Теогония

Автор: Рафаил Романов I was a God dreaming I was a man.
I was a man dreaming I was a God.
J. Michael Straczynski

В начале было Слово.
Рожденное в пораженном мозге, Оно упало в легкие, разрывая их своими острыми гранями, и, оттолкнувшись от растерзанной плоти, промчалось по гортани, ударившись изнутри о сжатые губы: зубов не было. Слово рвалось на свободу, царапая нежную кожу, - губы разжались, и Оно покатилось по грязному полу, оставляя за собой тонкую красную полосу.
На грязном полу в вагоне поезда, мчавшегося по самой длинной ветке московского метрополитена, таяло и растекалось Слово.
Романов.
Следом за Ним родилось второе, третье.
Рафаил.
Александрович.
Три Слова скоро растаяли, превратившись в небольшую лужу грязно-зеленого цвета. Вдруг в лужице началось едва заметное движение – на полу извивался крохотный младенец. Он закричал. Его ручки и ножки увеличивались, крепли, голова обрастала волосами. Младенец стал мальчиком, юноша – мужчиной. Стремительное взросление сопровождалось криком и судорогами, но никому не было до этого дела: как, впрочем, и всегда.
Никто так и не заметил, как из лужи выполз человек, как на нем вдруг появилась одежда, как он поднялся на ноги, нетвердо подошел к скамье и рухнул на свободное место.

Рафаил Романов глядел на странное зеленое пятно на полу вагона и восстанавливал в памяти прошедший день. Утром он провел шесть уроков, заехал в методический центр; пообедал в Сбарро, вернулся в школу и до вечера проверял тетради. Сочинения были в целом очень плохими, но несколько работ произвели на него впечатление. Рафаил Александрович взял их домой, чтобы перечитать.
Что-то было не так. С утра его занимала какая-то мысль. Он должен был что-то сделать. Он мучительно вспоминал, но, доехав до своей станции, так и не вспомнил.
Мысль пришла к нему, когда он, ссутулившись, быстро шагал по замерзшему асфальту.
Он остановился, пораженный, - всего на мгновенье - и тотчас побежал. Он примчался домой, забыл закрыть дверь, скинул с себя верхнюю одежду. Быстро прошел к себе в комнату, не снимая ботинок. Включил свой старый компьютер и в нетерпении метался по комнате, пока загружалась операционная система.
Наконец Рафаил Александрович устроился в кресле и яростно застучал по клавишам.

Он так и не узнал, что сегодня родился. Он так и не узнал, кто его мать.