Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

ИстФак:: - Отсель грозить мы будем шведу...

Отсель грозить мы будем шведу...

Автор: Шизоff
   [ принято к публикации 00:48  28-07-2010 | бырь | Просмотров: 983]
1.
Потолки оказались низкими, пол нечистым, атмосфера — удушливой. Подслеповатые окна туго пропускали свет: шведское стекло здесь, на краю земли, не приветствовалось. Жили в темноте, тесноте и обиде, как издревле повелось среди скифов. Все так жили, всегда. Даже царь.
-- Кте ше тсар Петер? – не выдержал голдштинский князёк, — Путит ли нам аудиенсий?
Соскучившийся в напудренном парике, из под которого струились вешние воды, взопревший в чадном полумраке, он потерял страх, и явно попутал. Три часа душного ожидания сделали своё чёрное дело.
-- Ково? Ась? – светлейший с живым интересом развернулся к своенравному бошу, — тебе, мил человек, чё неймётся?
-- Сдесь есть жар, сильно…
Ну, ещё бы не жар. Кроме деликатной голландки, четверть помещения занимала русская печь, с треском плюющая в сторону заморских гостей то буйным огнём, а то и рдеющим углем. Всё было как-то диковато: и печь эта, и полумрак, и первый министр.
-- Жааааррр… — насмешливо протянул Меньшиков, — ишь ты….
И вдруг стал серьёзен.
-- Кому тут ещё жар не нравится? Кто в претензии?
Француз молча подвинулся к португальцу, фламандец сделал лицо кирпичом, а турок тонко улыбнулся – какая, мол, нам восточным людям, жара, так, игрушки. Улыбка, впрочем, получилась исключительно жалкой. Гоноровый тевтонский пан мигом остался в одиночестве, и поняв это, порядочно скис.
-- Так вот, штрудель ты мой дрезденской, слушай внимательно. Царь Пётр любит три вещи: штоб тесно, штоб тепло, и штоб с бабой. Ферштейн?
-- Йа, йа, — мелко закивал герцог, — моя не зналь…
-- Зер гут, — кивнул Данилыч, — Осознал, вижу. Хорошо, люблю. Шаришь. И потому скажу. Тебе одному, дай-ка ухо…
Тот с готовностью откинул набрякшие влагою букли.
-- … а вот пидаров царь не любит, понял, петух гамбургский? И гомозливых не любит. Он таких, знаешь, без мыла… Короче, веди себя ровно, доходяга. Жар, блять! Не видел ты жару… Короче так. Коли заеблись впотьмах киснуть, так попросите меня по-хорошему, взбодри братков, а то оне как не родные. Я пока в сенцах покурю, надумаете чего как, так ты выйди ко мне, вместе пыхнем. Йаволь, замётано, Фридрех?
-- Так, так, мой поняль!
-- А и славно, что понял, люблю я понятливых… Прошу прощения, господа, я вас покину ненадолго, кваску хлебну, а то сами понимаете…кажный день ассамблеи…
Последние слова второй человек после произнёс очень по-доброму, конфузливо, что ли. И даже вышел неприметно, бочком.
-- Что он сказал? – рассосавшиеся было по углам депутаты обступили промокшего князя, — Увидим мы Петера?
-- Деньги на бочку, господа, — устало ответствовал тот, отжимая парик, — Надо дать в лапу.
--Это возмутительно! – пискнул скряга француз, — Сколько можно!
-- Сколько нужно, — мрачно усмехнулся бельгиец, потроша барсетку, — Наша раша…
-- Блять! – коротко подытожил турок, стягивая с пальца массивный рубиновый перстень.

2.
-- Эй, цвей, дрей! – самой правой рукой во всём государстве, светлевший постучал в боковину грубого шкафа, — Минхерц! Довольно спатеньки, нас ждут великие дела!
В недрах мебелей обнаружилась неизвестного свойства возня, и глухое рычанье.
-- Государь, вылазьте, тут послов иностранных держав, как грязи.
Рычанье приобрело осмысленный, но явно негативный оттенок.
-- Забодал харю плющить, Алексеич! Прояви политес к просителям!
Последние дерзкие словеса возымели, дверь с треском слетела с петель, вор Алексашка привычно увернулся. Охуевшим послам предстал русский царь. Во всём блеске.

Нет, не могло быть в этой дремучей стране иного властителя. Не проканал бы слабак, свихнулся нормальный. Только такой вот, нескладный, попухший с похмелья, но деятельный урод. Именно он сумел крутнуть штурвал севшей на мель русской баржи. И спустить её, себе на радость, остальным в устрашение. Страшна груженная огневым припасом гигантская баржа, ох страшна…И нахуй не нужна ни в одном европейском порту, и в восточном не нужна, и в далёкой Америке. Про то и тереть народ прибыл, с надеждой оторвать от штурвала цепкие гулящие ручки, затуманить подорванный зельем взор, подкосить неуёмные, быстрые ноги…
Ноги и впрямь носили двухметровое чучело со страшной силой. Вот он пожал руку идальго, боднул француза, расцеловался с облуневшим степенным бельгийцем. И всё разом. Алексашке дал пня, проходящую девку сенную — за жопу, турка нахуй послал ни за что, просто так – иди нахуй, мол, турок. Тот обиделся было, а он уже ржёт, обнимает, тащит к столу, щи с огня хавать. На столе бутылей разномастных уже образовалось, нехитрая снедь заманчиво шкворчит, а чуть поодаль, в красном углу, под образами – государыня Катерина снаряжает чилим, благо вернулся из страны Голландии торговый флот, объебав таможни всех стран и народов…
-- И как, Данилыч, разрулили с говном? Сработала наша схема?
-- Да как, государь, ей не сработать, — щурится уже курнувший вершков сподвижник, вертя на пальце новую гайку, — как пеньку задекларировали. Конопляное изделие №2, гыыыы!!1
-- Гыыыыыыыы! – заливается царь, — А что ж тогда изделие №1? Гыыыы!
-- Как что? А…в самом деле…что? – нахлобученный премьер теряется в непонятках, но вдруг светлеет челом:
-- Пенька!
-- Пенька?!
-- Ну! Пенька, минхерц, тупо пенька!ususususu!
-- Ususususususuuss!!!
Они прекрасно понимают друг друга, и в пылу дружеских чувств переходят на гогот голландского свойства.
Короткий осенний день быстро катится к закату. Толковище, сдобренное синькой и наркотой, бессмысленно по определению. Ужратые европейские послы потихоньку рубятся. Турок меланхолично уезжает в рай с мундштуком во рту.
Лишь привычные ко всему россияне деятельны и сметливы. Царь точит на токарном станке очередную бейсбольную биту и раздаёт приказы:
-- Катя, ты пропасёшь тут эту плесень. Кому надо – нальёшь, кого следует – сиськой придавишь. С чурбана глаз не своди….Алексашка, преображенцев с семёновцами сюда, мухой. Форма одежды как всегда – без париков, спортивный комзол, берцы. Пора купцов в порту обуть. На западенцев жути нагонишь, чурбанов прессанёшь по полной программе, типо наци наехали…ну ты в теме…
-- Без вопросов, Пётр Алексеич, не впервой… — Меньшикова попустило, и он откровенно скучает.
-- Держи, наградная.
Пётр протягивает министру свежеизготовленное орудие пролетариата, но вдруг глаза загораются:
-- А не тряхнуть ли мне стариной, а, Алексашка?!
-- А то! – поддерживает тот, понимая, что вечер перестаёт быть томным, — За вас, минхерц, порвём на британский флаг любого!
-- Давай, верный друг, на посошок. Кать, плесни-ка нам с Данилычем по сту.
Выпивают, стягивают парики, уходят.
Волчьим шагом.
В ночь.
3.
Утром похмелённые послы шароёбятся по брегам неприятной, гадкой Невы. Никто нихуя не помнит. В головах вакуум.
-- А где царь Петер? – выдавливает португалец.
-- Императрица сказала – В ПЕСДЕ, — суетится француз.
-- Непонятно, — тоскливо отмечает бельгиец.
Мимо, бодрой колонной, с песнями и посвистом проходит колонна преображенцев с битами на плечах. Лица усталые после бессонной ночи, но довольные. Колонна движется в казармы из порта.
-- Зольдатушке-брави-ребятушьке! – заискивает брауншвейгский граф, наученный горьким опытом, — Где песню пель, ночу ночеваль?
-- А в порту, немец, с царём батюшкой, — ласково отзываются польщённые гренадёры, — Ходили шведу грозить. Нонче, бог даст, снова пойдём.
-- Опять грозить шведу? – не понимают заморские гости.
-- Не, батя сказал – окно прорубать будем.
-- Это действительно загадочная страна, — удивляются друг дружке в лицо растерянные европейцы, — Зачем? И что из этого выйдет?!
-- Пиздец! — отрезает турок.
Восточный человек наиболее дальновиден.
























Теги:





0


Комментарии

#0 10:06  28-07-2010Саша Штирлиц    
Спасибо. Помним(с)
#1 10:22  28-07-2010я бля    
Мощ
#2 11:50  28-07-2010Арчибальд Мохнаткин    
заебись!!!
#3 12:01  28-07-2010X    
ржал
#4 12:10  28-07-2010Sgt.Pecker    
Djn cerf! Зер гут ггг
#5 12:15  28-07-2010castingbyme*    
ну вот, Х меня опередил. Но я культурно смеялась (не могу признаться, что тоже ржала). Особенно это порадовало: «нахуй не нужна ни в одном европейском порту, и в восточном не нужна, и в далёкой Америке». Однако хочется всё же подпустить дёгтю в сию бочку. Сдаётся мне, что Меншиков без мягкого знака пишется, или я ошибаюсь? Опять не поняла, как и в сказке про крота слово «облуневший»; «камзол» пишется через а; «из-под» пишется через дефис. Вроде всё.
#6 12:17  28-07-2010тихийфон    
ыыыыыы нештяк
#7 12:38  28-07-2010фазер    
самая правая рука во всем государстве (с) это мощно, это можно цитировать. Даже к настоящему моменту — типа самая правая рука в государстве (с) сегодня встретился с…
#8 13:39  28-07-2010blynoff    
Толковище, сдобренное синькой и наркотой, бессмысленно по определению (c) дооооставило.
#9 13:54  28-07-2010Иван Гилие    
И действительно приятное чтиво, прям с удовольствием
#10 14:12  28-07-2010zloy09    
Отлично как смешение эпох описано… и ржачно.
#11 14:28  28-07-2010черный конь    
приятно так, душевно
#12 14:59  28-07-2010дервиш махмуд    
5.
#13 20:28  28-07-2010топор Джыгли    
супергут (с)
#14 20:35  28-07-2010Михаил Черкасов    
Читал — веселился.
Давненько столько положительных эмоций от чтения не получал.
Круто!
#15 21:38  28-07-2010кольман    
Кино!.. и немцы.
#16 00:59  29-07-2010Bemus    
Ну нет слов. Просто заебись в натуре. Спасибо за поднятый дух и эстетическое удовольствие. Чтиво.
#17 13:45  29-07-2010Samit    
харррашо! как «День Петра»…
#18 14:58  29-07-2010viper polar red    
да, да помню сие произведение.
#19 18:55  29-07-2010r777    
супер. пожалуй, сохраню.
#20 19:23  29-07-2010viper polar red    
в рекомендовано нужно подобные вещи толкать.
голосую, короче.
#21 19:29  29-07-2010r777    
поддержал
#22 19:46  29-07-2010Egorov    
Супер! Вообще, может получиться интересная постановка. Может настала пора Литпрому театром обзавестись?
#23 19:53  29-07-2010Игорь Пластилинов    
ништяк!
#24 19:55  29-07-2010dens    
бодро, заебок…
#25 22:29  29-07-2010shtepa    
херня полная, если откровенно…

Комментировать

login
password*

Еше свежачок
12:02  08-12-2016
: [56] [ИстФак]
В Руси воззрим красоты неземные,
Простор в ней мысли и ума бескрайний,
Рождает спор людей с названьем-давний
Героем были власти волостные.

Поместий мало дельных, силы нет,
Они идут, неся с собою свет в ответ,
Крестьян толпа несет в себе прощенье
И дар в лаптях, малютку-просвещенье....
17:26  05-10-2016
: [12] [ИстФак]
- Попроще надо жить, monsieur, попроще.
Ты слышишь лапки маленьких крысят?
Не выходил бы давеча на площадь.
Ты знал, тираны это не простят.

Твои мечты, фантазии – нелепость.
Ушел бы в море, как российский флот.
Ночь над Невой. Белеет камнем крепость,
И там, где кронверк, строят эшафот....
21:42  26-09-2016
: [10] [ИстФак]
Леонид Ильич Брежнев, тяжело сопя и покряхтывая поднялся на трибуну, раскрыл папку с профилем Ленина, неторопливо надел роговые очки, и начал читать речь:

- Кхе, кхе... Товарищи, кхе, я хотел бы поздравить наш великий, могучий советский народ, кхе, кхе, с окончанием старой пятилетки, кхе, кхе, и началом новой кхе, кхе....
Котовский очень любил делать две вещи, которые позволяли ему забыть о тяжелых буднях комкора - долго скакать на коне, и прыгать с парашютом. Конь у него был кобыла, а парашюта не было совсем. Поэтому, когда у кобылы начиналась течка, и скакать на ней было не комильфо, он приходил в местный аэроклуб, и рявкал в лицо вытянувшегося во фрунт перепуганного директора:

- Еб вашу мать, блядь, Котовский, нахуй суки, парашют, мать вашу блядь нахуй !...
НЕБО НАСУПИЛО ТУЧИ КОСМАТЫЕ...
.
Небо насупило тучи косматые
Плюнуло мелким дождем.
Встретился как-то в районе Арбата я
С бронзовым в кепке Вождем.
.
Чапал походкой Ильич осторожною,
Взгляд арестански-лукав.
Финским поблескивал изредка ножиком,
Спрятанным в правый рукав....