Пыльца фей и Старый Маяк. Часть 2.

Автор: Transcendent INC. Деревня встретила Кодри обычной суетой. Сначала он заскочил домой и спросил у матери осталась ли еще ежевичная настойка.
- Возможно, завтра зайдет Орбен, - сообщил он и, прежде чем мать успела разразиться ворчливой тирадой, выскочил из дома.
В дубовой роще, которая одновременно являлась центром деревни, он встретился с Тьяльви.
- Ну, наконец-то вот и ты! – весело затараторил Тьяльви стуча копытцами.
Они были друзьями с самого детства. Родители Тьяльви, сатиры Эльти и Роилина были очень добры к семье Кодри в годы нужды, когда они еще только поселились в зачарованной деревне. Добры настолько, насколько вообще могут быть добры столь бесшабашные существа как сатиры.
- Удалось добыть пыльцы?
- Да.
- Ура! – завопил Тьяльви. – Ну теперь мы покажем Эрекеру и Хмольду почем фунт соли!
- Я видел фею, - как бы невзначай бросил Кодри.
- Подумаешь… - начал было Тьяльви, - стоп! Что и вправду видел?
Кодри кивнул преисполненный величия. Тьяльви смотрел на него с таким благоговением, что ему даже стало неудобно.
- Ну, она, правда, не сказала мне своего имени, - скромно добавил он.
- Все равно… - протянул друг. – Это большой шаг. Я горжусь тем, что знаком с тобой.
Если бы Кодри знал молодого сатира хуже он, пожалуй, и возгордился бы, но на самом деле Тьяльви с таким же искренним жаром мог восхищаться и насаждением клевера у пещеры Орбена и выросшими у него на грядке бобами и даже севшим на нос Умнику комаром. («Какой лихой комар!» воскликнул тогда Тьяльви).
- Так-так-так, - раздался протяжный голос. – Кто это у нас тут?
Кодри знал кому принадлежит этот голос и потому оборачиваться не торопился. Для начала нужно было придать лицу каменное выражение - очень не хотелось, чтобы Эрекер догадался о том, что он, Кодри, добыл пыльцу фей.
- А тут кто? – выпалил Тьяльви.
- Помолчи ты, - огрызнулся Эрекер.
Молодой Эрекер был довольно невоспитанным для эльфа, быть может жизнь в деревне наполненной разнообразными существами среди которых была всего лишь одна эльфийская семья (семья самого Эрекера) так повлияла на его манеры, а может он просто был высокомерным от природы. Кодри затруднялся объяснить свое отношение к Эрекеру, известно было только одно: друг друга эти двое недолюбливали. Причина была у всех на виду и все о ней знали, однако предпочитали держать свои соображения при себе. Старшие делали это из чувства такта, младшие из опасения получить взбучку. Дочь Умника, Элаинка, так и не отдала никому из них предпочтения весело проводя время то с Кодри то с Эрекером. Тьяльви говорил, что пора бы ей уже определиться и что Кодри должен поставить вопрос выбора твердо и прямо, но какое уж там «твердо и прямо» когда Кодри просто дурел от одной улыбки прекрасной нимфы. Впрочем, испытывающий сходные чувства Эрекер ненамного превзошел своего соперника.
- Приветствую, - процедил Кодри оборачиваясь.
- Собрание? – спросил Эрекер с независимым видом.
Юный эльф был высок статен и красив. С длинными золотистыми волосами, изумрудно-глубоким взглядом и точными грациозными движениями он был серьезным конкурентом в делах благосклонности женского пола. Рядом с ним всегда маячила невысокая коренастая фигура Хмольда – молодого гнома с еще не пробившейся бородой. Эти двое являли собой весьма богатую контрастами противоположностей пару.
- Тебе то что за дело? – Кодри был обеспокоен, а потому слегка резковат.
- Повежливее хвостатый, - проворчал Хмольд.
Эрекер нахмурился. Подобные оскорбления в деревне наполненной существами многие из которых имели отличия куда более удивительные чем хвост были не приняты. Кодри взглянул на Хмольда с непониманием. Хвост у него как и у всякого кицака имелся, к тому же стопы ног имели несколько отличное от людей строение. Сам он никогда не думал что это может послужить оскорблением и поэтому сейчас в его взгляде читалось непонимание.
- Так что за собрание? – кажется Эрекер пытался замять непозволительную грубость.
- Проваливай отсюда, - заявил Тьяльви, – и прихвати этот потерявший совесть обрубок.
В вопросах внутренней политики деревни Тьяльви разбирался получше Кодри и сразу понял глубину оскорбления которое нанес Хмольд его другу.
Эрекер смерил его уничтожающим взглядом и положил руку на плечо приготовившемуся к драке Хмольду.
- Ну, чего ждешь? – Тьяльви подскочил в весьма агрессивной манере.
Эльф не ответил, просто развернулся и пошел прочь, Хмольд показал сатиру здоровый кулак и последовал за своим другом. «Совсем рехнулся?» донесся приглушенный голос Эрекера «Следи за языком», Хмольд пробурчал в ответ что-то неразборчивое…
- Мы им еще всыпем, - пообещал Тьяльви.
Кодри задумчиво смотрел в направлении отступления недругов.
- Интересно, чего он хотел…
- Опять! - Тьяльви возвел очи горе.
- Я думаю он что-то понял.
- Да как он мог понять?!
- Слишком уж мы резко отреагировали…
- Скажешь тоже! Хмольд бросается такими оскорблениями за которые я бы выбил ему все зубы!
Тьяльви преувеличивал, но ненамного.
- Но у меня действительно есть хвост, - возразил Кодри неуверенно.
- А у меня копыта и рога. А Хмольд маленького роста, а у Эрекера уши острые! Если мы… гм…
Сатир никак не мог сформулировать мысль почему на эти особенности нельзя обращать внимания.
- В общем поймешь когда-нибудь, - закончил он уже сбавив тон.
Кодри кивнул. Его мысли сейчас были заняты другим – в последнее время он начал понимать подход Эрекера и сейчас старательно анализировал поведение своего соперника. Эльф сделал ход: пришел и спросил; а Кодри? А он, Кодри, выказал больше раздражения чем полагалось к случаю, это учитывая что обычно они с Тьяльви были совсем не прочь устроить словесную пикировку с Эрекером.
- Эрекер знает что я отлучался из деревни?
- Вряд ли… Да какая разница? Пойдем к Умнику.
Кодри кивнул, но на пути к Умнику не переставал размышлять о поведении Эрекера и своем. Дело было в том что около недели назад Умнику потребовалась пыльца фей, и Элаинка со свойственной ей наивностью (наивностью? иногда Кодри думал что это коварство, но нет! Это рушило все его возвышенные и идеалистичные представления о дочери Умника) попросила «кого-нибудь из них» достать этот ингредиент. Подобраться к феям было не просто. Деревня жила в дружбе с волшебным народом, но феи были слишком уж легкомысленны, а присущая им магическая сила делала это легкомыслие опасным для других. По крайней мере так считалось. В этом и была большая личная победа Кодри: он один смог разобраться в организации сообщества фей и понял как можно иметь с ними дело. Вот Эрекер, например, не смог, и теперь Кодри ждал какой-нибудь пакости. Фантазия разыгралась до такой степени что он почти видел как Эрекер и Хмольд нападают на них с Тьяльви и силой отбирают пыльцу. Тьяльви похоже почувствовал настроение друга и всю дорогу старался быть бдительным и солидно-молчаливым.