|
Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее
|
Было дело:: - Прогулка к морю
Прогулка к морюАвтор: HeKTo Говоришь ты и говоришь, что хуй у меня кривой, как поезд на твоих железных дорогах, но так тебе нравящийся. И бросаешься на него, словно Каренина Анна. Необузданной блядью скачешь, словно молодая кобылица, по полю клевера резвишься. Пассажиром от проводницы с утра ухожу. Может быть в другой жизни и встретимся.Мы плавнo ходили по комнатам, и тела наши, красиво-обнаженные, как манекены с застывшими улыбками. Невинно-развращенные, как сиамские коты, сначала орали друг на друга, после стонали и расшатывали кровать. После просто, свернувшись как две улитки держали друг друга за спины. Ты худая и курила «слим» сигареты. Я сношал тебя сзади, в твоей любимой позе, а ты в резиновых сапогах смотрела в окно на осень, и старые трамvаи, скрипя, с грустью и без пассажиров, нехотя, шли в депо умирать. А нам хорошо в этом мире. Два пульсирующих, ебушихся тела. А потом картинка исчезает и я, словно ёжик в предрассветной дымке сентября, придумываю себе новую. Сразу, с полувзгляда, предупреждаешь меня, что в жопу не дашь. Как медсестра говоришь строго, о не гигиеничности. А мне и не надо, достаточно твоей нежнейшей кожи, пухло-красивых губ и походки, грациозно-размереной, как у самки кита, черные глаза. Но ты сильно занята своим замужеством, и день моего посещения в четверг, после восьми вечера. До одинадцати утра пятницы я бурю тебя, как нефтянщик родину. И выгуливаю я себя вновь от одиночества в уютной квартире. В ночь, по центру. И вот ты. Неописуема полна. Тебя много на моей огромной кровати. Мы накурено-пьяные, трещим словно свечи. Ты белая на алых простынях, как клубника под сливками и разбирает смех, но держусь джентельменом. Твой живот как желе, подрагивает от фрикций. И вновь несет меня куда-то плавным течением жизнь. -Ла-ла-ла,-поешь ты, не напрягая мой слух с утра. И вечером поешь, и остаешься у меня вновь и вновь. И я остановился, как уставший лепить замки из песка ребенок. И засыпаю я на большой, словно дехканин на арбузном поле груди, и снится мне теплое, синее море. Теги: ![]() -3
Комментарии
Про адюлтер. ахаха. смешные картинки. Живот, как желе, немножко сбил с общей картины. Но не сильно. Афтор, пиши такое ищо. нефтянщик (с) нет такого слова понравилось Как загнуть хуй винтом? А то у меня прямой, наверное, женщинам неинтересен… Gagagagaga. кольман, найди хитрую жопу… Это Нови должно понравиться. Почему, Рамон Иванович? Алые простыни, слим сигареты, перемигивания о жопоебли — это, конечно, всякому понравится. А замысловатая топография хуя лирического героя просто не может не вызвать научный интерес, вкупе с желанием дотошно исследователь капризную траекторию этого, и без того, загадочного органа. вот оно как… А еще, как прочие кулинары заметили, — желе живота — это совсем не секси, если ты не медуза, а у медуз животов в принципе и нет — только верх, низ, а посередине субстанция. Бывает, прогуливаясь по пляжу, встретишь такую мертвую медузы, наступишь кончиком босой ноги на шершавый ее верх, придавливаешь слегка и понимаешь — вот она субстанция, вот оно мертвое внутреннее желе странной рыбы-не-рыбы. И колышешь его тихонько пальчиком ноги, колышешь, думаешь о бренности — что вот вчера, возможно, эта самая бывшая медуза рассылала свои жгучие медузьи яйца, что так любят приклеиться к твоей гладкой загорелой коже — и жечь, жечь, жечь. А теперь лежит мертвая и глупая, а ты думаешь о том, как все проходит, о бренности, о быстротечности. А вы — все ебле, ебле. *о ебле, о ебле. криvые трамvаи... аvтар, однако, джентольмен. vозможно, что и vо фраке, гыгы Ноvи, приvет! Из комментов поняла, что Нови давид жырных баб на пляже. Из комментов понял, что Нови — Давид? Сорри. Давит, конешн. Глокая Куздра: да какая разница — Давид, Давит? Мы то знаем, что человек хороший.Гыы. Нови-Давид и Нови-Давит — это два хороших человека, Шева. «Необузданной блядью скачешь, словно молодая кобылица», «как две улитки держали друг друга за спины», «походки, грациозно-размереной, как у самки кита», «трещим словно свечи», «засыпаю я на большой, словно дехканин на арбузном поле, груди» *смакую* Подружка, канешна, не в бровь, а в глаз. С груди величиной с большого дехканина поржала в голос дажэ. Нови ну кто тут о ебли то, а? я именно про бренность свою, про бытие про смысл жизни, который ищщу Joy Molino это не картинки, сударыня, картинки лишь во снах, о море Спасибо. Я читаю с радостью с предвкушением всегда. Спасибо еще раз. «До одинадцати утра пятницы я бурю тебя, как нефтянщик родину.»(c) — я когда-то тоже так искал смысл жизни. Но потом, почему-то заебался ... Кстати, искал я его обычно до одиННадцати. И бурил их всех, как нефтяник родину, боясь напороться на клофелинЩиц. Товарищ Маркадер. Рамон Иванович. Останавливаться никогда не надо. Смех в душе, да весна в яйцах. Пока в нас будет огонь-мы будем жечь. Да так как-то. С образаме у афтыря нормально. Но это чота не лучшее. Еше свежачок Глава 4. Хранитель чужих теней
Эльза приходила в четверги. День, когда городской архив, где она проработала сорок один год, закрывался на два часа раньше. Она входила неслышно, как будто боялась нарушить тишину, которая была ее естественной средой обитания.... Глава 3. Человек, который смеялся в такт
Марк не входил - вваливался. Дверь распахивалась с таким звоном колокольчика, будто ее вышибли плечом, и он появлялся в облаке ночного холода и показной энергии. «Эй, народ! Кто тут еще не спит? Оплакиваем свою трезвость?... Глава 2. Архитектор пустых комнат
Виола носила бежевое. Не цвет - категорию. Песочные кашемировые джемперы, платья оттенка wet sand, пальто цвета небеленого льна. Она была человеческим воплощением moodboard для скандинавского интерьера: гармонично, дорого, безупречно и абсолютно нечитаемо.... Засунула его член себе в рот и как курица начала кивать, может в конце ещё яйцо снесёт. Тьфу. Никакого умения. Плюнул. Забрал свою игрушку у неё изо рта и пошёл в туалет. Сам может справится не хуже. Пока дрочил, думал о маминых котлетах. Кончил быстро, в висках приятно застучало.... «Последний причал. Бар «У Хелен»»
Глава 1. Тот, кто ждет лодку Леонид входил в бар с точностью отлива. В семь тридцать, когда последний розовый отсвет на воде гас, превращаясь в свинцовую гладь. Он вешал на вешалку старомодное пальто, сбивал с ботинок невидимую пыль и занимал столик у второго окна.... |


Спокойной ночи, малыши.