Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

Графомания:: - Голова Сергея Петровича

Голова Сергея Петровича

Автор: ХРО
   [ принято к публикации 01:14  13-08-2007 | Психапатриев | Просмотров: 783]
– Алло. Танюша? Привет. Ну, как ты там? Как отдыхается?
– Приветик, Серёжка. Супер! Море теплющее. Соседи – ничё так, добрые попались. И малой целый день на пляже пропадает, тут ему раздолье.
– Танюшка, а ты соскучилась?
– Ну, конечно же, дурашка! А ты?
– Очччень… Жду-не-дождусь. Дни считаю.
– Ну, потерпи ещё восемь дней, Серёжик, немного ведь осталось, и мы приедем. Ладно?
– Ладно…Тань, тут такое случилось…только пообещай, что не расстроишься.
– Господи, Серёжка ты меня пугаешь! Что стряслось?
– Таня, я того…нашего Мурчика, убил.
– Жприт-ш-с- с… Серёжа тут помехи какие-то, я не поняла. Что с котиком случилось?
– Котик умер.
– А-а-а-а. Нет. Ну как же... Ты ведь обещал, что ничего плохого не… Мурчи-и-ик…И-и-и... Как? Как это? За что ты его?
– Ну как: за хвост и об табуретку. А он умер.
– Мерзавец, негодяй! Я не об этом спрашиваю. Как это произошло, дурак?
– Танюшка, Солнышко, ну не плачь. Он сам виноват. Я его и кормил и убирал, как ты велела. А он мне, знаешь что? На новую клавиатуру наср… сходил. Можешь себе представить? Если б ещё сухим – то полбеды, а то жидким. И много так. Оно просочилось между клавиш. Ты же знаешь, как я к компьютеру отношусь. Он для меня всё. То есть, ТЫ ДЛЯ МЕНЯ ВСЁ, а комп – всё остальное. Ну, в аффекте я был, понимаешь. Извини, а? Я тебя очень люблю, Танюшка. Простишь?
– А-а-ыы. Какой же ты всё-таки придурок, Сергей. Жестокий ты, мама тысячу раз права.
– Вот скажи, причём тут, Фаина Борисовна?
– Да пошёл ты…

«Простит», – подумал Сергей Петрович, положив трубку – «никуда не денется. Восемь дней ещё». Он посмотрел в угол комнаты и, обратившись к коту, сказал: «Понял, зараза, нет тебя. Ты – труп».
Кот Мурчик, сибирской породы, четырёх лет отроду, невозмутимо лежал в самом дальнем углу комнаты и полуприкрыв глаза, без особого интереса рассматривал паркетину у своих передних лап. Кот жил с этими людьми давно и ему было наплевать на бессмысленную возню двуногих существ. Он был над этим. Краем уха Мурчик уловил, что буквально минуту тому назад на него «навесили» что-то такое, чего он не совершал. Ну и плевать. Тепло. Сыто. Тихо. В данный момент всё его кошачье естество выражало безразличие. Признаки волнения Мурчик подавал исключительно, когда дело касалось кормёжки.
«Значится, так» – анализируя ситуацию, пробормотал Сергей, – «во-первых, с Танюхой порешали, а во-вторых, у меня целых 8 дней. А за восемь дней можно придумать, как эту мразь кончить. Не спеша. В несколько этапов».
Сергей Петрович с удовольствием сделал глоток пива, после чего вперил в кота холодный ненавидящий взгляд. Мурчик, как всегда, был вызывающе индифферентен.
– Слышь, кашак, вот ты где у меня. – Сергей Петрович продемонстрировал коту свой бледный кулачишко. Мурчик остался безучастен и не шелохнулся. А вот Сергей Петрович терпеть не мог, когда на него не реагируют, не удостаивают, так сказать – он начинал сердиться.
– Ты, сволочь, думаешь, что у тебя всё схвачено? – распаляясь от слова к слову, сказал Сергей Петрович. – И покормят тебя, и уберут, и на дачу свозят воздухом подышать. Жизнь удалась? Нихера, любезный. Жизнь – это смысл. А в твоём существовании есть смысл? Вот зачем ты живёшь, какие у тебя жизненные цели? А? Молчишь, урод. Всегда молчишь и не реагируешь. Считай, домолчался. Был Мурчик – станет Жмурчик. У тебя выбор, кстати, небольшой: долго подыхать или очень долго. Но пытки будут обязательно. Без них никак.
Сергей повернулся к монитору и с энтузиазмом затарабанил тонкими пальцами по клавиатуре (которая была снежно-белой, ввиду того, что её обладатель был аккуратист, каких поискать). Google отозвался на запрос «пытки и казни» прелестным сайтом. Через полчаса вдумчивого просмотра и изучения, отвлёкшись лишь однажды на минутный передроч (уж очень аппетитной была одна из картинок на сайте), Сергей уже мог определиться с целями и методами.
Вооруженный новыми знаниями Сергей Петрович, энергично встал и направился в кладовку. Открыв дверь и убедившись, что инструменты, как всегда, идеально разложены, начал отбор. «Что же мне нужно? Шило…Так: пассатижи или кусачки? И то и другое. Верёвочка… крепенькая какая…отлично. Ацетон – нет. Хотя… Ну, тогда уж и спички. В глаза хорошо чо-нибуть брызнуть…кислота где-то была. Вот она. Так, готов, вроде. Для начала вполне достаточно».
«Иш ты – устроился», – приговаривал Сергей Петрович, складывая инструменты в пакет, – «Я горбачусь, целыми днями на работе, а ОНО лежит-выгревается у батареи или яйца свои волосатые, тьху, обхаживает. С яиц и начну. Щас мы их пассатижиками…Так-с-с…А ловко я всё спланировал. Просто идеально. ГОЛОВА потому што у меня особого склада! А-на-ли-ти-че-с-ко-го! Подумать только: вокруг совершаются миллионы антиобщественных и аморальных деяний, но при этом от ответственности уходят лишь избранные. Ведь, что мы называем идеальным преступлением? Преступление, которое остаётся без наказания. В данном случае наказания и не будет. Танюха подготовлена, так что репрессий, думаю, не последует. Перегорит, я её знаю».
В состоянии приятного лёгкого возбуждения, и бережно обняв обеими руками пакет с инструментами, Сергей вошёл в комнату и остановился: что-то было не так. Дверь на балкон, почему то была приоткрыта, и возникший вследствие этого сквознячок нежно перебирал тюлевую занавеску.
За миг до того, как Сергей Петрович истошно заорал, повергая этим криком свой мозг в омут неизведанных ранее, но катастрофически разрушительных инсультных спазмов, он успел отметить две вещи: надпись на мониторе «пидар ты гнойный, серуня петрович» и растекающуюся по клавиатуре невообразимо отвратительную кучу дерьма полужидкой консистенции. Почему-то из всего того, что вслед за этим обрушилось на пол, громче всего зазвучал не упавший пакет с инструментами, а голова Сергея Петровича, вошедшая в соприкосновение с дубовым паркетом.
Звук был чарующей красоты, протяжный и грустный, низкий по тону и обладал гармонично взаимосвязанными тембровыми характеристиками: общей окраской, объемом, блеском и плотностью.
Жаль, что кота в комнате не было и никто так и не смог оценить красоту этого звука.

ХРО ©


Теги:





0


Комментарии

#0 10:22  13-08-2007Хренопотам    
Концовку убил насмерть. А жаль.
#1 10:26  13-08-2007про заек    
и чё?

тема пыток не раскрыта.

незачот.

#2 10:49  13-08-2007навсегда    
зачот, зачот
#3 11:39  13-08-2007Павел Цаплин    
"Морнинг, бля" - лаконичнее и четче. Вам, ХРО, все-таки лучше по поэтической линии пробовать - я полагаю.
#4 09:49  14-08-2007Частный случай    
ну ебана....Димон ну бля...обломал всё
#5 10:51  14-08-2007ХРО    
Хуйзнает, пацаны.

Мне нравится. Всё продумано до мелочей. Ничего бы не менял. Была задумка описать ничтожность человека и планов его ниибательских, его фальшивое величие. Концовку пытками украсить можно было не напрягаясь или ещё чего-нибуть ввернуть, но не ради этого затевалось.


Комментировать

login
password*

Еше свежачок
01:53  22-01-2018
: [5] [Графомания]



Распрямив крутые плечи
И прищуря левый глаз
От небес неподалече
Человек смотрел на Марс.

Вдруг мечтают марсианки
Встретить пленника пурги
И связать носки теплянки
Для залётного легки.

Время всё таки проходит,
А вокруг одна земля
Вот бы жизни на исходе
По планетам попетлять....
14:08  20-01-2018
: [10] [Графомания]
Едва сказать успеешь «амен»,
Уловлен будешь ты в сети
Греха.
И душу, словно камень,
Ты будешь на гору нести.

Путь до вершины долог, длинен,
И не имеешь права спать.
Но миг – и ты на дне долины,
Чтоб камень вверх катить опять....
02:39  20-01-2018
: [6] [Графомания]
Я вспарывал землю лбом,

На ты был со стужей,

Столько швов на мне , пломб,

Душа моя, промерзшая лужа,



Столько кожа не стерпит,

Лопнет словно бумага,

Листа осеннего трепет,

Солнца зимнего брага,



Ничего не забыть,

Ничего не отнять,

Тишиною завыть,

Да где ж ее взять,



Да где же убогому,

Найти свой приют,

Столько шума вокруг, гомона,

Облака

скалятся, корчатся ,...
00:36  18-01-2018
: [11] [Графомания]
Валентину весело у Машки
Каждый вечер трескать пироги.
Молоко налито в белой чашке
И попробуй котик убеги.

Сам то он наверное не белый
И пушистый как сибирский кот,
Но рукой всё гладит загорелой
Лишь его стряпуха целый год.

Спросит,-Ты наверное устала,
Прежде чем ласкаться до утра....
Качает лодочка озябшими бортами,
Ведут нас морем, словно лошадь под уздцы.
Смеются чайки беззастенчиво над нами,
Да на погонах вертят дырки погранцы.

Их старший, с кортиком, как пёс цепной неистов,
Такому крикнуть бы: Послушай, капитан!...