые родились. И не семь, а четыре. И это хорошо, есть собственных детей – занятие не из приятных. Что-то со мной не так было. Но позитивный момент есть. Не беременею, хотя выгибаюсь так часто, что искры летят.
Разглядывала сегодня гроздь сирени. Пахнет несносно, конечно, но зрелище завораживающее. Поделиться впечатлениями не с кем. Все остальные лишены эстетических чувств. Проверено.
Корниш-рекс – на сегодня это мой идеал. Я бы с достоинством носила эту каракулевую шубку. И аристократка бы из меня вышла что надо. Стройная, строгая, загадочная… И я даже полюбила бы сигарный дым. В прочем, может, я и сейчас люблю, только не нюхала еще…

Лето

Листья сохнут от жары. Уснула на крыше, чуть не приварилась к водосточной трубе, она раскалилась до бела! Хорошо, что я не перс! Как они, бедолажки, выживают при такой шерсти в такую жару? Видела, правда, как их "а ля лев" стригут. Смех, да и только! Жабуля такая душевная!
Мышь поймала, но что-то лень стало, отпустила… Она на меня как на дуру посмотрела, без уважения. Съешь – плохо, не съешь – повод дашь…
А еще иногда меня мучает непреодолимое желание погоняться за собственным хвостом. Фантомные боли какие-то…

Лето кончается.

Вот что странно, не пойму, мне не нравиться быть сибирской кошкой или мне не хочется быть кошкой вообще? Запуталась я. Иногда думаю, а что было бы, если бы в возрасте восьми месяцев я не надумала посмотреть, что делается за большой дверью…
Хотя, жизнь налаживается. Сердобольные чухонцы подобрали. Конечно, я летом расцвела, и вообще я чистоплотная. Ну, и красивая, зрелой кошачьей красотой. Лежала в багажнике, рядом с бутылкой из-под кока-колы, наполненной контрабандным виски и огромной матрешкой. Тихо лежала, как ветошь и не отсвечивала. На таможне обошлось без происшествий. Да знаю, что умница. Так что и не надейтесь теперь меня увидеть с рыбьей костью в заднице и затянутой проволочной петлей на шее…