Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

За жизнь:: - Детская онкология

Детская онкология

Автор: Дуня Распердяева
   [ принято к публикации 03:22  01-06-2008 | Шырвинтъ | Просмотров: 725]
ч. 1-я
В начале девяностых разрушительный ветер перемен уже не казался, как в конце восьмидесятых, пьянящим ветром свободы. В транспорте, очередях и на лавочках у подъезда народ, получивший долгожданную свободу слова, без устали ругал правительство. Развалили, растащили, разворовали… И еще множество всяческих не всегда цензурных рас- и раз-.

Там, где волею злого рока оказались Настя с Кристиночкой, политику не обсуждали. Не до того. Говорили только о своих детях. Какими они были раньше. Что с ними случилось сейчас. И несмело, с робкой надеждой, о том, что их ожидает в будущем. Некоторые о будущем не говорили, ибо оно было предельно ясно и ужасно одновременно. Имя этому невеселому месту – детская онкология. Четвертый этаж самого дальнего корпуса республиканской клинической больницы на Ленинском проспекте в Москве. Перед входом в отделение на грязно-розовой стене масляными красками был намалеван гигантский Микки Маус. Его бессмысленные глазенки-плошки отчаянно косили в разные стороны. Алый вампирский рот осклабился в хищной ухмылке. Ручонки-лапки в белых дутых перчатках гостеприимно распахнулись. Оставалось только приписать рядышком: «Добро пожаловать в ад!»
Настя поняла, что это далеко не райский уголок, едва переступила порог отделения больницы, куда её двухлетнюю дочку направили на обследование. Крепко прижимая к себе Кристиночку, она с ужасом вглядывалась в бледные личики ребятишек, разместившихся в холле перед экраном черно-белого телевизора. У многих из них отсутствовали волосы на голове. У одного из малышей глаз был закрыт марлевой повязкой. Этот мальчик с растрепанными остатками волосиков напоминал неоперившегося птенчика. Он совершенно по-птичьи выворачивал головенку, чтобы лучше рассмотреть происходящее на экране. Никто не обратил на Настю с дочкой внимания, кроме девочки-подростка лет тринадцати-четырнадцати. В результате лечения она потеряла не только волосы, но и брови с ресницами. Под глазами залегли огромные темные полукружья. А кожа на лице приобрела голубовато-серый оттенок, какой бывает по весне у тающего снега.
– Как себя чувствуешь, Свет? – в холл, бойко стуча каблучками, впорхнула молоденькая медсестричка и склонилась над девочкой.
Света обеими руками обхватила медсестру за шею и уткнулась в её плечо своей безволосой головушкой. Прядь русых волос, выбившись из-под сестринской шапочки, упала девочке на макушку. Девушка ласково провела ладонью по Светиному гладкому затылку и сказала:
– Сейчас приду. Новеньких только устрою.
– Пойдем, тебе во вторую палату, – запросто, безо всяких церемоний, обратилась медсестричка к Насте. В общем-то, ясно почему. Насте не исполнилось еще и двадцати, а на вид – так и вовсе Светкина ровесница. А медсестра, как потом выяснилось, была на четыре года старше Насти.
В тесной палате друг напротив друга стояли две никелированных кроватки. В одной из них, держась ручонками за решетку, раскачивался из стороны в сторону годовалый малыш с бледным, равнодушным ко всему происходящему вокруг, личиком. На кушетке, обитой обшарпанным дермантином, сидела молодая полная женщина в застиранном цветастом халате.
– Вот, располагайся, – заученным тоном отчеканила медсестра, – Меня зовут Таня, завтра с утра медбрат Сережа придет на смену (тут Танин голос потеплел). А с девчонками, Жанной, Наташей и другой Наташей, потом познакомишься.
– А где мне ночью спать? – Настя растерянным взглядом обвела палату – кроме кроваток, двух тумбочек и кушетки, мебели больше не наблюдалось.
– Стулья возьмешь в холле, – спокойно ответила Таня, – поставишь в рядочек возле детской кроватки – и будешь спать.
– Врач вас посмотрит только в понедельник, – добавила она, уходя, – а сегодня пятница, так что – отдыхайте.
Настя посадила Кристиночку в кроватку, присела на корточки и уперлась лбом в холодную никелированную решетку.
– Ой, зачем же я тогда сегодня приехала? – жалобно прошептала она.
– А ты что ль москвичка? – низким, но довольно приятным голосом поинтересовалась женщина в цветастом халате.
– Мам, поехали домой! – захныкала Кристиночка, – я не хочу тут спать.
Настя, боясь проронить хоть слово, чтобы не разреветься, ничего не ответила ни дочке, ни женщине. И та пришла на выручку. Успокоила Кристину: домой она поедет скоро, вот только добрый дядя врач её немножко полечит. Протянула малышке пирамидку из яркого пластика: «Это из игровой, там все игрушки такие красивые – спонсоры из Германии привезли». Потом рассказала, что сама она из Сургута, зовут Лена, а сына – Витя. Ему год и месяц, заболел полгода назад. «Химия им не помогла», поэтому недавно «им убрали мочевой пузырь». Настя слушала, широко раскрыв глаза от ужаса, и ничего не говорила.
А потом пришел Дима – муж Лены. Оказалось, что в отделение вот так запросто пускают до девяти часов. И Дима ходит каждый вечер. Днем на стройке вкалывает, а ночует в гостинице. Он объяснил Насте, что её нарочно перед выходными положили, чтоб обвыклась и в понедельник на обходе врачам истерик не устраивала. Потом стал рассказывать, как им с Леной не везет с сыновьями. Первенец умер при рождении. Через полтора года родилась девочка. Ей сейчас четыре годика, с бабушкой в Сургуте осталась. Как Дима ликовал, когда на свет появился Витька! Имя ему дал – Виктор, победитель. А теперь вот его победитель – инвалид. И неизвестно еще, что дальше будет. Саркома все-таки, а «химия им не помогает».
Когда Дима ушел, пожелав, чтобы не подтвердился предварительный Кристиночкин диагноз, Настя вспомнила о стульях и, побрела в холл. Там было пусто – ни детей, ни стульев. Оглядевшись, увидела в углу Таню со Светой. Они о чем-то оживленно беседовали.
– Что так долго не шла? – спросила Таня, – Другие мамашки все разобрали, будешь теперь на двух стульчиках спать, и то мы со Светкой их для тебя сберегли.
Настя молча забрала обе части будущего спального места и пошла в палату. Сзади послышалось цоканье Таниных каблучков – побежала по палатам проведать пациентов. А затем тоненький ехидный Светкин голосок:
– Мамашка, ха-ха!
Оглянувшись, Настя увидела, как Светка, старательно вихляя тощим задом, удаляется по коридору, продолжая дразниться: «Хоть бы спасибо сказала, мамашка!» Желтые больничные лампочки бросали тусклые блики на лысую Светкину голову. От худенькой фигурки тянулась едва заметные тени, ускользающие в темноту и вновь появляющиеся по мере её продвижения по коридору. Замерев со стульями в руках, Настя растерянно смотрела вслед уходящей девочке. Знала бы она в этот миг, сколько ей предстоит намотать кругов страшными бессонными ночами по этому коридору с плачущей Кристинкой на руках.

Маленький Витя всю ночь кричал, не умолкая. То ли у него что-то болело, то ли просто капризничал – разве ж он скажет? Кристиночка всё повторяла, держась за мамину руку: «Поехали домой». А Настя, сидя рядом с кроваткой на одном из двух стульев, успокаивала дочку предательски дрожащим голосом. После завтрака, который никто, кроме Витиной мамы, не пожелал съесть, Настя сбегала в холл за третьим стулом и благополучно вырубилась, устав от переживаний и бессонной ночи. Уснула и Кристина, обеими ручонками уцепившись за мамины волосы (это её всегда успокаивало). На кушетке похрапывала Лена, затих в кроватке охрипший от многочасового крика Витя. Спустя некоторое время полюбоваться на сонное царство забежала Света. Разряженная в пух и прах, чтобы утереть нос новенькой сопливой мамашке. В тщательно завитом светло-русом паричке, джинсовой юбчонке с широким кожаным ремнем, капроновых колготках, собравшихся в гармошку на ножках-палочках, и большом белом свитере, скорее всего, взятым напрокат у матери. Настя приоткрыла один глаз.
– Светка… – сказала она таким тоном, словно они были знакомы тыщу лет, – не сейчас, вечерком заходи, ага?
– Можно, я возьму посмотреть? – девочка протянула руку к косметичке, лежащей на тумбочке.
– Бери, смотри, красься, – пробормотала Настя, проваливаясь в сон, полный дурных кошмаров-предчувствий. Во сне ей привиделась Кристиночка, горько плачущая и такая же безволосая, как Света.

Врач, с которым Настя познакомилась в понедельник, ей не понравился. С детьми он был неприветлив. Беседуя с родителями, смотрел мимо, а слова как будто цедил сквозь зубы. На вопрос Насти, как он думает, в чем причина заболевания, ответил громким криком чуть не на все отделение.
– Откуда я знаю? Вы их такими рожаете! Одна в шестнадцать лет, другая одного за другим каждый год!
– В семнадцать! – возмущенно прошептала Настя, чувствуя, как приливает кровь к щекам.
– Неправда! – поддержала её Лена, – три года – нормальная разница.
– Да ну?! – изумился доктор, – Забеременела ты в шестнадцать, тогда ребенок и начал формироваться! А Вам, женщина, я бы вообще не советовал рожать в Вашем загаженном Сургуте! Кого ни пришлют оттуда – все с саркомой.
– И что же нашим женщинам делать, доктор? – тихо спросила Лена.
– А это не ко мне – что делать! У меня, как в восемьдесят шестом Чернобыль долбанул, народ валом из Украины повалил. Весь коридор был кроватями заставлен полгода. Так что сами решайте, где жить и кого там рожать.
– Да, насчет вашего диагноза, – врач обернулся к Насте, уже открывая дверь в коридор, – анализы будут готовы послезавтра, но я и сейчас могу сказать точно: приготовься здесь лежать долго и упорно! Так что советую тебе запастись терпением и перестать пускать сопли по поводу и без него.

Через неделю выписали Витю. Умирать. Сначала отправили на операцию. А едва она успела начаться, лечащий врач, сопровождаемый свитой ассистентов и медсестер, неожиданно появился в палате.
– Возьми ребенка и выйди за дверь, – с порога бросил он Насте.
Стены в больничных палатах наполовину стеклянные. Наверное, чтобы медперсонал мог наблюдать, как себя чувствуют больные, не заходя вовнутрь. И Насте было отлично видно, как доктор, нервно расхаживая из угла в угол, что-то говорил родителям Вити. Лена медленно осела на кушетку и закрыла лицо руками, а Дима стал кричать на врача, отчаянно рубая ладонью воздух у него перед носом. Коллеги хирурга молча теснились в углу и не вмешивались. Тогда доктор резко толкнул разбушевавшегося Диму в грудь и тот плюхнулся на кушетку рядом с женой.
– Я все сказал! – рявкнул врач так громко, что Кристиночка, спящая на руках у Насти, проснулась и заплакала.
Затем доктор махнул рукой свите и удалился, на прощанье громко хлопнув дверью.
– Можешь заходить, – сообщила Насте замыкающая цепочку покидавших палату медиков пожилая сухопарая медсестра с каким-то равнодушным, усталым лицом и таким же голосом.
Настя приоткрыла дверь и замерла в нерешительности. Теперь рыдал Дима. А Лена молча стояла у окна, уткнувшись лбом в стекло. Увидев плачущего дядю Диму, Кристиночка сразу же перестала реветь.
– А где Витя? – спросила она. (Малыша забрали в операционную, пока Кристина спала).
– В реанимации, – Дима ухватил Настю за руку и насильно усадил рядом.
– Знаешь что, девочка, ты беги отсюда куда подальше, к бабкам каким-нибудь, знахаркам, – сбивчиво забормотал он, – Не лечат они ни хуя, козлы, а опыты над нашими детками ставят, как над кроликами подопытными. Я спросил сейчас, зачем он Витьку резал, если там саркома во все стороны дальше поползла. А он говорит, что на УЗИ не было видно, а только когда разрезали. Хрен там – не было видно! Да просто надо было студиозусам показать, как метастазы выглядят.
– Я не хочу в реамацию, – на всякий случай предупредила Кристинка.
– Не бойся, детка, мамка тебя не даст никому, – Дима нервным, быстрым движением пригладил лохматые после сна светлые волосики девочки, – А мы теперь домой поедем. Помирать. Опухоль разрастется и перекроет кишечник. И наш Витюша будет долго мучиться. А мы на это будем смотреть, блядь! И ни хуя не сможем сделать!!!
Дима опять заплакал. Лена, всхлипывая, села рядом. Настя решила, что им надо побыть одним. Подхватила Кристинку и вышла в коридор. Там она увидела немолодую миниатюрную женщину, которая сидела, сгорбившись и подперев голову руками, глядя перед собой невидящим взором. Настя сразу признала в ней Светкину маму. По белому свитеру, в котором видела саму Светку. И по остренькому вздернутому, как у Светы, носу.
– А где Света? – спросила у женщины, точно так же, как Кристинка недавно спрашивала про Витю.
– В палате. Который час стенку разглядывает и не разговаривает. По крайней мере, со мной, – не поднимая головы, ответила мама Светы.
– Вы что, поругались?
– Нет, она всегда мне бойкот объявляет, когда ей очередной курс делают, – женщина выпрямилась и с интересом уставилась на Настю, – а ты правда всего на пять лет старше моей Светки?
– Правда, если ей четырнадцать. А что у неё, если не секрет?
– Какой там секрет, – Светина мама тяжело вздохнула, – нас тут каждая собака знает, уже пятый год лечимся. То же, что и у вас. Почка. Только левая. Удалили четыре с половиной года назад. Прохимичили, облучили.
– А что потом?
– Ничего, дальше пошло. Четыре года на химии держимся. Из последних сил. А оно уже в печени, селезенке, под сердце заглянуло… И никакая, даже самая жестокая отрава, не действует. Кровь то и дело переливают. Доктор обещал, что скоро из Германии какие-то новые лекарства привезут. Может, помогут, хотя я уже мало на что надеюсь…
– А откуда Вы знаете, что у нас? – Настя решила сменить тему, опасаясь, что мама Светы тоже начнет сейчас плакать.
– Я про всех знаю, – ответила женщина, – Светке Татьяна рассказывает, а Светка – мне. И не надо мне выкать, ты не школьница, а я не училка. Обе мы женщины, и беда у нас одинаковая, сколько бы лет нам ни было. Так что зови меня просто Тоня. И еще: завтра ты со мной в буфете дежуришь. Вместо Лены.


Теги:





0


Комментарии

#0 11:42  01-06-2008Мама Стифлера    
Жизненно. Страшно.

Только поначалу очень режет глаз обилие уменьшительно-ласкательных слов: личики, волосики, ручонки, головёнки... Но это, скорее, просто перебор с акцентами. Текст всё равно цепляет и заставляет сопереживать. Жду вторую часть.

#1 12:17  01-06-2008ося фиглярский    
Н-да.

Мрачно то как.

Кое-как прочитал.

Пацан знакомый есть 16 лет... Саркома...

#2 12:46  01-06-2008viper polar red    
МС +1

Тема и без акцентов понятна. Насквозь пронизана "божественной" вопиющей несправедливостью... Вторую часть ждать и читать не хочется, если честно. Мир ужасен и без онкологии...

Жесть.

Рак тела помноженный на рак государства.

Гремучая смесь.

#4 13:22  01-06-2008ЁПРСТ    
Знакомо.

Все гораздо страшнее своей обыденностью.

Дуне респект.

#5 16:52  01-06-2008Розка    
Дуня молодец

написано страшно

#6 17:16  01-06-2008Вечный Студент    
жесть.... Дуне традицыонно респект и уважуха....
#7 17:32  01-06-2008Дуня Распердяева    
МС

Это не перебор, а реальность. Кто хоть раз видел этих детей - поймет.

Светка при росте 155 весила 29 кг, какие там руки-головы, там ручки-плеточки и лысенькие головенки на тонких шейках.


v p r

Жизнь ужасна, увы. А это часть жизни.

Смертность среди российских детей от онкогематологических заболеваний стоит на втором месте после травм.

#8 21:21  01-06-2008Лонли Локли    
Зачиталась. Очень. +1 к респектам
#9 21:53  01-06-2008Кысь    
Ну, по-Распердяевски обстоятельно и жизненно. И дюже переживательно. Бедные врачи, даже Дуня их межстрочно осуждает. А за что? У семьи - одна беда, а у врачей? Всех не пережалеешь, за всех не переболеешь - иначе сам через год загнёшься.
#10 23:00  01-06-2008Дуня Распердяева    
Кысь

Врачи не бедные, они разные. И профессию сами себе выбирали.

#11 23:05  01-06-2008Кысь    
Дуняш, как и больные и их родственники. Все люди разные. Только вот я о профессиональном цинизме - без него не многие могут, к сожалению. Те врачи, которые словом излечивают - они во все времена были редки. А причины онкологии - не во врачах лежат, это я точно знаю.
#12 23:18  01-06-2008X    
Впесду такие тексты. Можно я скажу? Так вот я вообще не стал бы принимать всю это белый бим чорное ухо - стайл поебень сюда. Тут, бляди, ресурс контркультурной прозы, а не жж-кликушество - ой, мол, наш Виталечка родился без ног, с пороком сердца и какой-то непонятной хуйнёй, которая косоёбит его рожу, не говоря о трёх волосатых сисаках на спине. И у нас. блять, за всё время беременности нихуя бобла не было, чтобы понять, это это сука необходимо изгнать из чрева как можно скорее, а теперь германская клиника требует сорокет - писят ойро чтобы наш Виталенька мог отрастить ноги и раскосоёбить ебло. И ещо десятку на сисаки. И давай копипейстить в инторнетах. И авторство потрёпанной цыркововым скоцтвом Дуни Распердяевой само собой разумеется, ибо множество пороков идёт от свальной блять сука барачной жизни. Да ну вас нахуй, бляди.
#13 23:44  01-06-2008Дуня Распердяева    
Браво, Арсений! Вы нашли-таки причину, над которой ломают головы лучшие умы мировой медицины! Осталось только сходить туда, в РДКБ, и сказать все это в лицо родителям больных детей. А дети там самые разные. И детдомовские есть и из очень хороших семей. Где родители отнюдь не в бараках своих деток зачинали. Там была даже семья московских врачей, которые сами своему ребенку диагноз поставили и сами привезли его в больницу на лечение. Вот им было бы оч полезно послушать рассуждения про "свальную блять сука барачную жизнь".

Все это к тому, что такое может сейчас случиться с каждым, абсолютно каждым взрослым или ребенком при нашей нарушенной экологии.

#14 23:49  01-06-2008ося фиглярский    
Х

Счас набрал, да чота скинуло.

Ну вот.

Вообще вот на этих случаях, о которых ты там говоришь, медицина набирает необходимый опыт.

То есть медицина идет по трупам и уродам.

Как и любая другая наука тоже, впрочем.

#15 23:52  01-06-2008X    
Дуня, это малоебущие аргументы. Больных детей, животных, брошеных старых, умирающих от нищеты клоунов, задавленных кошек, и прочей душещипательной дребедени - целые рунеты, есть смысл избавить от этого хотя бы литпром. Не потому что здес такие сцуко чёрствые пацыки, которые шутят про децткие раковые метастазы, лейкемию и ДЦП, а просто потому что это неформат тут, идите уже срать в прочие рунеты, авсь там бабла уже подкинут.
#16 23:52  01-06-2008ося фиглярский    
Х

Ну а потом на этом опыте собссно говоря уже лечаццо нормальные люди тоже.

#17 00:06  02-06-2008Розка    
Х,

при всем уважении - жаль, что все эти твои слова про уместность на ресурсе пишутся под не самым плохим текстом про больных раком детей, а не к примеру, под текстом про бедную брошеную на зоне собачку.

из-за деток тебя не все и не вполне правильно слышат. имхо.

#18 00:10  02-06-2008X    
ну так да..дети это запрещённый приём.
#19 00:15  02-06-2008Глупец    
договаривались ведь что за "имхо и мну" банить будут
#20 00:19  02-06-2008Кысь    
Х

собственно, и текст (как креос) - вполне качественное описание. Дуня недурственно пишет. А уж кто про задавленных собачек, кто про расчленённых детишек - это, как говорится, дело личное. И втыкатель вправе выбирать, во что ему втыкать. Я не прав?

#21 06:26  02-06-2008Alexxx    
Страшно все и нет надежды...
#22 12:12  02-06-2008Слава КПСС    
рак-рака на вес нет. ироды. Арсений четко все сказал.
#23 12:57  02-06-2008Докторъ Ливсин    
довелось мне поработать в онкологии..видел я этих больных..и хоть написано качественно , и лично мне Дунины опусы всегда интересны, типо взгляд с другой стороны,..полностью согласен с Х23:18 01-06-2008.. кликушество всё это ..ну а дети это ваще- запрещённый приём.

и врачи бывают разные, и больные -тоже..и все мы разные..но кто-то бьётся в истерике и ходит к знахарям и ворожеям, а кто-то эту беду воспринимает стоически и не мешает врачам работать..

вообщем "Арсений четко все сказал"(с)

#24 13:11  02-06-2008Безенчук и сыновья    
никаво не жалко никаво (с).
#25 14:25  02-06-2008Eagle    
Очень хорошо.

Написано отлично, читается легко.

Но содержание тяжелое. Дети - это святое. Жаль, что ДЕТИ мучаются, болеют, умирают. Чистые, невинные существа. А быдло, преступников и зловонную пьянь продолжает носить земля. И нихуя с ними не случается - не в воде блять не тонут, не в огне не горят.

Вот и задашься вопросом: А есть ли справедливость? А есть ли Бог?

#26 16:50  02-06-2008InVice    
А быть может такие врачи прячут за резкостью равнодушием и цинизмом - боль? Ведь если будут переживать и плакать у постели каждого обреченного никаких нервов не хватит... Сгорят без остатку... Не знаю... Ходные и резкие и в глаза не смотрят... Видела... И понимаю их... А когда не видит никто плачут от бессилия...


Респект автору... Написано отлично

#27 17:51  02-06-2008Бамбук    
Блин, как ЗНАКОМО-то... Ведь недавно вроде совсем... уж и забываться стало...
#28 10:45  05-06-2008Raider    
Не дай бог, сука, никому...
#29 11:13  05-06-2008Иван Гилие    
Оооооййй, кошмар какой-то. Страшно стало чё-то.. Не дай Бог..
#30 00:53  09-10-2009МайорДжандад    
Как мне это знакомо-в 1993 сама была пациенткой онкоотделения...
#31 16:16  05-09-2010Долбоёб ОК    
здоровья всем крепкого.

Комментировать

login
password*

Еше свежачок
16:58  01-12-2016
: [21] [За жизнь]
Ты вознеслась.
Прощай.
Не поминай.
Прости мои нелепые ужимки.
Мы были друг для друга невидимки.
Осталась невидимкой ты одна.
Раз кто-то там внезапно предпочел
(Всё также криворуко милосерден),
Что мне еще бродить по этой тверди,
Я буду помнить наше «ниочем»....
23:36  30-11-2016
: [52] [За жизнь]
...
Действительность такова,
что ты по утрам себя собираешь едва,
словно конструктор "Lego" матерясь и ворча.
Легко не дается матчасть.

Действительность такова,
что любая прямая отныне стала крива.
Иллюзия мира на ладони реальности стала мертва,
но с выводом ты не спеши,
а дослушай сперва....
18:08  24-11-2016
: [17] [За жизнь]
Ночь улыбается мне полумесяцем,
Чавкают боты по снежному месиву,
На фонаре от безделья повесился
Свет.

Кот захрапел, обожравшись минтаинкой,
Снится ему персиянка с завалинки,
И улыбается добрый и старенький
Дед.

Чайник на печке парит и волнуется....
07:48  22-11-2016
: [13] [За жизнь]
Чувств преданных, жмуры и палачи.
Мы с ними обращались так халатно.
Мобилы с номерами и ключи
Утеряны навек и безвозвратно.

Нас разстолбили линии границ
На два противолагерные фронта.
И ржанье непокрытых кобылиц
Гремит по закоулкам горизонтов....