Учитель возвращается - 2.

Автор: Индиана aka Иванов Окончание. Начало здесь:
http://www.litprom.ru/text.phtml?storycode=14598

- Фахрутдинов, Иванов, Каспаров, Останкинская телебашня, - шепотом повторял Учитель список тех, кому еще предстояло отомстить, - Фахрутдинов, Иванов, Каспаров, Останкинская телебашня.
Наш лайнер заходил на посадку в лондонском аэропорту.
- Каков наш план? – спросил я. – Будем тупо мочить, как Борзову?
- Нет, пожалуй. Мы хитростью соберем их всех в одном месте и накроем там решительным ударом.
- А в каком месте мы всех соберем?
- Ну ты тормоз. В телебашне, конечно, какие тут еще варианты.
- С чего начнем?
- Прежде всего поедем в универмаг «Хэрродс», прибарахлимся. После обеда у нас переговоры с Фахрутдиновым у него дома.
В универмаге мы сменили желтые спортивные костюмы «Адидас» в пятнах крови (после убийства Борзовой не успели переодеться) на строгие деловые костюмы. По дороге к дому олигарха мне на глаза попался рекламный щит с эмблемой недавно прошедшей зимней Олимпиады в Сочи и лозунгом на русском языке «Купи домик в деревне!».
- Странная реклама, - сказал я.
- Чего тут странного? Люди домиками торгуют в Олимпийской деревне.
- Учитель, мне на переговорах как себя вести? – спросил я.
- Молчи, - ответил Учитель.
В результате на переговорах я вылакал десяток чашечек кофе, а Учитель и Фахрутдинов договорились организовать шахматный матч между экс-чемпионом мира Каспаровым и президентом России Ивановым. Фахрутдинов, старый друг Иванова, пообещал добиться президентского согласия.
Я знал, что Фахрутдинов азартный человек и большой любитель шахмат, но никак не мог ожидать, что харизма Учителя и его поистине удивительный дар убеждения позволят так быстро добиться нужного результата. Впрочем, свою харизму Учитель подкрепил обещанием вложить в проект не менее ста миллионов долларов и прозрачным намеком на то, что в случае отказа от сотрудничества олигарха может постичь судьба его покойной любовницы Борзовой.

***

Через день мы с Учителем прибыли в Нью-Йорк для переговоров с Каспаровым.
Наведя справки на Брайтон-Бич, мы подстерегли экс-чемпиона у его подъезда.
- Гарри Кимович, - вежливо обратился к Каспарову Учитель, - мы хотим предложить Вам партию в шахматы.
- Я давно не играю, - с дрожью в голосе ответил Каспаров.
- Это будет необычная партия. Вам предстоит сразиться с президентом России Ивановым. Поединок пройдет в Москве, в Останкинской башне, в зале ресторана «Седьмое небо». Проигравший получит пятьдесят миллионов долларов.
- Сто миллионов, и я согласен, - испуг прошел, голос окреп, а глаза гроссмейстера засверкали предчувствием легкой наживы.

***

- За второй рассказ хвалю, мне понравилось - сказал Учитель. - Кстати, тебе шах, - добавил он и сделал ход ферзем.
- А я что-то вторым рассказом как раз не очень доволен, - ответил я, убирая своего короля из-под боя.
- Ну и зря. Знаешь, пусть в следующем рассказе твои герои по миру поездят, что ли. Читателям же интересно про заграницу. Лондон там, Нью-Йорк. Можно Тель-Авив подключить, заодно опять на еврейскую тему выйти – это таки всегда актуально.
Некоторое время мы молча делали ходы на доске. Моя позиция становилась все хуже. С досады я решился, так сказать, резануть правду-матку:
- Честно сказать, заебался я уже всякие истории про тебя сочинять. Я же, если помнишь, хотел своими рассказами помочь читателям в их нравственном поиске, указать им духовные ориентиры. А сейчас вот перечитал первые два рассказа и ясно вижу: чем дальше, тем сильнее уносит меня от первоначального замысла в сторону откровенной похабщины, трэша и графомании. Вот допишу третий рассказ, и в концовке завалю тебя наглушняк, без всяких возвращений.
- Дело твое, Инди, - спокойно ответил Учитель. – Заодно рекомендую тебе предотвратить кошмарный теракт и спасти мир.

***

Встреча с Фахрутдиновым и Ивановым в Кремле прошла в обстановке полного взаимопонимания. Фахрутдинов вел разговор в формальном ключе, не показывая при нас, насколько близко дружит с президентом.
- Этот беспрецедентный матч до первой победы покажет настоящую силу России. Мы поставим зарвавшегося гроссмейстера на место и убедительно продемонстрируем всему миру в прямом эфире из Останкинской телебашни, что законно избранному президенту нет достойных конкурентов не только в политике, но и в спорте. Вряд ли оппозиция сможет оправиться от такого удара.
- Надеюсь, все решится уже в первой партии? – вопрос президента прозвучал как утверждение.
- Разумеется. Необходимые ходы Вам будет подсказывать компьютер через невидимый постороннему глазу наушник. Каспарова мы попросили очевидных ошибок не делать, чтобы не было сомнений в честном характере борьбы на шахматной доске. Главное, ничего не перепутайте. Помните, в шахматах есть такое правило: тронул – ходи.
- Ну, правила игры я помню. А сам ты, небось, втайне не веришь в мою победу? Может, надеешься, что Каспаров справится с компьютером? – шутя спросил президент.
- Отчего же не верю. Вот и букмекеры считают Вас явным фаворитом. Я, кстати, уже поставил приличную сумму именно на Вашу победу, - ответил Фахрутдинов.

***

- Куда теперь? – спросил я.
- В Тель-Авив, - ответил Учитель.
Учитель показал мне распечатку с новостного сайта. Речь шла о гениальном девятилетнем химике по имени Ариэль, который изобрел пластиковую взрывчатку нового поколения, чтобы отомстить за своего погибшего хомячка.
Для начала мы встретились с мамой гения. На переговорах с ней Учитель гадко подлизывался. Не жалея эпитетов, он нахваливал поочередно то мальчика, то саму мамашу. Мне он опять приказал молчать. Тактика Учителя сработала, и на следующий день мы познакомились с гением лично, а еще через несколько дней провели полевое испытание его изобретения. Разумеется, не обошлось и без крупной суммы наличными, которая перекочевала из кармана Учителя в сумочку мамаши. Для испытания взрывчатки мы выехали в пустыню Негев, закопали там малюсенький кусочек похожего на пластилин вещества и взрыватель, после чего убежали прятаться куда подальше. Мощность взрыва, скажу прямо, превзошла наши самые смелые ожидания.
- Знаешь, Инди - сказал вдруг Учитель, стряхивая с себя песок, - ну ее нахуй, эту месть. Пусть Иванов обыграет Каспарова в шахматы, Фахрутдинов заработает на тотализаторе, а Останкинская башня пусть стоит где стояла.
- Правильно! – с готовностью поддержал я Учителя. – Я давно хотел тебе то же самое сказать, в смысле что ну ее нахуй, эту месть.
Мое сердце переполняла радость. «Вот и кончился кровавый кошмар. Наконец-то Учитель пришел в себя», - думал я. Мы вернулись в Тель-Авив и отправились в кафе на набережной, чтобы выпить пива «Маккаби» с видом на Средиземное море. По дороге я купил газету на русском языке. В газете в основном обсуждались какие-то малоинтересные местечковые темы, но нашлась и одна любопытная заметка под названием «Новая антисемитская выходка Билана». Я прочел ее вслух, чтобы позабавить Учителя: «Заключенный в немецкую тюрьму за нацистскую пропаганду (напомним, что он пытался исполнить фашистский марш на гей-фестивале в Берлине) певец Билан утверждает, что его бывшие продюсеры Моргенштерн и Гольденблюм имеют отношение к организации шахматного матча века между Ивановым и Каспаровым. Как уверяет Билан, он узнал господ Моргенштерна и Гольденблюма на фотографии в немецкой бульварной газете «Бильд ам Зонтаг». На переднем плане фотографии мультимиллиардер Фахрутдинов пожимает руку президенту Иванову, а на заднем плане, действительно, видны лица двух неизвестных пока широкой публике мужчин. Очевидно, что таким недостойным образом давно потухшая поп-звезда в очередной раз пытается привлечь к себе внимание общественности, бесстыдно возводя напраслину на двух незнакомых нам лично, но наверняка достойных всяческого уважения еврейских бизнесменов».

***

Я больше не веду с Учителем разговоров о литературе. Учитель больше не дает мне советов. Мы вообще больше не разговариваем друг с другом. Вышло так, что я вернулся из командировки почти на сутки раньше, чем планировалось. Купил цветы. Тихо-тихо открыл дверь квартиры. Осторожно, не зажигая света, пробрался в спальню. В спальне горели свечи. Спиной ко мне стоял Учитель. Он трахал мою жену, стоящую на кровати раком. Несмотря на слабое освещение, сомнений быть не могло. Я узнал его по характерной родинке на жопе. Ведь мы столько раз ходили с ним вместе в баню. Мне хватило самообладания незаметно выйти из квартиры и закрыть дверь. Всю ночь я бродил по городу и плакал. К утру вернулся к своему дому. Увидел выходящего из подъезда Учителя. Подошел к нему и молча ударил правой в челюсть. Вот с тех пор мы больше и не разговариваем друг с другом.
А третий рассказ я все равно допишу, и, поверьте, Учитель не доживет до его финала.

***

В ресторане «Седьмое небо» все было готово к началу игры. Журналисты, судьи, агенты безопасности в штатском и почетные гости заняли свои места. Все взгляды были прикованы к шахматному столику на постаменте в центре зала. Справедливости ради замечу, что больше смотреть было некуда. Присутствующие лишены были возможности наблюдать панораму города с высоты телебашни, поскольку в целях безопасности все окна по кругу плотно закрывали пластиковые жалюзи, заказанные и установленные специально к шахматному поединку.
Президенту Иванову предстояло играть белыми фигурами, Каспарову достался черный цвет. «Как символично», - сентиментально подумал я, - «вот она, решающая битва сил света с силами тьмы». Я приготовился внимательно следить за ходом партии, но в этот момент Учитель жестом отозвал меня в сторону.
- Я обманул тебя, Инди, - сказал Учитель.
- Что?
- Что слышал, - огрызнулся он. – Я видел, что ты разочаровался, опустил руки и не хочешь больше мстить. Но я доведу дело до конца. Взрывчатка уже здесь, и ее хватит, чтобы прямо сейчас разнести весь этот балаган вдребезги вместе с телебашней.
- Где? – я беспокойно оглядывался вокруг, не обнаруживая в пределах видимости никаких подозрительных предметов.
- Да все жалюзи тут из взрывчатки. Сделано по моему спецзаказу. Еврейский вундеркинд Ариэль лично контролировал процесс.
- Выходит, мы все погибнем? – ужаснулся я.
- Ты не погибнешь, - успокоил меня Учитель, - а вот я погибну, свершив свою месть. Взрыватель у меня. Примерно через час я подойду к окну и отомщу, а ты постарайся за это время убежать отсюда как можно дальше. Я хочу, чтобы ты выжил и рассказал людям мою историю.
- Прощай, Учитель, - сказал я и двинулся к выходу.
На выходе, однако, выяснилось, что кое в чем Учитель просчитался. Охрана не выпускала из «Седьмого неба» никого. Я стоял в мучительном раздумьи. Было совершенно очевидно, что запланированный обезумевшим маньяком взрыв унесет многие тысячи невинных жизней и навсегда изменит архитектурный облик столицы нашей Родины.
- Срочно вызови начальника, - обратился я к охраннику на выходе. - Дело государственной важности.
Охранник, вероятно, принял меня за одного из агентов в штатском и исполнил мою просьбу. Начальник охраны оказался толковым мужиком и тут же вник в самую суть дела.
- Где взрыватель? – спросил он.
- У однорукого мужика в зале, - описал я приметы Учителя, - он там один такой.
Вскоре к поглядывающему на часы Учителю внезапно подошли двое невзрачных мужчин. Через несколько секунд они прошли через выход, поддерживая с двух сторон труп мстителя-неудачника. Еще через минуту Каспаров сделал крайне неудачный ход конем и признал свое поражение, не дожидаясь ответного хода президента. А через пять минут в зале уже никого не было. На выходе начальник охраны отдавал приказы по рации:
- Бригаду саперов срочно сюда, пусть снимают со всех окон пластиковые шторки и бегом тащат их на склад. На тот, где у нас пластит хранится, ага.
После этой истории я очень сдружился с Фахрутдиновым и Ивановым. Оба они справедливо считали, что обязаны мне жизнью. Когда в 2016 году президент предложил мне участвовать в очередных выборах в качестве преемника, я с радостью согласился.
- Вступая в должность президента Российской Федерации, - читал я текст присяги, - клянусь с честью и достоинством носить фамилию Иванов.
Закончилась формальная процедура, и по залу прокатились подобающие случаю сдержанные аплодисменты.
- Пользуясь случаем, сегодня я хочу обратиться ко всем гражданам России с призывом, - продолжил я. – Дорогие россияне! Храните святую веру, избегайте насилия, не крадите, не обманывайте, чтите семью, не злоупотребляйте алкоголем и наркотиками! А главное, всегда поступайте по справедливости.
Аплодисменты зазвучали с новой силой.