Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

Здоровье дороже:: - Середина Большой Тройки (из рассказов интеллигентного санитара)

Середина Большой Тройки (из рассказов интеллигентного санитара)

Автор: Прол Джэв
   [ принято к публикации 09:43  28-03-2010 | я бля | Просмотров: 557]
Что, не понравилась моя мысль о физиологии, как основе
человеческих порывов? Слишком банальная идея? 


Не, дорогие мои, ежу понятно, что физиология – основа
психологии. Ибо все мы организмы суть. Неужели я ради такого трюизма стал бы
вам мозги парить?


Новизна моей теории в том, что поведение наше определяет
самая ПРИМИТИВНАЯ физиология. Настаиваю на слове «примитивная». Иногда
буквально одна болезнь, а может, и всего один симптом меняет наше поведение
радикально. Под этот тезис, конечно, фактологию подводить и подводить… Ну, да я
на академические лавры и не претендую, но, как должностное лицо с гордым
званием САНИТАР, право на свою медицинскую точку зрения имею. А вы думали, что
я горазд только забытые кольца со «жмуриков»» снимать или судна с чужим дерьмом
до блеска драить?


Так вот, Большая Тройка… Про первый элемент Тройки – запор –
я, помнится, вам уже рассказывал. Ну, и два оставшихся влияют на землян не
меньше. А элементы эти всем вам известны – понос и недержание мочи. Чего
хихикаете? Уж с этими-то фундаментальными состояниями, небось, каждый из вас в
жизни сталкивался? Как это нет?! А детство золотое, голоштанное? Не помните? У
мам своих расспросите, в таком разе. Ну ладно, это я шутю, конечно. Речь-то о
взрослых организмах идёт.


Вы замечали, что с вами происходит, когда вы, скажем, перед
какой-нибудь дальней поездкой, исключающей слишком частые выходы «до ветру»,
напились всяких-разных жидкостей (не обязательно алкогольных), а то и арбуза, к
примеру, накушались, – и вот едете куда-то добрых два часа… Или, например,
зашли в метро с полным мочевым пузырём… А ехать-то через весь город…Как
меняется ваше поведение? Сначала-то вы сидите гоголем, пейзажи за окном (это не
про метро) всякие разглядываете, по телефонам СМС-ите. Но, чем лучше работают
ваши почки, тем неотвратимее наступает то чудесное состояние, которое я называю
«мочевым психозом». Когда растянувшийся до размеров небольшого воздушного шара
мочевой ваш пузырь начинает едва ли не ноги вам раздвигать, тут вам становится
не до СМС-ок! Вы судорожно начинаете напрягать мышцы своей, как правило, не
развитой промежности, и ваш мозг, ещё недавно занятый, возможно, решением
теоремы Пуанкаре (поклон Перельману!) или вариантами ассонансной рифмы, заполняется
только одной лихорадочной мыслью: «Где пописать?» (вариант для воспитанных
дам), или «Где поссать?» (для всех остальных), и начинает ваш мозг не варианты
решения теорем просчитывать, а расстояние до ближайшего туалета, и все редкие
рифмы заменяются одним невольным стишком, в котором первой строчкой глухо
стучит: «Где поссать?», а второй – явно напрашивающееся словосочетание, где
окончанием стоит: «…твою мать!».


Приглядитесь в том же вагоне метро или автобусе к
окружающим. Вот стоит у выхода парень, с ноги на ногу переминается, приседает
слегка даже. Симпатичный такой паренёк. Девушка, рядом стоящая, пытается его
внимание на себя обратить. Девушка тоже – очень даже ничего! Парень без кольца
на руке, но девушку игнорирует, а когда та в попытках своих проявляет невинную
настойчивость –  уже и с ненавистью
какой-то поглядывает. Та – в некотором недоумении. Знала бы, милая, что у него
сейчас не любовные приключения на уме, а одна только проза и поэзия: прозой в мозгу
бухает – «Скорее бы эта грёбаная остановка!», а поэзия – тот самый незатейливый
стишок, помните: «Где поссать? – …твою мать!». Ну, это моя небольшая фантазия,
конечно, но примерно так всё и происходит.


Кстати, отсюда какой глобальный вывод можно сделать? Какая
потребность, так сказать, первичнее – потрахаться или вовремя помочиться? С
переполненным пузырём никакая любовь в башку не лезет! Привет гениальному
Зигмунду от санитара Толика! Это – наш пролетарский ответ Керзону, то бишь,
Фрейду.


Да я уверен, что любой из вас подобное хоть раз в жизни
испытывал! И попробуйте припомнить, что вы испытывали в конце, при удачном
завершении такого неприятного эпизода? Что? Облегчение? Да не просто
облегчение! Наслаждение! Кайф просто какой-то! Ощущение, близкое к
оргазмическому. Как говорит мой приятель Сева, «когда я после такой байды
добегаю до туалета, я не знаю, то ли я ссу, то ли кончаю!» Прошу прощения у
дам, а мужчины меня поймут. Согласны? То-то. А то только и слышишь вокруг –
Фрейд, Фрейд… Живи старик в наше время, в мегаполисе каком-нибудь российском,
где на четыре квартала ни одного общественного туалета днём с огнём не найдёшь,
думаю, он бы свои взгляды на мотивацию человеческого поведения пересмотрел бы.


Хотя, почему это я только российские мегаполисы хаю? У
буржуинов тоже косяки в этом важнейшем вопросе случаются. Мне тут прошлым летом
в Риме довелось по турпутёвке побывать. А что вас удивляет? Вы думаете, дядя
Толя только на чёрствый кусок хлеба способен заработать? Поездил я по Европе и
по Азии, поездил, сподобился хоть, как турист, мир повидать. Впечатления,
должен заметить, неоднозначные.


Вы представляете, в этом Вечном городе, столице развитого
капиталистического государства, практически негде помочиться! Не найти
завалящего общественного туалетика! И Вечный город буквально пропах мочой.
Истинно говорю!  Куда ни ткнись,  везде по углам и поребрикам, тьфу, – бордюрам
то есть, замечаешь характерные лужи, и отовсюду прёт этот запах аммиака,
ностальгию навевающий… Что характерно: в Риме, по причине знаменитой
итальянской жары, на каждом шагу – разнообразные фонтанчики с питьевой водой.
Мы все поначалу восхитились: вот ведь, мол, проклятые буржуины,  проявили заботу о туристах! Ну, а когда
выяснилось, что о логическом завершении этой заботы римские власти и не
подумали, то мы уж и не знали, как это расценивать. В советские-то времена мы,
ясен пень, всё бы на идеологическую диверсию Запада списали, а тут – не знаю,
что и говорить. Так наша группа с растянутыми мочевыми пузырями всё время
римской экскурсии и отходила…


Впрочем, мы с приятелем на римской жаре не только водичку
попивали. Поначалу-то мы с Севой недооценили забывчивость римского
муниципалитета: в противовес высокой температуре хорошо так пивасика
насосались, а потом, естественно «пиво стало искать дырочку», и только наша
группа пошла развалины Колизея обозревать, мы метнулись в ближайший переулочек
отлить. Не тут-то было! Никаких признаков туалета мы не обнаружили ни на этой
улочке, ни на четырёх соседних!  Сева
говорит: «Давай вон за деревом отольём, не могу уже терпеть! Я-то на две банки
больше тебя выпил.» «Неудобно, – отвечаю. – Исторический центр всё-таки. Да и
народу смотри вокруг сколько!». Вижу, Севе уже по барабану, есть вокруг народ
или нет. Встал он к ближайшему дереву, «зипер» на шортах дёргает и шепчет
сквозь зубы: «Пусть они нашей, русской, ссаки понюхают, капиталисты проклятые…
Хоть немного русского духа в этой Италии прибавится…» Я было и сам уже хотел к
нему присоединиться – вдруг, откуда не возьмись, патруль карабинеров, итальянских
полицейских, значит, выныривает и бежит прямо к нам, крича на ходу: «Но,
синьоре, но! Си фэрма!» Сева, шёпотом матерясь, молнию был вынужден застегнуть.


Итальянским я не владею, но в Европе я, бывало, английским
обходился – всё-таки спецшколу заканчивал. «Сорри, – говорю. – Уи а рашн
туристс. Хэв ю э тойлет эниуэа?» (Про туалет, значит, спрашиваю). Вроде,
поняли. Хмурые карабинеры, качая головами, начали нам что-то на ломаном
английском с чудовищным акцентом про какие-то «габинетти» толковать, показывая
руками куда-то в разные стороны. Я одно только в их лопотании разобрал – что
ближайший уличный туалет неблизко. Сева всё это время с ненавистью смотрел на
итальянцев, непроизвольно, видать, уже пританцовывая. «Пойдём, Толик, не знают
они, судя по всему, ни хрена. Надо как-то выходить из положения. Не могу же я в
Колизей в мокрых шортах идти. Да и от группы уже порядочно отстали.»  Странное дело – у меня к тому времени от
пережитого небольшого стресса сигнализация из мочевого пузыря как-то даже
подослабла. «Пошли, друг, – говорю. –  Я
тебе уронить честь российского санитара не позволю.»


Ускорили мы шаг в направлении Колизея, глядим – а карабинеры
за нами устремились. Идут на расстоянии, но от нас не отстают. «А, с-суки, не
доверяют русскому туристу, – говорит Сева. – Боятся, что мы рядом где-нибудь
нассым.»


Попытались мы было оторваться от настырных итальяшек, но они
своё дело знали, нас из виду не выпускали. Чем дальше и быстрее мы с Севой шли,
тем хуже ему становилось. «Всё, Толя, не могу больше. Сейчас прямо здесь всё
вылью. Пусть забирают в участок.»


Тут я смотрю – прямо перед нами появляется небольшой такой
скверик с фонтаном в виде невысокой бронзовой колонны в центре. От фонтана идёт
канализационный жестяной желобок. Около него на корточках сидит итальянский
малыш лет 7-8 и пытается в ручейке от фонтана кораблик запускать. Я Севу дёргаю
за рукав и говорю: «Пошли. Я, кажется, придумал.»


Подошёл я к ручейку, присел на корточки, по-бабьи, метрах в
пяти от того играющего малыша, расстегнул ширинку и начал отливать в ручей всё,
что во мне накопилось. Карабинеры у входа в скверик остановились, из-за фонтана
нам друг друга не видно было. Со стороны могло показаться, что я присел в
ручейке руки сполоснуть, а я, кстати, для правдоподобия свободной рукой и пытался
имитировать в воде выше по течению такие плещущие движения. Сева оценил мою
придумку и сразу тоже чуть ниже меня присел, свой…кхм-кхм…краник вынул и с
выражением несказанного блаженства на вспотевшем лице отлил в ручей не менее
двух литров измучившего его продукта. Отливая, я думал: «Как хорошо, что никто
не видит этой жуткой сцены: среди бела дня в центре Рима сидят два здоровенных
мужика и по-бабьи мочатся в ручей! Картина, достойная пера Айвазовского (привет
нашему патологоанатому Кузьмичу!)»


Когда мы закончили и встали, карабинеры продолжали стоять у
входа в сквер. Похоже, они ничего не заметили. Только малыш-итальянец, опуская
свой кораблик во внезапно пожелтевший ручей поднял на нас удивлённые глаза (мы
в этот момент как раз уже заправляли в гульфики наше съёжившееся хозяйство),
посмотрел на нас очень серьёзно, но ничего не сказал. А если б и сказал, мы б
его всё равно не поняли: итальянского-то мы 
не знаем!


В Колизей мы, кстати, с нашей группой успели: у нашего гида
там какая-то часовая заминка с билетами вышла. Знаменитые развалины, конечно,
впечатляют. Но там тоже изрядно попахивало мочой!


Сева мне потом – уже дома, в Питере – как-то сказал:
«Слушай, а как неудобно бабам-то отливать! Я и не думал никогда! Насколько
всё-таки мы, мужики, рациональнее устроены!».


Ну, а о третьем элементе Большой Тройки на следующем
дежурстве поговорим.


 



Теги:





0


Комментарии

#0 15:28  28-03-2010дервиш махмуд    
легко зачлось.
#1 16:13  28-03-2010Прол Джэв    
Чё то я думал, что, если пройдёт, то обе части в одной рубрике окажутся. Ну да уважаемым редакам виднее канешна.
#2 16:48  28-03-2010Швейк ™    
кхм
#3 19:43  28-03-201052-й Квартал    
что-то эпическое
ну, хуй с ним
сойдёт... 

Комментировать

login
password*

Еше свежачок
16:09  21-11-2017
: [6] [Здоровье дороже]
По утру приоткрывши глаза
Среди мутных и сказочных месив
Я в колоде вдруг вижу туза
Как какой-то таинственный Мессинг

На окне моём темный вазон
Для меня же он просто прозрачен
Вижу я вдалеке горизонт
Что кровавой чертой обозначен

А ещё виден мне человек
Будто с неба рукою он манит
Через толщу сомнений и нег
Обо мне он неведомом знает

Может я это там в небесах?...
20:00  16-11-2017
: [2] [Здоровье дороже]
Ортодонт исправит зубы у кого они кривы
Психиатр ударит в бубен, как душою не криви

Мир поможет офтальмолог не сквозь пальцы рассмотреть
В жопу палец ткнет проктолог, все фаланги, не на треть

Только лишь писатель Павел ничего не совершит
Никого он не исправит, словом мир не оглушит

Вот сидит он вечерочком, прогуляться то в облом -
Пишет, балуясь хуёчком под обшарпанным столом

А умрет, так что поделать, не помогут тут врачи
Две дыры в башке проделать чтобы вставить ...
14:39  09-11-2017
: [17] [Здоровье дороже]
Тот, кто уверенно ставит всё на зеро –
имеет полное право делить на ноль.
Адама погубило собственное ребро.
Голая Алла трансформируется в алкоголь.

От каллиграфии открещиваются врачи
и гнут свою линию наподобие морщин.
Русский Ваня дольше вечности лежит на печи
и лаптями от Бриони хлебает щи....
09:36  08-11-2017
: [4] [Здоровье дороже]
...
15:42  29-10-2017
: [11] [Здоровье дороже]
Сама войну хоть как-то покарать
Едва ли сможет слабенькая мать,
За сыновей отобранных кроваво.
По всем штабам засевших упырей
Не уязвить проклятьям матерей,
Находят тех награды лишь, да слава.

Но бранных слов не щёлкнет гневный кнут....