|
Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее
|
За жизнь:: - Первый день отпуска
Первый день отпускаАвтор: Спинной мозг В небе повешеныРжавые запонки Выбравших курс самолетов. Я им завидую - Мне, вместо воздуха, Выпал унылый перрон. Крепко придушены Ручкой-ошейником Сумки. Иду сквозь болото Жаждущих отдыха, Нервно желающих В душный зеленый вагон. Вещи расставлены, Полки разобраны, Дернулся пол под ногами. Тени встречающих И провожающих Смазаны там, за стеклом... Курица съедена, Дети уложены, Качка, неловко шагаем... Душно, но кажется Он приближается - Пляжно-купальный сезон... Теги: ![]() -2
Комментарии
зиндан Вагоны носятся, как бешенные белки, Поевшие пургена перед сном. Везут по кругу, наплевав на стрелки, На время года и "Вечерний звон", Не выбирают станций оконечных, Считая пассажиров лишь скотом... Я их меняю, в общем-то, беспечно - Маршруты сами сложатся потом. хронЪ "Желтую стрелу" Пелевинскую напомнил. И я пока не собираюсь на прикол, рановато. Сэйлор Мун так пока и не обессмерчена мной ))) Стучат колеса, гудки гудят И люди вокруг суетятся, кричат. "Москва - Алмаата" на первый путь! - Кричит мегафон, картавя чуть-чуть. Вот вещи в тележке носильщик везет - Весь маленький, сгорбленный. Странный народ! Исхожен перон от края до края. Здесь сколько людей? Я даже не знаю. Вдруг снова о чем-то кричит мегафон, Но мне не понять, вокруг только звон. Я слышу лишь топот ножек и ног, Я в жареном мареве весь изнемог. На первый путь прибывает состав. О да! Это мой, "Москва - Алмаата". И вот захожу я в седьмой вагон, Толчек, и куда-то уходит перон. И вещи свои я в купе размещаю. Прощай Алматы, я уезжаю... Крош Все перроны одинаковы - суета, давка, дети, сумки и прочая. И поезда тоже одинаковые - скука, алкоголь, карты. А што поделать? Хотя нынешний отъезд в отпуск мне запомнился особенно, вон даже накропал стиш ))) Спинной мозг А все-таки есть в перронах и вообще в вокзалах, что-то, что остается в памяти на долгие годы. Дух некой непостоянности... романтика, епт Еше свежачок
Гудил Иванович входил в учебную комнату так, как входит запах в запертый погреб — не постучавшись, не спросясь, заполняя собою всякую щель, всякую пустоту, всякую детскую надежду на урок арифметики вместо урока войны. Обоняние, самое древнее из чувств человеческих, минующее рассудок и падающее сразу в подвалы памяти, безошибочно докладывало классу: недавно, совсем недавно, варил этот человек нечто, чему нет названия ни в одном кулинарном трактате мира, — варево, замешанное на дегте, лавровом листе, ...
Часть-1
Гудил Иванович, сей любомудрый муж, кахетинец чистокровный, из тех, про кого в наших краях молвят: «человек с головой, а шапка сама найдётся», — был фронтовиком Великой Отечественной. В школе он учил детей русскому языку вовсе не оттого, что кончал какой-нибудь педагогический или самоучкой глотал филологические науки.... Весь мир вокруг казался ненастоящим. Придуманным. Как будто его нарисовал Дали, или, даже хуже, Малевич. А потом ещё плюнул и растер рукавом. Так рождаются шедевры. Когда мимо шли люди, спотыкаясь о широко вытянутые ноги спящего на скамейке человека, ноги эти самопроизвольно дёргались, а тело при этом оставалось статичным....
Ты - падший ангел,
поселившийся в берёзах напротив нашей нехарактерной норы. Так ко́рюшка в Неву макает слёзы. И лезет яблоко из тонкой кожуры прибрежной статью медленных объятий - бретелька, взгляды, туфелька, слеза.... |


It ain't time yet for the choking
So now we can know the movie
and see each other truly
In the deathcar, we're alive... (c) ;)