Пустите даму!:: - цельный человек

цельный человек

   [ принято к публикации 22:27  05-03-2010 | Нимчек | Просмотров: 1444]

«Этот мир,
Он никогда не станет
Другим, простите.»
И.Волконская

   В  тот день ей исполнялось совсем немного лет, всего пятнадцать. Красивое белое платье в пол  и свежий цвет лица, напоминающий едва распустившийся бутон чайной розы — чего же боле? Рожденная под покровительством Меркурия, она была лишена излишка чувств. Спокойствие и безразличие – вот ее удел.
   Она мало думала о предстоящем вечере, о выражение лица и словах, которые скажет гостям.   
   Вечером в «GQ» было много народа. Отмечали чей-то юбилей. Она проплыл сквозь толпу за официантом к столику, где ее ожидали гости. Нежная улыбка скользнула по ее лицу. Искренняя, чистая. Она напоминала новый бархатный футлярчик для очков, который еще не затерся во внутреннем кармане пиджака.
   В своей компании она была самая молодая и свежая. Но никто бы не подумал, что в тот день ей исполнилось всего пятнадцать.
 Уже тогда она с легкостью говорила о политических комбинациях Уинстона Черчилля, о новоиспеченном президенте США Бараке Обаме и непринужденно цитировала из мировых классиков.
   Вечер был замечательный. За большими французскими окнами догорало московское небо. Живые нотки, выбиваемые клавишами белого рояля, улетали высоко к потолку, путались в хрусталиках люстр и падали гостям в бокалы.
  Ближе к полночи многие разъехались и за их столиком осталось всего 4 человека: она, ее подруга с приятелем и Эдгар. С Эдгаром она познакомилась недавно. И это знакомство явилось ей одним из первых чудес в ее жизни.
  Не ее сверстник Эдгар был успешным американским экономистом русского происхождения. Завидный жених, остроумный и веселый. Из известной семьи, чье имя открывало ему многие двери без стука.
  А для нее он стал бесконечно родным и бесконечно далеким.
  Разговаривали о крушении американского аэробуса А330 над Атлантикой. Эдгар с задумчивым видом всматривался в экран мобильного, где по третьему разу проигрывался видеоролик с YouTubо крушение самолета: « 280 человек на борту», « упал без разгерметизации», « черные ящике до сих пор не найдены».
 Всем было не по себе. Из открытого окна пахнуло ветерком и послышались раскаты грома. Полил дождь. Она встала и предложила друзьям пойти на веранду, подышать воздухом. Согласился только Эдгар.
   Они стояли посреди московской ночи, в небе горели красные звезды Кремля. Воздух был так упоительно свеж и сладок, что хотелось дышать им вечно. Там на веранде время остановилось, а в зале кипела жизнь. Примитивное существование. Люди пили, пели и веселились. Шикарные дамы в бриллиантовых колье улыбались не менее шикарным мужчинам в одинаковых  костюмах «Brioni».
   Карнавал, праздник, фееричное представление. Пестрые платья, улыбки мужчин и женщин, цветы и шампанское в бокалах кружились, кружились, кружились, принимали причудливые формы, а потом смешивались в однообразную серую массу. Это вечный круговорот людей в природе. И редко кому удавалось выбраться из него.
   Так вот, улыбки. Эти улыбки чистятся трижды в день пастой Лакалют и по утрам растягиваются карандашом по методу японских стюардесс.
 И так, блистательные дамы улыбались блистательным мужчинам блистательными улыбками ( но все это слишком поверхностно).  
А еще у этих людей были глаза. Пустые, потухшие глаза. До боли одинаковые и одинокие. Редко запоминаешь цвет глаз таких людей.

   Молчание на веранде нарушил Эдгар.
  — Знаешь, я давно не встречал таких людей – сказал он.
— Каких? – с дрожью спросила она.
— Таких цельных. И… твои карие глаза, они еще не научились врать.