Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

Графомания:: - Лето, вечер

Лето, вечер

Автор: Арлекин
   [ принято к публикации 13:20  03-06-2008 | Француский самагонщик | Просмотров: 289]
Когда ему нечего делать, он прыгает без парашюта. С утёса лететь сто пятнадцать метров. Оттолкнуться от камней и сигануть в пропасть. Закрыть глаза и не дышать. Он мучается от безделья несколько раз в неделю.
Его отец-паралитик сидит в кресле-качалке на террасе, в ожидании, когда его куда-нибудь повезут. Дни стоят тёплые и безветренные, уже неделю на небе нет облаков. Сын по целым дням пропадает где-то, а отец сидит в кресле, едва заметно шевеля кончиками пальцев. Стены их дома изнутри обтянуты тканью, чтобы не слышать криков, а снаружи укреплены стальной сеткой, чтобы дом не взорвался.
По вечерам сын приходит вместе с подругой и приносит отцу сок. Утром он уходит, а девушка спит ещё несколько часов. Потом она завтракает с отцом и тоже уходит. При ней сын ведёт себя нормально, и пальцы отца в это время перестают дрожать.
Но девушка появляется не каждый вечер, и такими вечерами ему нечего делать. Неподвижные глаза отца принимают просящее выражение. Тогда сын поднимает с кресла-качалки его лёгкое костлявое тело и сажает его себе на спину. Вместе они спускаются чуть вниз и углубляются в лес, чтобы выйти к утёсу.
Отец убеждён, что по ночам из леса доносятся крики его жены, матери его сына. До того, как его разбил паралич, он затянул все помещения дома тканью, но бессонница по-прежнему мучила его, искажая его лицо и старя его тело. Его глаза пустели с каждым днём, мысли путались всё чаще, левая рука отказалась двигаться. Потом онемела вся левая половина тела. Он слёг. Драпировки со стен были сняты, но в первую же ночь отец чуть не задохнулся от ужаса, так что ткань пришлось заново натянуть. Днём криков не было, и отец нервно подрёмывал на террасе. Чуть позже он совсем перестал двигаться.
В отсутствие девушки сын прыгает вниз.
Однажды голова отца так распухла, что стены дома выгнулись от напряжения. Сетка должна была удерживать дом от обрушения, но оба знали, что в решающий момент, она не поможет.
Сын большую часть дней проводит в поисках сока для отца, а она ждёт его, сидя за окном на широком карнизе и полистывая справочник лекарственных растений. Один раз его чуть не убили в подворотне, когда его жертва внезапно пришла в себя и стала в исступлении колотить его головой о бордюр, разбрызгивая вокруг кровь, свою и его. После этого случая он несколько дней не мог заставить себя выйти из дома, но отцу стало хуже, и он был вынужден возобновить убийства.
Человеческий желчный сок помогает отцу спать по ночам, когда крики его жены звучат в его голове, повышая кровяное давление.
Она мечтает вызвать его улыбку, встречая его в смешном клоунском колпаке, или разъезжая по двору на детском велосипеде с боковыми колёсиками, или, надев джинсовую рубашку с закатанными до локтей рукавами, и играя блюзы на губной гармошке. Он тщательно моет руки в тазу, но кровь всё равно остаётся на них, и он это знает. Он знает, что должен попробовать улыбнуться, но никогда этого не делает, даже ради неё. Перед его глазами вечно стоят люди со вспоротыми животами, поэтому вместо улыбки в его глазах поселилось рассеянное беспокойство.
Отец-паралитик совершенно неподвижен и плохо спит, от этого в его голове что-то отмирает, и он постепенно погружается в слабоумие. Ему мешают спать крики жены, а сок и драпировки помогают только отчасти.
Она целует его в напряжённую шею, и они вместе спешат к нему домой, чтобы напоить отца желчью и заняться любовью. Он живёт в постоянном страхе вернуться в развалины. Когда дневная тишина и невыносимое ожидание ночных криков взорвут отцу голову и стальная сетка не выдержит напора и лопнет.
У него остаётся всё меньше сил, он вот-вот сломается. В минуты отчаяния он делится с ней своими страхами. Она утешает его, нежно гладит его окаменевшую спину и просит не говорить таких вещей.
Прыгнув с утёса, ему удаётся на время падения избавиться от ненависти. Она боится его бесконтрольных вспышек злобы и иногда остаётся дома, чтобы не оскорбить его своим испугом. В такие вечера он совершенно свободен, мрачные мысли парализуют его волю, и он молча слоняется по дому, не находя себе места. Отец понимает всё, ещё когда сын приходит домой в одиночестве, и терпеливо ждёт, пока он погрузит его себе на спину и унесёт его к утёсу. Он только не знает истинных причин этих прыжков. Если бы его разум не помутился, он бы, наверно, заметил критическое состояние сына и масштабы его гнева.
Ночами пропитанный пыльными ароматами ветер сухо шумит деревьями, но эти звуки не проникают сквозь обивку стен. Ткань не спасает лишь от пронзительных криков, которые слышит только отец сквозь бессвязные сновидения, вызванные желчью, которую сын собирает для него из печени своих жертв. Одна ночь без дехалола грозит отцу смертью. Напившись сока, он погружается в судорожное забытье, его боль покидает его с тёплыми толчками, но воздух остаётся наэлектризованным от воспоминаний.
Убив первого донора, сын понял, что сможет делать это ежедневно. От этого уже ничего бы не изменилось - по большому счёту, он сразу проклял себя в тот, первый раз. Тогда же он стал ненавидеть своего отца-паралитика.
Она видела всё, что с ним происходит.
Весна закончилась, по старым, разбитым улицам плывёт прозрачный вечер. Колючий, обманчиво тёплый ветер выгоняет сумерки из глухих закоулков и сгущает их под её окнами. Сегодня она останется дома, и он пойдёт к отцу один, без неё, с немытыми бордовыми ладонями. Она так решила.
Он устало бредёт к её дому, виновато сжимая в руках маленький походный термос. Останавливается напротив её окна. Она, как всегда, на карнизе, делает отрицательный жест. Он уходит.
Обычно, опустив отца на каменистую поверхность, сын укладывает его одеревеневшее тело так, чтобы тот мог заглянуть за край. После этого он прыгает и облегчённо растворяется во встречном ветре. Пальцы отца подрагивают, он одновременно переживает и радуется за сына, не подозревая, что сам является причиной этих прыжков.
Сегодня днём, пока сын блуждал по окрестностям в поисках донора, дом чуть было не взорвался, но стальная сетка смогла удержать ветхую конструкцию от обрушения. Весь остаток дня у отца раскалывалась голова, но вечером сын пришёл без подруги, а это значило, что они пойдут на утёс, и ему стало легче.
Проводив глазами его понурую фигуру, она испытала желание пойти за ним. После получасового колебания, она оделась и вышла, и пришла к нему, когда он с отцом за спиной уходил в сторону леса.
Она осторожно следует за ними, стараясь соблюсти отдаление, чтобы не обнаружить себя.
Она удивлена, потому что не знала об этом утёсе.
Затаившись в тени деревьев, она наблюдает, как он подтаскивает тело отца к пропасти.


Теги:





0


Комментарии

#0 19:23  04-06-2008ося фиглярский    
Арлекин

За ради новой жызни ЛП зачот.

#1 21:18  04-06-2008Диоптрий    
..соблюсти отдаление©одно из..

Рубрика,Арлекин,увлекся ты

#2 21:30  04-06-2008Француский самагонщик    
Рубрика - за пассаж: "До того, как его разбил паралич, он затянул все помещения дома тканью, но бессонница по-прежнему мучила его, искажая его лицо и старя его тело. Его глаза пустели с каждым днём". Пять "его" в полутора строчках.

Ну, и еще найти не проблема.

#3 21:37  04-06-2008Ик_на_ЖД_Ёдяд    
ну да, вычитать да порезать, истории незачем пропадать.
#4 21:45  04-06-2008Диоптрий    
Действительно,"его" вообще дохуища
#5 01:35  05-06-2008Жан Аливье    
лето, вечер, а вы смогли б?
#6 01:45  05-06-2008Бандераснах    
"В минуты отчаяния он делится с ней своими страхами. Она утешает его, нежно гладит его окаменевшую спину и просит не говорить таких вещей."

некрасиво стоять спиной к слушателю, даже к благодарному)))

#7 20:56  11-06-2008Голоdная kома    
Лето, вечер, рояль, мёртвый осёл. Зреют гроздья желчи андалусского пса, зреют!

Скинь уже батька в прiрву, чтоб муравьи сожрали.


Комментировать

login
password*

Еше свежачок
09:58  16-01-2017
: [14] [Графомания]
За горячей тройкой сани
Несутся по льду реки.
Проживают тут славяне.
На удаль они легки.

Дребезжит железом кровель
И колет глаза пурга,
И следы пролитой крови
Скрывают зимы снега,

И на вечера картинке,
Как делал он много раз,
Шарлатан-художник цинком
Сугроб забелил для нас....
21:52  15-01-2017
: [37] [Графомания]
Запоздалая весна.

Давай смотреть на вещи проще.
Наивность юности прошла.
Нам, может, жизнь откроет больше,
Чем запоздалая весна.
Тех вёсен - что, как не бывало...
Те вёсны были не для нас.
Но сердце  в них не забывало
Печаль и серость твоих глаз....
19:27  15-01-2017
: [38] [Графомания]
Лессировки осени

Заброшен летний тамбурин -
В свинце дождей весёлый Август.
И эпитафией над ним :
Ты "мене мене текел фарес " -

Мурлыкнул камышовый кот -
Сентябрь на сангинных лапах,
Богат, как Крез, кутила, мот,
И бонвиван, но слышен запах:

Октябрь в саване костров....
14:33  15-01-2017
: [13] [Графомания]
Мост почему-то казался очень длинным. Таким он казался ей отсюда, где кончался свет, оставленных позади городских огней и начинался обитель сумрака. Быть может, это сновидение исказило привычные очертания? Нет, Она точно помнила, как вышла из дома, прикупила со скидкой бутылочку коллекционного виски в переходе....
20:59  13-01-2017
: [17] [Графомания]
думки
I feel I'm knocking on heaven's door... ( Bob Dylan) *
ага, вчера летал во сне...
и эйфория по весне,
и молодняк не скажет: "дед"
при встрече. И шучу в ответ,

и расскажу про "юзерпик",
олбанский подучив язык....