вЫтяжка

Автор: 13.13."КОТ" Осталось закрыть глаза…
Щелчком курка выключателя уничтожен свет, играет спокойная, грузящая муzыка. Тело брошено в кресло, ноги на стоящий рядом стул. На расстоянии вытянутой руки — журнальный столик, на котором, проклиная чашку — крепкий кофе тщетно пытается не остыть. Сигарета уже красуется в мундштуке и дымит. Осталось лишь закрыть глаза…

чистой воды волшебство
страна ОZ изумрудный город
пусть не самодостаточен
зато как отморожен
на экране век в мной придуманном небе:
вечер птицы да ночь
и я
и я ни чем не встревожен
на легком приколе
не чувствуя боли
я вечностью полон
ОНА мной полна
но утром сны душат
кривляются дразнят
толкая в последний полет
из окна
под драными парусами
по страшным морям
любитель сумерек опьяненный загадками
зачем делать выводы
где можно угадывать
мертвый от бессмертия
я бросил загадывать

истое небо радует больше
фарса которым мы дышим
тряпкой сметая со стола крошки
времени которое крЫшим

а в окнах сплошные картины Dali
а Двери — группа
поет — Jim Morrison

не успеешь привыкнуть к хорошему
как становиться еще лучше
все довольны и радость
тошнотворная радость
воспаляет их нужды

мясо слюни и перхоть
мысли — аплодисменты
пот и теплые вещи
праздник и экскременты

48 часов и вот оно счастье
новое великолепное
«я проклинаю весь род людской!»
выдержка из цикла «посмертное»

чистое небо радует больше
фарса которым мы дышим
туфли сбивая спотыкаясь о крошки
временем которое крЫшим

а в окнах сплошные картины Dali
а Двери — фильм
его снял Oliver Stone

любовь
царапает крышку гроба
ОНА рвется наружу но
голоцен не дает
корневища цветов
закрывают путь в небо
мощные
корневища цветов

прошлое наступает на пятки
будущее
я играю с ним в прятки
настоящего нет настоящее — я
искусно шрамированый
ювелирным украшеньем на шее — петля

у одиночества 7 шкур
в этой новой пустыне
приходится туго
под маской непринужденности
рубрика «ищу друга»

чистое небо радует больше
фарса которым мы дышим
носы и лбы разбивая спотыкаясь о крошки
времяни которое крЫшим

а в окнах сплошные картины Dali
а Двери — фильм
в нем играет Meg Ruyan

кому доверить себя
не считая бумаги?
она то все стерпит
а мне ли хватит отваги?
прошу тебя Боже
спаси и сохрани
прости и помоги
и…
у газовой конфорки
в кролячей норке
в кошкином доме
верхом на грифоне…


голый завтрак
праздничный ужин
ты в числе приглашенных
но кому ты там нужен?
незнайкой в городе мертвых
обречен тормозиться но!
не надо этим грузиться

чистое небо радует дольше
фарса которым мы дышим
за себя умолчу по известной причине
а они? не рвануло бы крыш им

а в окнах вирус
вон дверь вон на хуй

меня мало волнует твой пол
меня больше волнует твой потолок
сны оживают в этом сюрреализме
из строк

ерундой да не только
полна моя голова
я стираю названия
мир теряет слова…

- Я заебался. Вытыкай, идем прогуляемся.
- Ну на хуй, итак уже пол города обошли. И, пожалуйста — не делай так больше.
- Какие мы нежные.
- Да пошел ты.
- Не гони, вытыкай. Идем тасанемся. Пива купим.
- Не, я пас.
- Кого?
- Отъебись!
- Да подрывайся ты, не гони.
- Это ты гонишь.
- Ебать ты тип. Ночь… темно, тихо… романтика, ебаный в рот!
- Да какая романтика?
- Стряхнуть пыль и перхоть да пойти прогуляться. По сонному городу в странно тихой ночи под ее одиноким не в шутку светилом…
- Звезды не в счет, ничего…
- Ну! Мочи.

- Вряд ли можно найти то, чего нет.
- Умирая во сне, не забудь щелкнуть свет.

«Безлюдные площади севера
стерильно молчат своим безразличием
тусклые блеклые краски
висят без опаски
и крутят дули
различным приличиям

мясные игрушки
мясные войнушки
что заставит вас думать
во время этой пирушки?
Неужели все так запущено?
Сколько прекрасного под откос пущено!?!

Выше реальности выше
небо отсутствие крыши
солнце отсутствие мрака
В тихой странной ночи
Чисто грязного бака»

- Эх, погорячился, лучше бы дальше лечился. Смотрел мультики, сны и курил. И…
- Забыл?
- Да нет, не забыл. Где уж там, такое забудешь. Ну да ладно, давай о другом…
- Курить будешь?


Глава ту


Не открывая глаз:

- Слышишь, тебе Doors не надоело слушать?
- Doors?! Надоело?!
- Давай русское че-нибудь слуханем.
- Что?
- Ну, я не знаю… Аукцыон там или Джа Дивижн. Не, давай Лаэртского!
- Овальное зеркало Сведенборга?
- Ну.
- Эт можно. Только давай сам: вставай, ищи, включай…

/И так как говаривал Заратустра — «одно бывает необходимее другого», пришлось вставать, искать, включать. И даже перематывать и включать снова…/

- Слышишь, а у тебя есть мечта?
- Ебать вопрос?
- Не, ну есть?
- Да у меня их столько.
- А есть странные?
- В смысле?
- Ну, знаешь… не такие там — денег, славы, «ягуар», дом на карибских островах, любви настоящей, мира во всем мире…
- Например?
- Ну, у меня вот есть такая — раздуплиться как-нибудь, ну проснуться в смысле, после бурной ночи, где-нибудь в порту на скамейке от гудка теплохода. Открываешь глаза, а тут эта махина, трубы…
- Да… учитывая, что море не близко это можно назвать мечтой.
- Стебаешься!?!
- Да нет, я понимаю. Я бы, например, хотел: смокинг, папиросу за ухо… и по главной. Но только движением… таким вот. Или ночь в супермаркете с битой и автоматом. Только я об этом не мечтаю.
- Лучше бы ты об этом мечтал. А то мучаешь себя…
- Пиво будешь?
- Нет, спасибо. Я потом, у меня тут еще кофе…
- Потом не будет.
- Будет… а ебать мы все-таки больные.
- Та да…

Пиво давно уже выдохлось,
Я пустил корни в кресло.
Сигарета истлела
И чешутся мысли;
За час два раза моргнул…

Нездорового юмора полны мои легкие,
Желудок бурлит разноцветной тоской.
Водой пузыристой промочу свое горло,
Да вновь закрою глаза,
Чтобы вместе с тобой…:
По зеленому полю,
В заоблачных далях,
В ярком солнечном свете,
Да за руки держась
Забыть весь этот коварный маразма этюд.
Да так чтоб сюрреализм, уют.

Мои помнят твои
губы — губы;
мои помнят твои
-------------------зрачки — глаза.
Твое сердце с моим бьется одновременно,
Но мы все-таки порознь…
Почему все так?
Почему все так?!
Почему не иначе?!
Почему мы не вместе?!
Почему один я?!

Уснуть бы,
да так чтоб на несколько лет.
Уснуть.
Забыть этот бред.

И пусть все это сны,
Но ты в них со мной рядом.
И пусть сны — это все,
Но ты рядом со мной.
Абрывочки мыслей,
Приколы света,
Заморочки ночи, да капканы лета.
Зачуханнной лирики —
Больные, теплые сны.
Да пусть хоть вечная ночь;
Да лишь бы рядом — ты.

Нездорового юмора полны мои легкие,
Желудок бурлит разноцветной тоской.
Водой минеральной промочу свое горло,
Да закрою глаза,
Чтоб остаться с тобой…