Страх

Автор: Коля Комендант “Зачем я сюда залез?! Может еще не поздно спуститься?”. Я никак не мог решиться, и тяжелое предчувствие беды не отпускало меня.
Морозный ветер неприятно щекотал лицо, а его гулкие порывы надували мне куртку, как парус, как будто подталкивая вперед. Под ложечкой предательски сосало и очень хотелось отказаться от своих вчерашних слов о страхе.
[I]- Давай еще по одной, Серег! – сказал я и разлил всем водки.
Гостиничная комната безудержно кружилась в праздничном веселье, наполняя наши сердца радостью и счастьем. В воздухе искрились бокалы и отбрасывали яркие лучи на наши лица и стены, а неугомонные слова и целые фразы бешено летали, отталкивались друг от друга и, переплетаясь, превращались в непонятную смесь застольного галдежа. Все куда-то бежало, прыгало, обнималось, целовалось и, казалось, никогда не кончалось бы. А за темным окном стояла спокойная уральская ночь, освещенная тихой луной и отраженная в красивых светящихся снежинках, которые падали с высоких заснеженных гор.
- Ребят, ребят! – в руке я держал рюмку и торжественным голосом произнес, - Гм, гм… В общем, мой тост – за предстоящий фестиваль! Я очень рад, что вы все сюда приехали! Чтобы он удался! И помимо этого. Я решился! – воцарилась тишина, - Завтра я участвую, я это сделаю![/I]
“Вот теперь и делай!”, - я сидел на ледяном снегу и злился на себя.
Давящая тишина лишь изредка прерывалась жалобным стоном лесного ветра. Я неподвижно сидел и ждал. Яркое солнце слепило глаза, а пропотевшая с похмелья одежда противно липла к моей коже. Сильно болела голова. А далеко внизу, на берегу застывшего озера дымился маленький городишко, и мне очень хотелось там оказаться, в той самой комнате, где меня вчера распирало от бесстрашия. Но я не мог.
Сзади меня кто-то засмеялся и, судя по запаху, курил траву. Молодые парни, небрежно раскидав себя на горке, активно раскуривались и, не замечая меня, гоготали.
- Да хули, я блять, надавливаю на хвост, закручиваюсь, а сам, сука, думаю: “Нахуй я это сделал!!”. Скорость с накурки не почувствовал! Мне ж теперь пизда, стол не перелечу. И все пиздец, как Воробью придет! Ха-ха-ха!! Но ниче, пронесло, тока еблом лед пособирал и зуб чет шатается! Ха-ха-ха!
Мне стало страшно. Нас оставалось только трое. Остальные уже удалились. Сначала по коротенькой узкой полоске белого снега среди косматых елей, а потом метров двести по хорошо накатанной широкой горке. А дальше… то, что будет дальше, я себе не очень хорошо представлял.
Ну, вот и парни уехали. Я остался один, совсем один. Видимо, последний. Здесь наверху, как нигде ощущаешь себя одиноким. Там внизу, метрах в пятистах, громко играет зажигательная музыка, пьяненькая толпа возбужденно перепрыгивает с ноги на ногу, и все галдят в приятной тесноте. А здесь наверху одна тишина. До меня доходит лишь отдаленный гул того веселья. Страх полностью контролирует меня. Сердце громко стучит, а руки дрожат.
- НИКОЛАЙ КОМЕНДААААААААНТ!! – разлился механический голос по всей горе.
Толпа тихонько ожила в предвкушении зрелища. В животе что-то больно затянуло, и все мои чувства внезапно обострились. Редкие снежинки падали очень медленно, и я, казалось, мог подробно рассмотреть их структуру.
- ПОДДЕРЖИМ НОВИЧКАААААА!! – толпа в ответ еле слышно загудела.
Я поднялся на ноги и медленно заскользил. Вот закончился лесок, и я выехал на широкую белую горку. Время стремительно набирало скорость, и все мое существо устремилось в одну точку – на очерченный синими красками гигантский трамплин, который удивительно быстро приближался и увеличивался в размерах. Огромное снежное чудовище пятиметровой высоты выбрасывало тебя на десять метров вверх и на тридцать метров в даль. Любая ошибка в скорости или движении приводила к тяжелым переломам, а то и инвалидности.
Я откинул запотевшую маску на лоб и вдохнул холодного воздуха. Бешеный ветер со снегом больно впился мне в глаза и щеки, в ушах оглушительно свистело, а сноуборд, как ненормальный бился о маленькие кочки на пути к трамплину. Внезапно меня вдавило в землю так, что подогнулись ноги и закатились глаза, но тут же меня отпустило и, ощутив невероятную легкость, я понял, что лечу. Все замерло, время остановилось. Я медленно вращался, плывя по легкому воздуху, и спокойно рассматривал маленьких человечков, стоящих внизу. Звуки исчезли, чувства отключились. Удивительное состояние невесомости дало ощущение полного спокойствия и контроля над ситуацией, хотя от меня уже мало, что зависело. Все было таким далеким и неважным. Вчерашняя пьянка, сегодняшний страх. Все куда-то ушло, испарилось. Оставался только я и этот спокойный плавный воздух, который невидимыми силами поддерживал меня. Также легко и уверенно, как он вращал меня, воздух аккуратно перебросил меня через стол (тридцати метровая горизонтальная плоскость после трамплина) и стал тихонько опускать на приземление. Доска хлопком ударилась о снег, и вдруг все резко вернулось на свои места. Сноуборд затрясся под ногами, ветер надавил на грудь, в ушах зашумело, все пришло в сумасшедшее движение. Толпа махала руками, и что-то кричала, громко играла музыка. Кто-то хлопал меня по плечу, и все улыбались и смеялись, и я сам улыбался и смеялся, и даже кричал, и прыгал. От переполнивших эмоций, меня разрывало на части. Я был счастлив и уже не боялся ничего.