жизнь-гавно

Автор: estlane Будильник призывно подал голос.
- Какого чёрта! Я же просила тебя, когда утром идёшь на работу, спи в детской. После твоего будильника хрен уснёшь!- Лизка недовольно натянула на голову одеяло и нарочито громко засопела.
- Стерва !- Андрей выключил звонок и сел на кровати, - ни хрена по дому не делает, до 4 утра в чате висит, а я ещё должен ребёнка в сад вести.
Чайник мирно пыхтел на плите. Маленький Сашка доедал свою кашу и рассказывал, какие монстры приходили к нему ночью, и как храбро он с ними сражался. Андрей смотрел куда-то сквозь ребёнка и молил бога, чтобы Лизка не проснулась. А то опять будет просить денег на SPA и какую-нибудь ещё ерунду.
- Ну вот, так и не уснула, из-за тебя придурка,- Лизка зашла на кухню, поцеловала Сашку и уселась напротив Андрея.
- Щас начнётся. Давай сынок поднимайся, мы уже опаздываем, - Андрей поднял мальчугана на плечо и понёс в прихожую, - одевай кроссовки.
- а посуду кто будет мыть? Я не домработница!
- Оставь. Я вечером помою,- только бы не скандалила с утра и так на душе хреново.
НА автобазу Андрей пришёл уже взвинченный. Сначала бабки в сберкассе не пропустили его без очереди. Ишь ты молодёжь пошла! Детями прикрываются! Пораньше бы встал и всё успел бы! Потом пол часа зав. Детсадом вставляла ему, что детсад у них не простой. Детям даётся всеобъемлющее воспитания, питание и образование. А он, мудак такой, вовремя не может оплатить все эти расходы. Да-да, конечно, завтра он обязательно принесёт эту долбаную квитанцию об оплате.
Эй! Чего застыл! Иди наряд получай! Тебе сегодня детишек в Ярославль везти,- Андрей сбросил оцепенение и побежал в диспетчерскую.

Папа, папа! А почему Алина взяла фотик, а мне нельзя!- Светка надула губки и села в кресло.
Потому-что, она старше и аккуратнее,- Сергей собирал своих девчонок и не мог сдержать улыбки. Такие они красавицы получились. Алинка точно как мать. Такая же рассудительная , внимательная. А младшая Светка непоседа. Всё бы ей крутиться перед зеркалом, да с мальчишками трепаться по телефону. Что ещё будет когда вырастет… Жаль мать так и не увидит как девочки вырастут, выйдут замуж, нарожают своих детей. Сергей уже три года как схоронил свою жену. Пьяный водитель сбил её на переходе. Хорошо ещё дети в саду были, не видели этого ужаса.
Сергей Владимирович, я отведу девочек к школе и вернусь. За уборщицей я прослежу, не волнуйтесь,- с няней ему точно повезло. Девчонки любят её , но побаиваются немного. Это хорошо. Шалят меньше.
Я ушёл! Всем пока! Вечером расскажите как там в Ярике! Всех целую!- Светка опережая старшую сестру, более медлительную, обняла Сергея, чмокнула в щёку и убежала докладывать рюкзачок.
Алин! Пригляди за сестрой! Пусть не болтается по автобусу! Я волнуюсь.
Хорошо пап! Не беспокойся,- как же она похожа на мать. Та же полуулыбка, чуть прищуренные карие глаза.
Сергей женился на Олесе вопреки её чеченским родственникам. Просто пошли в ЗАГС и расписались. Сколько крику было потом, ужас. С кинжалами приходили, около двери ночевали многочисленные братья и дядья. Какие только проклятья не сыпали. А как старшая родилась, свой автосалон открыл, так сразу: « Брат наш, так любим тебя!» Вот уроды, аборигены с гор. Ну да ладно бог с ними. Спасибо хоть помогли после смерти Олеси на ноги встать. За девчонками почти год присматривали. Серёга прыгнул в свой бумер и покатил в салон.
Дети в автобусе галдели непереставая. Вся эта пёстрая толпа вырвавшаяся на иллюзорную волю начинала раздражать Андрея. Да ещё этот долбанный телефон пиликает где то в кармане. Надо было его сразу вытащить, теперь хрен достанешь. А Лизка просто так не отстанет, всю дорогу будет трезвонить. Видать поняла, что я ей денег не оставил. Вот стерва! Работать не хочет. Я на двух автобусах вламываюсь только чтобы у них с Сашкой всё было и одежда из бутиков и побрякушки. Господи! Я же всё знал наперёд. Зачем? Зачем! Я тогда на выпускном подошёл к ней? Выпендрился ! В благородство сыграл. Мудак. Теперь вот расплачиваюсь своим горбом. Я знал, что она никогда меня не полюбит даже из благодарности, что буду растить её ребёнка. А Сашка Зимаков так и делает вид, что непричём. Хотя она и назвала ребёнка его именем. Конечно меня унижать и пинать что бы обиду свою выплеснуть это нормально, а сказать родителям Зимакова, что у них внук есть это кишка тонка. Мы гордые. Сами вырастим. А ведь любил я её до потери пульса. Да и как не любить эту белокурую головку с огромными голубыми глазами и губками, сложенными в бантик. Ну, точно барби! Да за ней вся школа бегала, что школа, пол района. А она вишь, Сашку выбрала. Ну как же сынок дипломатов. А что теперь. Сынок этот в Штатах развлекается, а она, дура, со мной нелюбимым мается. Жалко её. Ладно где там этот телефон. Андрей полез в карман. Где он там трезвонит? Автобус повело в сторону, на придорожную гальку, потом в канаву, перевернуло и потащило вниз по откосу, потом ещё пару раз перевернуло и выкинуло на старые сосны.

Господи! Что же я теперь буду делать, если его осудят! Одна с ребёнком. Я же ничего не умею. После школы сразу родила Сашку, потом дома всё время. Как же, как же теперь? Господи! Милы мой добрый благородный Андрюшечка. Как же это? Я виновата, виновата,- Лизка сидела в зале суда и скулила. За этот месяц пока шло следствие она сотни раз пережила свою бестолковую жизнь и поняла, что лучше Андрея у неё ничего не было. Она вспоминала снова и снова тот злополучный выпускной, когда она вся счастливая подошла к Зимакову и сообщила о радостном, как ей казалось, событии. Но он холодным тоном сказал, что это её проблемы, а ему надо ехать учиться в Штаты. Что делать? Лизка в беспамятстве стояла у открытого окна. Пятый этаж. Убиться насмерть? Вряд ли. А что делать, кому она нужна с ребёнком. Мать уборщица, отец алкоголик. Куда деваться. Срок то уже месяца три-четыре. Андрей подошёл сзади и тихо прошептал,- Лизочка, не надо. Всё будет хорошо! Я буду заботиться о тебе и ребёночке, выходи за меня. Она раньше даже не замечала этого очкастого отличника. Тихоня слюнтяй одним словом.

Это я, я виноват! Меня, меня судите! Это я их всех убила! Это я ему жизнь покалечила! Андрюша! Миленький!- белокурую женщину под руки тащили к выходу здоровые санитары.
Совсем тронулась баба,- сочувственно шептали с одной стороны.
Так ей и надо! Детей погубил ейный ирод проклятый! – злобно шипели с другой.
Сергей безучастно смотрел на происходящее. Ему было всё равно. Девчонок не вернуть. Да и жить как то расхотелось. Один только вопрос гложил: почему этот тщедушный долговязый человечишко остался жив, а его девочки нет? Это не справедливо!

Андрею дали условно три года. Работать водилой не разрешили. Устроился на завод. Лизка пошла в больницу, санитаркой и заочно начала учиться в мед училище. Странно, но жизнь наладилась. Она его любит, жалеет, готовить научилась. Но всё это, какой ценой? И надо ли ему всё это теперь. Теперь, когда десятки заплаканных от горя глаз каждую ночь чередою жуткого калейдоскопа проходят в его голове.
То лицо. Андрей уже не помнил, когда он его увидел впервые, то ли в зале суда, когда Лизка билась в истерике, то ли после приговора, когда обезумевшие родители чуть не разорвали его на части. Он отличался от них. Высокий, широкоплечий, властные красивые черты лица. Короткая модная стрижка. Да и свитерок с джинсами не с Черкизово. Лизке раньше такие нравились. Нравились… Только плотно сжатые губы и холодный острый взгляд этого человека напугал Андрея больше чем беснующиеся родители. Он понял, что этот мужчина обязательно придёт и навсегда избавит его Андрея от этой муки.

Сергей сидел на скамейке перед подъездом убийцы его детей. В кармане лежал нож, подарок одного из родственников жены. Сигареты в пачке почти заканчивались. Я должен это сделать. Я должен отомстить за Алинку, за Светочку за Олесю. Всё обиду всё горе за смерть любимых Сергей переложил на этого водителя, который теперь отождествлял всех водителей-убийц в мире. Дело даже не в горных родственниках, которые как коршуны слетелись на его горе. Нет. Он сам так решил, сам.

Из подъезда выбежала Лизка. Сейчас заберу Сашку из сада, потом в магазин за хлебом и обедать. Как хорошо, что занятий сегодня нет и можно до ночного дежурства побыть дома. Она заметила на скамейке красивого мужчину. Замедлила шаг, достала пудреницу. Господи, что я делаю! Натянула капюшон тишки и побежала на остановку.

Дверной звонок вырвал Андрея из мрачных мыслей. Что она ещё там забыла? Вот растеряшка. На пороге стоял его избавитель. Вот и всё. Удар пришёлся прямо в сердце, которое непереставало ныть эти долгие месяцы. Спасибо,- прошептал Андрей и рухнул на пол.
Ну вот теперь и я стал убийцей,- эта предательская мысль появилась сразу же на смену предыдущим мыслям о каре и мести. И была ещё более невыносимой. Сергей прошёл в комнату. Скромная обстановка. Везде фотографии маленького голубоглазого мальчонки с сияющей улыбкой. И ещё той красивой женщины, которую он видел на суде. Какие глубокие глаза, утонуть можно. Безумный крик заставил его вернуться. Та самая женщина склонилась над телом мужа. Меня, меня надо было, а не его,- её голубые глаза наполнились слезами. А рядом стоял мальчик лет пяти. Недоумение застыло на его милом личике.

В колонии Сергея уважали и не трогали. Знали его историю. Знали так же, что продал он свой бизнес, а деньги послал вдове того водителя. За примерное поведение выпустили его на два года раньше. Куда деваться дальше он решил уже давно. Московскую квартиру оккупировали горные родственники. С ними он точно не хотел связываться. А в деревне откуда родом мама всегда нужны были здоровые работящие мужики. Да и дом там остался. Подремонтирую и буду жить. Москва встретила Сергея промозглым дождём. До поезда оставалось пару часов. Ещё одно дело. И всё. Почта, как назло не работает, слишком рано. Придётся самому. Сергей закинул за спину сумку и направился к метро. В сумке что-то звякнуло. Солдатики. Глиняные солдатики. Он мечтал их слепить в далёком детстве, а получилось только сейчас. По вечерам в красном уголке Сергей вылепливал их потом обжигал в зэковской столовой. А ночами разрисовывал сидя на нарах. Солдатики стояли каждый в своей позе и лица у них были разные, не похожие друг на друга. Сергей делал их для одного испуганного мальчика, голубые глаза которого не мог забыть. И вот он опять стоит перед этой дверью. Зачем он сюда пришёл? Мальчишке уже лет десять. Он может и в солдатики то не играет. Сергей ещё минуту помялся у двери, положил на половик коробку и вернулся к лифту.
Я вас ждала,- Сергей вздрогнул и повернул голову. В дверях стояла Лиза. Он узнал её. Красивое лицо немного осунулось, уголки губ опущены вниз, волосы гладко зачёсаны назад, и те же огромные голубые глаза.
-Сашка пока спит, у него каникулы. А я после суток, так что до послезавтра свободна. Мы можем сходить к нашим,- она запнулась,- к вашим на кладбище. Они рядом лежат, так получилось. Её глаза светились спокойным мягким светом. От неё веяло каким-то покоем и домом. Из квартиры пахло только что испеченными пирогами. Сергей нерешительно развернулся. Света открыла коробку,- Господи! А Сашка мне все уши проездил с этими солдатиками! Какие они у вас потешные, яркие. Вот радости то будет,- на её лице сияла улыбка.
Сергей уверенно шагнул в квартиру.