Интервью с вампиром

Автор: Кадетнах Кадетнах - «Интервью с вампиром»

Несколько лет в заштатной, желтой газетенке почти полностью разучили меня удивляться и убили желание творить. Раздел «мистика», который я должен был заполнять всякой чепухой на тему, вроде: «Как я соблазнил Ведьму» давно угасал, за неимением интересных тем и даже информационных поводов.
Я тупо разглядывал чьи-то сиськи в Интернете, когда в редакцию позвонил человек с бесцветным голосом и попросил о встрече со мной. На мой раздраженный и ироничный вопрос «– зачем?», он также флегматично ответил – « я вампир, хочу дать вам интервью». Я даже особенно не удивился, потому что уже давно привык к обращениям разного рода ебланов, которые звонят практически каждый день в редакцию и рассказывают свои «страшные истории», «раскрывают» мне тайны мироздания.
Шла последняя неделя декабря. Настроение было приподнятое – с одной стороны уже хотелось новогоднего пьяного штопора, с другой стороны, - надо было чем-то заполнять треклятый раздел «мистика» в новогоднем выпуске. Фантазия уже изрядно иссякла, поэтому, взяв диктофон и намахнув 50 граммов коньяка, я поперся по указанному адресу. Вампир так вампир, какая на хуй разница. Вспоминая известное кино, мне было весело представлять себе Бреда Пита или Тома Круза в качестве своего «ебнутого собеседника».

Дверь открыл невысокий мужчина, на вид лет тридцати, тридцати пяти. Первое, что мне бросилось в глаза, он не был похож на ту сумасшедшую публику, с которой мне обычно приходится иметь дело. В его одежде не было ничего примечательного. Опрятный шерстяной костюм, светлая рубашка с расстегнутой верхней пуговицей, без галстука. В комнате был лишь старый круглый стол, 3 стула и маленький старый холодильник в углу.

- Здравствуйте. А где же тот гроб, - в котором вы спите, сразу съязвил я. Кровати или там дивана что-то не видно.
- Об этом чуть позже, улыбнувшись на мою иронию, ответил он. Диван есть во второй комнате, но я на нем действительно не сплю. Это вообще не моя квартира. Я ее снял на один день.
- Я знаю лишь ваш творческий псевдоним. Наверное, глупо к вам так обращаться в приватной беседе. Мое настоящее имя Виктор Пантелеевич. Как мне вас называть?
- Можно просто Сергей. Вы мне хотели о чем- то рассказать. Что у вас? Вы колдуете? Летаете на метле или без? Умеете проходить сквозь стены? Вы не против, - я включу диктофон?
- Я понимаю вашу иронию, Сергей. Вас, наверное, часто беспокоят разные идиоты. Я нисколько не обижаюсь на ваш тон. Я был к этому готов. Хотя раньше я никогда и никому не рассказывал свою историю.
Он снял солнечные очки и потер пальцами глаза. Я заметил, что глаза у него были большие, грустные и как будто сильно уставшие. Глаза старого человека.
- Мы можем ходить при свете. Мы не горим под лучами солнца. Это все киношная чушь. Вот только глаза очень болят, к этому нельзя привыкнуть. (Он поднялся и плотнее прикрыл шторы)
- Под словом «мы» - вы, видимо, имеете в виду «вампиров». Вы ведь не собираетесь меня убивать, чтобы напиться моей крови. Я не очень-то вкусный, видите ли – курю, да и бухал вчера всю ночь. (Я не унимался, очень хотелось острить, да и вообще вывести этого клоуна из себя).
- Вас пить я не собираюсь, спокойно не меняя тона, продолжал Виктор Пантелеевич. Мне вполне хватает 200 грамм крови на 3-4 дня и я давно научился жить никого не убивая.
- Ну,… хорошо, а гроб то у вас есть, вы ведь в гробу спите?
- Это еще один миф, придуманный писателями и киношниками. Вряд ли моя кровать чем-то отличается от вашей. Быть может только ценой. Знаете, с возрастом начинаешь ценить хорошие дорогие вещи.
- На вид вам лет тридцать пять, вряд ли больше.
- Это практически единственный и очевидный бонус этого вируса. На самом деле мне 117 лет. Поверьте, я уже очень старый человек. Когда это произошло, мне было 27. Сегодня мой день рождения.
Я закурил сигарету, мне было интересно его слушать. Казалось, что его совсем не интересовало – верю я ему или нет. Он стоял ко мне спиной и смотрел на безвкусную картину на стене.

- Сергей, Вас еще не утомила наша беседа?
- Нет, я даже заинтригован, продолжайте. Да и со временем полный порядок. В редакцию возвращаться совсем неохота.

Рассказ Виктора Пантелеевича
«- Шел 1916 год, я ушел добровольцем на фронт. Вернее бежал от приемного отца. У нас была своя лавка в Нижнем Новгороде. Наша семья уже несколько поколений занималась антиквариатом. Отчим мой был настоящий самодур. Несмотря на то, что мне было уже 27 лет, я не имел своей собственной жизни. Я был обязан работать в проклятой лавке целый день, практически без выходных, и жить в родительском доме. Целыми днями я выслушивал ругань старого негодяя, который к тому времени уже свел в могилу мою матушку. Лучшее, что меня ожидало – это стать хозяином лавки лет к сорока. Старик был на редкость крепок здоровьем и на его преждевременную кончину я и не смел уповать.
Словом, была весна. Шла война. Я был молод и очень хотел настоящей жизни, жаждал приключений и, разумеется, славы. Мы вместе с товарищем тайно для родных записались добровольцами. Для отчима я просто пропал. Был пасынок, и не стало. Не думаю, что он сильно расстроился. Но, уверен, что сильно разозлился на меня. Во всяком случае, мне тогда нравилось так думать.

Семья наша числилась разночинцами, поэтому на фронт я попал рядовым. В то время дела на фронте шли неважно, тяжелые бои с германцами сильно потрепали наш пехотный полк. Мой друг Сашка погиб в течение первого месяца нашего пребывания на фронте. Не повезло. Такое часто бывает. Однако мне фортуна подбросила настоящий подарок. Какая-то хворь сразила помощника нашего полкового командира, и я занял его место. Ведь я окончил гимназию, а значит, был достаточно образован, по сравнению с читающими по слогам прочими солдатами. Так я прослужил полгода в качестве толи писаря толи адъютанта. Выполнял я и курьерские обязанности.
Однажды отправили меня с пакетом в соседнюю деревню. Донесение было адресовано штаб-с капитану Лемеху, известному молодчику, не знающему ни жалости ни поражений. Он был огалтело храбр и самые невозможные задания поручались именно его подразделению. Многие считали его сумасшедшим. Назначение служить под его командованием младшие офицеры воспринимали как «или грудь в крестах – или голова в кустах», а простые солдаты и вовсе не имели никаких надежд на возвращение домой. Поэтому каждый день в этой роте был похож на пир во время чумы. Солдаты и офицеры были вечно пьяными (рота была на особенном положении) и жили они как будто «последний день».
На этот раз штаб-с капитану Лемеху было поручено удержать польскую деревню, чтобы выиграть день – максимум два для общего отступления всего полка.
Когда я добрался до деревни, мне представилась жуткая картина. Жители заблаговременно ушли из деревни. Я увидел покинутые дома. Воронки после взрывов, повсюду мертвые тела. Уцелевший солдат показал мне на занятый офицерами дом. Я узнал Лемеха по его безумным глазам. Казалось, он был очень возбужден. Картина была следующая. Посередине комнаты стоял стол и за ним сидели двое – Лемех и какой-то поручик в годах. Между ними лежал пистолет. Оба были изрядно пьяны. В углу комнаты лежало мертвое окровавленное тело, накрытое с головой одеялом. Оба офицера оживились, и кажется, обрадовались моему появлению. «Ну, здравствуй брат! Какие новости ты нам принес?» сказал Лемех. Мне, разумеется, польстило такое обращение к моей персоне, ведь я понимал, что был им не ровня. Но вскоре все прояснилось. Я передал ему пакет. Лемех жадно его разорвал и громко прочитал содержимое «Приказываю оставить деревню». Он истерично захохотал,
- «я так и знал, что у старого прохиндея не хватит храбрости для настоящей схватки». «Однако у нас был уговор», Лемех повернулся к поручику. Глаза его горели каким-то сумасшедшим огнем. «Я помню штаб-с капитан. Честь превыше всего». Поручик взял со стола револьвер, приставил к виску и перед тем как выстрелить обернулся ко мне и настойчиво сказал – «бегите, молодой человек, бегите прочь». Его рука ходила ходуном, было видно насколько ему страшно. Он зажмурился и выстрелил. При этом Лемех вынул из ножен свою саблю и молниеносно рубанул еще бьющееся в судорогах тело поручика по шее, принялся жадно пить кровь, хлынувшую из раны. Он как будто спешил выпить, пока сердце поручика не остановится. Я стоял и в ужасе наблюдал за происходящем. Мои ноги онемели, я не мог двинуться.
Так я встретился с настоящим вампиром. Лемех, насытившись, уселся обратно за стол. Он был доволен. Затем увидел меня все еще стоящего рядом, сказал: «Что, удивлены?...да, я вампир. Читали Брэма Стокера?». Он засмеялся. «… мы играли в рулетку (он показал на мертвое тело в углу), а затем поспорили с этим болваном поручиком – когда поступит приказ отступать. Я говорил, что не успеет стемнеть, как полковник пришлет гонца, он же утверждал, что приказа не будет вообще. Он проиграл, а жизнь здесь дешево стоит». Лемех снова захохотал. «… Вообще-то он давно начал подозревать, что со мной что-то не так, поэтому и пытался вас предупредить. Но не бойтесь, вам нечего опасаться. Мне не нужна ваша смерть». «Выслушайте меня, а потом, если захотите, то проваливайте на все четыре стороны».

Разговор получился странный. Он рассказал мне все, что знал о вампирах. Он получил этот вирус еще в последнюю Турецкую кампанию. Лет ему сейчас 66, хотя выглядел он на 30 не больше.
Итак, Вампиров очень мало, потому что с укусом вирус не передается. Кроме крови вампиры могут принимать любую пищу. Но без чужой крови жизнь для них невозможна. Кровь дает им отличное здоровье, вечную молодость и силу. Вампира сложно убить, но это не означает бессмертие. У нас чрезвычайно развита регенерация. Чеснок, кресты, кол в самое сердце, молитвы – полная чушь. Этот вирус стоит вне религии и вампиры не являются слугами дьявола. Во всяком случае, им об этом ничего не известно. Вампиры не умеют летать, проходить сквозь стены, колдовать и превращаться в летучих мышей, у нас не вырастают клыки. Мы ходим при свете. Вот только глаза очень болят, если не носить темных очков. Когда появился этот вирус, для чего он и кто все это придумал, нам неизвестно.
Но я хотел бы вернуться к Лемеху. Закончил он свое повествование странным предложением - 25000 рублей за то, что я помогу ему умереть. Точнее отрублю ему голову. Он сказал, что это единственный способ убить вампира. Лемех объяснил свое желание тем, что устал убивать, ведь других способов получать свежую кровь тогда не было. Он устал от войн, в которых участвовал без малого пятьдесят лет. Лемех так и не смог научиться жить с этим вирусом в мирной жизни. Стоило ему вернуться с очередной войны, как в его имении начинали бесследно исчезать слуги, дворовые, да и просто случайные люди. Полиция терялась в догадках, все чаще навещала Лемеха и докучала его вопросами. В конце концов, он продал имение и попросился на Кавказ. Затем, каждый раз он просил направить его на новую кампанию, потому что война – «это настоящий пир для вампира».
Тем не менее, тогда я не поверил в его россказни про вампиров. Но поверил в деньги. Он показал мне ассигнации и засунул себе под камзол, сказал, что достать я их теперь смогу, если совершу то, что он просит. В то время я был очень беден. Возможность быстро разбогатеть мне очень понравилась. К тому же, сам по себе штаб–с капитан Лемех мне был неприятен. Слишком много православных и прочих душ он загубил, потакая своей болезни. Словом, я согласился.

Лемех налил два стакана водки, предложил с ним выпить «напоследок». Затем, прочитал молитву, постоянно запинаясь, «не молился пол века». Затем вынул из ножен свою саблю, поцеловал и отдал ее мне. Стал на колени, опустив голову вниз. Внезапно, поднял глаза и с усмешкой сказал мне:- «хотите быть вечно молодым? Тогда не испугайтесь, выпейте стакан моей крови, когда все будет кончено» и закатился тихим почти беззвучным смехом. Затем смолк и, не поднимая глаз, сказал «я готов, давай на счет 3 – раз, два, три ….»
Когда его голова шмякнулась об пол, я испугался и выронил саблю из рук. Сел на пол, долго не решаясь забрать деньги из камзола. Мне очень хотелось пить, я взял недопитый стакан водки со стола, залпом опрокинул его и вдруг вспомнил последние слова Лемеха о вечной молодости. Я тогда не думал про его бредни о вампиризме, в голове носилось лишь, «что струсил, слабо или нет». Кровь по-прежнему хлестала из его обезглавленного тела, я подставил стакан, а когда он наполнился, не раздумывая, выпил содержимое. Меня тошнило, но оставаться больше в этом ужасном месте я не мог. Я достал деньги из камзола и вышел вон.

Так я стал вампиром. Никаких превращений не было. Один странный момент, я был совсем не голоден. Я ничего не ел 2 дня. А на третий день меня стала мучить «жажда». Я пытался залить ее водой и вином. Все было без толку. Все тело жгло и ломало как у больного тифом. Меня отправили в лазарет. Я провалялся там сутки. Затем бежал. В какой-то деревне, я перерезал горло корове, напился ее крови. Жажда немного отпустила. Тогда я еще не знал, что полностью утолить жажду можно только человеческой кровью.

Фактически я дезертировал из армии. Прожил год в Варшаве. Я упивался своей новой сущностью. Жил на широкую ногу. Тратил деньги Лемеха налево и направо. Разумеется, мне приходилось убивать, чтобы утолять свою «жажду».
Однако, деньги были на исходе и я решил вернуться в Россию. Времена тогда были страшные, в стране царил хаос. Считаю, что хаос и есть правильное значение слова «революция». Я решил навестить родной город и лавку отчима. Однако старый прохиндей уже два месяца как был на том свете. Это был вооруженный налет на его лавку. Жадный до денег отчим, не захотел делиться с грабителями, и был застрелен на месте. Мне снова повезло. Я знал, где находится тайник, в котором по воле случая оказались кое-какие сбережения. Теперь, разорвав все нити, которые меня связывали с родным городом, я отправился на юг в Одессу. За несколько лет мне даже удалось наладить доходный бизнес. Ведь я знал толк в антиквариате, а держатели оного в больших количествах бежали из страны, распродавая за гроши порой бесценные вещи в последнем порту родной державы таким «упырям» как я.
После 1926 года, мой бизнес стал полностью теневым. Собственно как и большая часть моей жизни. Днем я работал в какой-нибудь торговой организации снабженцем, вечером меня посещали особенные гости, часто иностранцы, я продавал им «прекрасное и вечное», оставшееся от великой империи, а ночью я отправлялся на охоту. Я привык к необходимости убивать.
Со временем обострился дар убеждения и как это сейчас принято называть «способность к гипнозу». Мне не составляло большого труда «обаять» или «очаровать» молодую девушку, а затем выпить ее. Собственно за всю свою долгую жизнь, я так и не встретил ни одного вампира. Наверное, потому что никогда не искал с ними встречи. Но вот что я вам скажу. Если хотите найти вампира – ищите город, в котором бесследно пропадают девушки.
Таким образом, шли годы, Великую Войну я пересидел в средней Азии, работая в госпитале в центре переливания крови. В пятидесятые годы вернулся на юг России, менял города, фамилии и документы, каждый раз придумывая новую биографию. С развитием современных больниц, мне приходилось лишь заводить полезные связи и просто покупать кровь. Я очень редко выходил на охоту. Однако есть одна вещь, о которой умолчал Лемех. Одиночество. На протяжение многих десятков лет, приходится как бы прыгать из эпохи в эпоху. Общаться с поколением людей гораздо моложе себя. А ведь для них ты выглядишь как ровесник. Глобально в людях ничего не поменялось за последние 90 лет. Люди по-прежнему очень предсказуемы, их желания и мечты банальны. Каждый раз, переезжая в новый город, неминуемо заводишь новые связи, причем не только деловые. Обрастаешь друзьями и знакомыми, постоянными женщинами и как водиться новой легендой о себе самом. Средний промежуток жизни в одном городе – это 10 – 15 лет. Затем необходимо снова начинать «новую жизнь». Потому что, вашим знакомым и более или менее близким людям сложно объяснить - почему вам по паспорту уже пятьдесят, а выглядите вы по-прежнему на тридцать. Детей мы иметь не можем, поэтому женщины с нами увядают зря. Это еще одна трагедия. Ведь невозможно прожить столько лет и не разу никого не любить. А сложнее всего скрывать свою истинную сущность. Ведь женщины умеют интуитивно понимать то, что мы так тщательно скрываем ».

- Вас Сергей, наверное, мучает вопрос – зачем я решил все это рассказать?
Я словно очнулся от оцепенения, когда Виктор Пантелеевич после длинного монолога снова обратился ко мне.
- Да, хотелось бы понять причину моего приглашения. Мне, признаться не очень понятно - зачем вам со мной откровенничать. Вы не похожи на человека, который ищет публичной славы, особенно посредством такой никчемной газетенки, которую я представляю. Даже если все то, что вы мне сейчас рассказали хотя бы на половину, правда, я не вижу логики.

- Когда носишь в себе правду так долго, она становится слишком тяжела для одного человека. Хотя, в целом вы правы. Есть еще одна причина. Мне безумно надоел этот карнавал теней. Я устал, у меня просто нет больше сил продолжать этот маскарад.
- Помогите мне умереть. Видите в углу стоит длинная сумка. В ней та самая сабля, когда-то принадлежавшая Лемеху.
- Я понимаю ваше удивление и негодование. А самое главное вопрос в ваших глазах «-зачем мне это». У меня есть на него ответ. Я, разумеется, не зря потратил столько лет и успел достаточно разбогатеть. Не могу сказать, что готов вам отдать все мое состояние. Ведь как я уже говорил, у меня были близкие люди. Я предлагаю Вам шестьсот шестьдесят тысяч долларов за убийство вампира. Откройте сумку. Сабля и деньги там. Как видите, я с вами честен. Я совсем не остерегаюсь, что вы просто убежите с деньгами, ведь я намного сильнее вас. Ну же, или вы думали разбогатеть годам к пятидесяти, когда все цветы жизни вам будут ровно по боку? Богатство нужно молодым. Поверьте мне.
- Виктор Пантелеевич, ведь это убийство, меня будут искать. Я никогда раньше…..
- Успокойтесь Сергей. Последний раз я жил в этом городе 45 лет назад. По статистике я уже давно умер. А эту квартиру я снял на месяц. Вас никто не будет искать. Ну же, смелее вынимайте саблю из ножен. Видите, как она блестит. Теперь она ваша.
-Я уже готов. Только последний вопрос Сергей, - хотите быть вечно молодым?....

Кадетнах, февраль 2006. «Интервью с Вампиром"