Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

Было дело:: - Якут

Якут

Автор: berserk
   [ принято к публикации 19:39  23-05-2010 | бырь | Просмотров: 490]
Я К У Т

Пустоту и покой ночи разрушил телефон. «Очень кстати», — подумал Артур и приподнял с подушки голову. В глубине комнаты табло часов высвечивало начало шестого.
«Группа, подъем!» — мысленно скомандовал себе Артур и тихо, чтобы не разбудить жену, встал с кровати и подошел к телефону. «Уж не случилось ли чего?» — мелькнуло у него, прежде чем он успел поднять трубку.
— Алло? — недовольно сказал он и посмотрел на жену.
Катя тоже внимательно смотрела на него.
— Артур, это я, — услышал он голос отца. — Тут к тебе Дима Якутенко приехал, говорит, вы вместе служили в спецназе...
— Якут? — перебил отца Артур и заулыбался.
Катя, поняв, что все в порядке, снова закрыла глаза.
– Пап, дай ему трубку.
— Привет, Граф, — услышал Артур голос, когда-то очень хорошо знакомый.
«Значит, все-таки что-то случилось», — подумал он, прежде чем начать кричать в трубку, как он рад его снова услышать и почему за четыре года он не написал ему ни строчки, и даже ни разу не позвонил.
— Якут, ты в Москве по делам или что-то случилось? — вместо радостного приветствия спросил Артур.
— А ты по-прежнему быстро во все въезжаешь, — без особого оптимизма сказал Якут и, помолчав, добавил: — Надо встретиться, можешь сейчас приехать?
— Нет, сейчас не могу. Во-первых, я на другом конце Москвы, а во-вторых, много дел на работе. Давай встретимся вечером. Тебе есть куда пойти?
— Нет.
— Понятно. Дай трубку отцу.
— Алло?
— Пап, накорми его, если захочет, и положи спать. Я после работы к вам заеду. Да и мать давно хотела меня увидеть.
— Хорошо. Ты во сколько приедешь?
— Я думаю, часов в семь.
— Ну все, до встречи, — сказал отец и положил трубку.
Артур лег обратно к жене, но заснуть уже не получилось.
«Интересно, зачем приехал Якут? Может, у него какое-нибудь дело ко мне, бизнес или еще что-нибудь в этом роде? — стараясь не думать о плохом, предположил самое невероятное Артур. — Хотя вряд ли. Какой там может быть бизнес. Он и до контузии с головой не очень дружил. Значит, деловая версия отпадает. В отпуск в ноябре не ездят. Приехал без звонка, среди ночи, в квартиру, где я давно не живу… Все-таки что-то случилось», — обреченно подумал Артур и пошел на кухню. Самое неприятное в его терзаниях и сомнениях было то, что он догадывался, что могло случиться. По слухам, по письмам, по случайным встречам, разговорам и телефонным звонкам, он знал, что из пяти боевых групп, вернувшихся вместе с ним из Чечни, больше половины порезали и постреляли на «гражданке», либо посадили в места не столь отдаленные, с серьезными сроками. Очнуться и оправиться от войны смогли не многие, да и те задавили в себе все обиды только до первой несправедливости и беззакония. Артур более-менее смог вернуться в нормальную жизнь только потому, что в армию попал в двадцать два года, после университета, и не зеленым пацаном, а уже человеком, кое-что в этой жизни повидавшим. Командировку в Чечню воспринял как последнюю проверку на прочность. Декабристы ведь тоже воевали на Кавказе, пережили каторги и ссылки, к концу жизни, кто захотел, вернулись в свои дома и в тишине своих кабинетов написали мемуары, где нет ни единого слова обиды на судьбу, а только пережитое и переживания за Россию.
Увидев развалины Грозного с черными дырами вместо окон, эйфория на счет декабристов и вся прочая романтическая ересь прошли. Когда вместе с другими таскал на носилках к вертолетам окоченевшие тела погибших в грязных простынях, впервые по- настоящему испугался, но потом смирился. Чему быть — тому быть. Есть суровая правда войны — плох был тот солдат, который погиб. Поэтому на операциях, в разведке и в засадах особо не геройствовал, но за спины тоже не прятался, старался выжить, и выжил. Более того, за месяц до дембеля, под Шали, на себе вытащил израненного и контуженого Якута, за что был представлен, но не награжден. Да это уже было и не важно. Важно было вернуться домой и обнять мать. Долгожданный дембель, как и все в армии, произошел неожиданно. Вернулись с задания. Сдали оружие, помылись, переоделись во все чистое, затем вертолет, потом колонна до Моздока, железнодорожный перрон, прокуренный тамбур и похмелье… В части оформили документы, сходили в баню, еще раз поели в столовой, в развалочку прошлись по плацу, обнялись все напоследок и разъехались кто куда. Кто в аэропорт, кто на вокзалы. Война окончилась для Артура за несколько часов, но на людей он после армии бросался еще несколько месяцев. Он, от которого там зависели жизни и судьбы людей, исход боевых операций, он, которого уважали боевые офицеры и просто пацаны, такие же матерые псы войны, как и он сам, он, который видел столько крови и горя — здесь был никем. К своему удивлению он выяснил, что это только он мерз в горах, голодал, ползал в грязи под пулями, сутками сидел в окопах и на блокпостах, выживал и помогал выжить другим… А все остальные — его город, его улица, его дом и вся страна — живет, как и прежде, ничего не подозревая, что где-то там кто-то отстаивает ее неделимость. Там лилась кровь, а здесь ходили в кино, танцевали в ночных клубах, радовались покупкам и строили планы на будущее. На людей Артур кидался из-за всяких пустяков: толкнули, нагрубили, незаслуженно при нем кого-то обидели — заводился и срывался с полуслова. Борьба за справедливость закончилась только тогда, когда Артур не удержался и всек разбушевавшемуся в магазине пьяному мужику. В милиции не поверили, что это одним ударом он сломал ему нос, разбил глаз и сделал жутчайшее сотрясение мозга. Если бы не послужной список военного билета и связи отца, Артур все шансы имел за нанесение «тяжких телесных» загреметь на нары и пополнить печальную статистику своего полка. Но обошлось. После этого он решил, что нужно быть спокойнее, а всем, кому надо, и без него разберутся. Водка, материнские слезы и Катька, самое яркое впечатление после армии, постепенно привели его в норму. Работа, свадьба, семейные заботы, рождение дочки и решение каждодневных проблем затянули в водоворот жизни. Об армии и о Чечне воспоминания стали или резко ужасные или только хорошие. Время подлечило, и остались только хорошие. Катя видела не раз, как в суетной большой Москве Артур встречал своих однополчан, как они обнимались, целовались, вспоминали былое и с грустью расставались в надежде, что еще обязательно встретятся.
«Может, Якут приехал поблагодарить меня… Я ведь ему все-таки жизнь спас, — сам для себя придумал Артур еще одну версию появления Якута в Москве. — Хотя тоже вряд ли. За четыре года ни звонка, ни строчки. Наверно, ему что-то от меня надо», — окончательно решил для себя Артур и, чтобы больше не мучаться в догадках, пошел звонить отцу:
— Пап, вы еще не легли?
— Нет.
— Скажи Димке, что я сейчас схожу за машиной в гараж и за ним заеду. Обо всем поговорим по дороге и у меня в офисе, а как там и что, дальше видно будет.
— Ты знаешь, из разговора с ним я понял, что ему негде жить и нужна работа.
— Понятно. Разберемся, — сказал Артур и положил трубку. Теперь ему стало ясно однозначно, что у Якута что-то стряслось.
Через час Артур уже был у родителей. Якут выглядел плохо, но, увидев Артура, просветлел и заулыбался. Они обнялись. Артур взял его легкую сумку, и они пошли к машине.
— Ну, давай рассказывай, че у тебя случилось, — без долгих вступлений и вопросов что да как сказал Артур.
Якут отвернулся. За окном машины просыпалась столица. Помолчав, Якут закурил, вздохнул и начал рассказывать:
— Короче. Я после госпиталя приехал к себе домой. Работы нет, учиться негде. Хотел сразу рвануть к тебе в Москву. Потом прикинул, в столице и без меня людей хватает. Без денег, без работы просидел несколько месяцев. На лекарства надо, на еду, на одежду надо, мать с отцом пилят. Вобщем, залез в квартиру, и понеслось. Сначала один воровал, потом бригадешку сколотил. Начинали с квартир и машин, а потом разбои, грабежи. Причем я ж не по-тупому. Каждое дело — спланированная операция. Спецназ ведь элита войск… — горько усмехнулся Якут. — Стали деньги появляться, в городе о нас молва пошла… Короче, на одной хате нас спалили. Восемь месяцев отсидел в тюрьме, дали три с половиной условно. Думал, завяжу. А потом ткнулся. Работы так же нет, да я еще и судимый. На тюрьме пока сидел, познакомился с человеком, афганец, такой же, как и я, во всю башку контуженный, только до сих пор заикается. Он дал адресок, сказал, туго будет — обратись. Я и обратился… Короче, снова началась блатная жизнь — разбои, рэкет, разборки. Месяц назад у одного барыги пацана украли, ну чтоб за выкуп отдать. Ну а чтобы концы в воду, мальчишку пришлось придавить. Когда деньги у барыги забирали, нас менты накрыли. Я и еще один отскочили, а остальных повязали...
Артур резко остановил машину.
— Якут. Я ушам своим не верю. Ты что мне рассказываешь?.. Я тебе жизнь спас, а ты ребенка убил. Я не для того тебя тащил на себе. Лучше бы ты там остался, мать бы хоть думала, что ты героем умер...
Якут опустил голову.
— Чего ты от меня хочешь?
— Я ведь в федеральном розыске. Ну вот и подумал, что в большом городе затеряться легче будет.
— Легче будет, — передразнил Артур. — Че вы все претесь в эту бедную Москву. Да здесь влететь еще проще. А на что ты жить здесь собрался?
— Я думал, ты поможешь.
— Да?! А ты опять потом кого-нибудь убьешь или думаешь здесь детей воровать? Выходи, я тебе не помогу. Я жалею, что спас твою никчемную жизнь. Тебе лучше было погибнуть...
— Да пошел ты, — перебил Якут и начал на двери искать ручку.
— Да пошел ты сам. Ты мне как брат был. Я за тебя бы всех порвал, а ты хуже этих черных тварей стал. Вот деньги, возьми, если надо. И не задерживайся в Москве. Едь куда-нибудь за Урал, в Сибирь, на восток, живи там в какой-нибудь деревне и замаливай свои грехи, и за меня замаливай. Из-за тебя и я убийца этого ребенка.
Якут, недовольный таким поворотом событий, взял деньги и вышел. Машина с визгом сорвалась с места.
— Надо же, святоша, — глядя уходящей машине в след, пробубнил Якут. — У самого руки по локоть в крови, а все туда же.
Машина так же, как и сорвалась с места, с визгом остановилась невдалеке. Включив задний ход, Артур подъехал к Якуту.
— Садись, я тебя на вокзал увезу.
Якут сел. Всю дорогу ехали молча.
— Приехали, — не глядя на Якута, сказал Артур, остановив машину.
— Спасибо и на этом.
— Пожалуйста. Как и прежде, не пиши мне и не звони. Я больше никогда не хочу тебя видеть...
— Слышь, Граф, — перебил Якут. — Ты меня со своей аристократией еще там задолбал. Белые носки, чистые простыни, всегда выбрит, помыт, чистенький — да?! Ты и сейчас хочешь остаться чистенький. А помнишь, как ты меня учил: «Будь жестоким и перестанешь бояться»? Тебе по ночам тобою убитые не снятся?
— Это другое дело. Я мочил врагов, а не детей...
— Ты ничем не лучше меня, — ешё раз перебил Артура Якут и вышел из машины.
Артур недолго посмотрел ему в след и поехал, про себя проклиная и Чечню, и войну, и армию, которая в спецназах готовит добротных убийц, обкатывает их в Чечне, а затем тех, кто выжил и утратил веру во все человеческое, как отработанный материал выбрасывает в нормальную жизнь, где им, псам войны, места уже нет.


2002


Теги:





1


Комментарии

#0 11:08  24-05-2010Евгений Морызев    
отлично
#1 13:23  24-05-2010Рыбий Глаз    
Вроде бессюжетно. Но очень серьёзно и сильно.
#2 14:07  24-05-2010mamontenkov dima    
Телеканал «НТВ» передает тебе привет.
#3 16:09  24-05-2010дервиш махмуд    
в какой-то мере даже контркультурно.
#4 17:05  24-05-2010дважды Гумберт    
скупая мужская проза. можно бы даже, наверно, еще сократить до одних диалогов, чтоб было как у дедушки хэма — голая ситуация. в одном месте, кажись, небольшой косяк — *таскал на носилках к вертолетам окоченевшие тела погибших в грязных простынях* — в грязных простынях лишнее.

Комментировать

login
password*

Еше свежачок
15:53  17-08-2017
: [3] [Было дело]
Столкнулись в магазине. Не узнал её. Сильно изменилась, и только взгляд прежний. До пределов вкрадчивый. Льющий холодный свет глубоко в душу. Как-то даже обыденно всё вышло. Здравствуй! Привет! Как дела? - А разве могло быть по-другому?
Прошло много времени, но вот коснулся её ладони и дрожь по телу - как тогда, в первый раз....
В диадеме эмблемою лира.
Взгляд скользит, задержавшись на мне.
Ты ж была прошмандовкою, Ира.
Ты сосала хуи при луне.

За сараем в том дворике старом,
Где росла вековая ветла,
Как любая рублевая шмара,
Ты с проглотом по яйца брала....
11:48  13-08-2017
: [20] [Было дело]
Николай с сыном ходили по поселку в поисках работы. Не брезговали ни чем. Кому яму под туалет выроют да кирпичом обложат, кому огород вскопают, не суть важно. Главное, что пили всегда на свои. Когда пьют работяги, лодыри должны стоять в сторонке и ни пиздеть....
16:02  10-08-2017
: [8] [Было дело]
При ходьбе бубенчики позвякивали. Это было очень неприятно, но ничего с ними поделать не получалось. Прохожие возмущённо оборачивались, бросали недобрые взгляды, а некоторые даже норовили припугнуть, или прогнать. Хотя что он им сделал плохого? Ровным счётом ничего, кроме одного: он был....
17:22  08-08-2017
: [6] [Было дело]
Сеня с глупым видом. На берегу. В окружении берёз. В руках та часть удочки, на которую точно ничего не поймаешь. Просто толстая бамбуковая палка. Всё остальное в воду улетело. Кануло. Качается на волнах. В солнечных бликах.

И дядя Миша тут как тут....