Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

Х (cenzored):: - Вкусная месть

Вкусная месть

Автор: Главный гавнюк
   [ принято к публикации 20:57  26-11-2010 | я бля | Просмотров: 446]
Вкусная месть
Насилие порождает насилие

Кинг Мартин Лютер


Анатолий вышел из душного офиса фирмы «Резиновый мир». Самое приятное время на работе — обеденный перерыв. Даже у директоров. Но Толику было хреново — на днях трагически погиб кореш и друг детства Григорий. Его тело, разорванное медведем, нашли в лесу. Гриша любил охоту, вот и доохотился, блин.
Толик поспешил в кафе через дорогу, по пути говоря по мобильнику о кинетике процесса нарастания прочности резины. «Нигде от работы покоя нет»,- предприниматель повесил трубку, и взгляд его упал на симпатичные женские ноги за соседним столиком. Анатолий проглотил слюну и поднял глаза. Верхняя половина была подстать нижней. Девушка улыбаясь смотрела на него. Толику стало душно и он расслабил галстук. Не долго думая он подошел к мадам и представился:
- Анатолий. Директор крупной производственной фирмы. Он всегда называл свою должность, чтобы произвести впечатление на незнакомок. Единственное, о чём он умалчивал, это о своей продукции — гандонах.
- Анастасия. Врач-терапевт.
Через 5 минут они уже беседовали, как старые знакомые.
- Ты сильно сейчас занят?
- Да нет. У меня сейчас перерыв
- Не хочешь поразвлечься?
- Смотря что ты имеешь в виду?
- Как ты относишься к нестандартному сексу?
- Это типа садомазо?
- Нет. Гораздо интереснее. Есть одно местечко
- Ну ты меня заинтриговала. Пойдём! — недолго думая согласился Толик, любитель женщин, виски и зарубежного рока.
Через полчаса машина Анастасии подъехала к воротам заброшенного шинного завода.
- Дальше пешком,- девушка томно облизнулась
- Куда ты меня привезла? Неужели нет место поприличней?
- Тебе понравится, вот увидишь.
Они прошли на территорию завода, поднялись по какой-то ржавой лестнице и, наконец, попали в небольшое помещение. Всё здесь напоминало разруху времён перестройки. Со стен слезла штукатурка, обнажив каменную кладку со следами плесени. Окна комнаты были забиты полусгнившими досками. Судя по старым полуразвалившимся камфоркам, здесь когда-то была кухня заводской столовой. Девушка начала быстро раздеваться. Анатолий пожал плечами и приступил к делу. Хоть обстановка его не воодушевляла, пердолил Толик её от души, слегка попёрдывая и брызжа слюной на высокую женскую грудь. Он имел Настю долго и в разных позах, пока его хуй жалобно не начал просить сделать передышку. Толян внял совету младшего брата, устало завалился на холодный кафель и закрыл глаза. Сон пришел внезапно – сказалась напряженная работа с постоянным недосыпом…
Анатолий проснулся и понял, что с трудом может пошевелиться. Рядом валялся шприц. Значит он выключился не сам. Тупая боль заставила его бросить взгляд на левую руку и застыть в немом ужасе. К горлу подошёл ком, стало трудно дышать. В месте предплечья он увидел кровавую рану. Из оставшегося куска руки торчали кости вперемежку с мышечной тканью и жиром. Всё это было обильно окрашено алым. Толик не сразу понял, что это его кровь. Перед глазами начало всё плыть. Потом раздался крик…
Он открыл глаза. Сознание медленно возвращалось к мужчине. Это кошмар, ему просто приснился кошмар. Боль вернулось и он понял, что это не сон. Анатолий попытался встать, но понял, что чем-то связан. Тросы. Такими на стройке подымают плиты. Толя огляделся. Водопроводная труба. Батарея. С потолка капала бесцветная жидкость. Он пытался вспомнить, что произошло, но не смог. Темнота. Ему почему-то важно было узнать день сейчас или ночь. Толян позвал на помощь. Его крик растворился в пустоте. Он снова отключился.
Толик плыл на плоту. В руках у него было тяжёлое весло. Вода почему-то была красного цвета. Вдруг сзади из воды появилась огромная пасть усеянная острыми клыками. Громко клацая, чудище поплыло на Толика. «Вот бля, пиздец!»- Анатолий шустро заработал веслом. Но вода, а точнее кровь, наклонилась и он с трудом справлялся с течением. Чудо-мудо стремительно приближалось. Хрясть! Клыки сомкнулись на левой руке. Жуткая боль пронзила парня. Плот перевернулся, и Толик оказался в липкой кровяной жиже. Отовсюду начали выплывать человеческие кости с черепами. Толя начал захлёбываться и погружаться в кровь.
В лицо ударил поток воды. Анатолий открыл глаза. Как ни странно боль в руке не ощущалась. Он скосил туманный взгляд налево. По обрубку руки ползали белые опарыши. Его замутило.
- Проснулся, красавчик!- голос Анастасии прозвучал неожиданно громко.
Анатолий не сразу понял кто перед ним.
- Это ты? Что…Что происходит? Где я? Где моя рука?
- Ого, сколько вопросов. Но не всё сразу. Как самочувствие? Ты наверное проголодался? Всё-таки трое суток прошло.
- Сука! Что всё это значит! Развяжи меня!- Толик дёрнулся, но тросы держали крепко. Не обращая на него внимание, Настя достала миниатюрную микроволновку и поставила на пол рядом с разъёбанной розеткой.
- Нам повезло, здесь есть электричество!- радостно воскликнула девушка. Достав из пакета миску и какую-то хрень, она включила микроволновку.
- Объясни мне что, бля, происходит,- уже спокойно спросил Толик.
- Всему своё время. Ты всё узнаешь,- Анастасия вынула из печи миску и положила рядом с Толей. Еда напоминала котлету и пахла вкусно. Мужчина сглотнул слюну — есть хотелось очень сильно, но что-то его смущало.
- Что это?
- Ты спрашивал про свою руку. Это ответ на твой первый вопрос,- спокойно ответила Настя,- ешь, ешь, другой пищи не будет.
- Дрянь! Падла! Я тебя, сука, урою! Тварь!- кричал в истерике Толик в след уходящей девушке…

Он не знал сколько прошло времени. Пару раз Толя обмочился. Срать ему не хотелось — просто было не чем. Он кричал и пытался освободиться от крепких тросов. Но всё без толку. Ужасно хотелось пить и есть. «Чёрт! Ну не буду же я есть самого себя», — мысли роились в голове, как в тумане. Время шло и вскоре инстинкт выживания победил разум…

Вдали раздавались гулкие шаги. Они приближались и звук нарастал. В этой тишине всё слышалось особенно чётко и громко. Толя с надеждой смотрел в тёмный коридор. Из сумрака появилась Она.
- Ну как ты тут? Соскучился? О, я гляжу, ты всё съел, — у Насти было хорошее настроение. Анатолий отвёл взгляд. Говорить он не мог и не хотел.
- Ты не рад меня видеть? А у меня для тебя сюрприз,- в руках у Насти появилась ножовка по металлу. В глазах у Толика прочитался ужас.
-Да ты не бойся, она острая, только из магазина. Так что всё будет быстро!- девушка присела у ног парня и приготовилась к распилке. Мужчина хотел дотянуться до шеи Насти, но не мог. Анастасия пилила ловко, словно делала это не раз.
- Не дёргайся, красавчик, а то будет только больнее,- Настина ножовка медленно, но верно погружалась в плоть Толиной ноги,- ты сильно похудел за это время, тут мяса тебе на пару раз всего. Ну, ничего, с голоду я тебе не дам сдохнуть. Дикий крик парня неожиданно оборвался. Он потерял сознание. Настя допилила конечность, аккуратно сняла кожу, отделила кости от мышечной ткани и, промыв приготовленной водой, положила деликатес в микроволновку.
Анатолий не знал сколько времени он провёл в этом страшном плену. Но он точно знал, что будет когда сознание в очередной раз вернётся к нему. Приход Насти; приготовление «пищи», сопровождаемое адской болью; отключка; приход в себя; употребление своего мяса и снова небытие. Анастасия давала ему воду, чтобы не было обезвоживания организма. В еде она тоже проявляла разнообразие: после отрезанных ног в ход пошёл язык, печень, легкое. Язык был оторван острыми клещами, а печенка вырезана канцелярским ножом. Девушка хотела скормить ему кусочек головного мозга, но была не уверена сможет ли он перенести операцию. Настя старалась сделать всё аккуратно, не задев другие органы. Получалось довольно неплохо, всё-таки пять лет мединститута за плечами. Удивительно, но постепенно Толя привык к такому существованию. Анастасия стала обрабатывать и заклеивать раны, чтобы Толик не умер преждевременно от заражения или потери крови. Хотя ему уже хотелось сдохнуть. Его волновал один единственный вопрос — ЗА ЧТО?
Настя это знала, но ничего не говорила.
В очередной раз послышались шаги. Лицо появившейся девушки было серьёзно, как никогда. Она взглянула на Анатолия, точнее на то, что от него осталось. Нетронутым у мужчины осталась только правая рука, привязанная к батарее.
- Зайка, похоже тебе скоро придёт пизда,- Настя внимательно смотрела в глаза Анатолия. В его взгляде читались отрешённость и похуизм.
- Я пришла сказать тебе, почему ты здесь. Два полупьяных студента и тринадцатилетняя девочка. Июль. Ровно 15 лет назад. Вспомни — Настя подошла и отрезала самый ненавистный орган в его теле. — Кстати, твой друг Гришка недолго мучался, слабеньким оказался.
Девушка ушла, а до Анатолия стали доходить её слова. Он всё вспомнил. И всё понял.







Теги:





0


Комментарии

#0 15:36  27-11-2010Яблочный Спас    
планктон. прости пожалуйста, это сатирическое произведение, надеюсь?

Комментировать

login
password*

Еше свежачок
12:53  27-04-2017
: [10] [Х (cenzored)]
Ганюшкин с силой распахнул окно, и привычным движением снял со стены плазму. Со словами: "иди полетай", он выбросил телевизор с восемнадцатого этажа.
Что странно, плазма, не стала планировать, а полетела вниз камнем. Достигнув земли она совершенно бесшумно разбилась в пыль....
Ближе к полудню барыня Татьяна Алексеевна проснулась. Не открывая глаз она прислушалась к непонятным процессам внутри своего организма. Внезапно ее стошнило и она вырвала,успев лишь повернуть голову, чтобы не испачкать подушку.
«Неужели отравилась шампанским?...
С берёзы брызжет сок обильно,
По банкам в сумрачном лесу,
Весна. Нетронуто либидо,
Хоть член срезай на колбасу.

В траве клещи хранят истому,
В преддверии больших чудес,
С надеждой впиться в чью-то жопу,
Зашедшей обосраться в лес....
поэтесса-стрампонесса,
метр семьдесят, без лишнего веса
составит компанию поэту
и ей нужно конкретно вот это:

адекватный би-универсал в заход,
без лишних рифм, но "полиГЛОТ";
для дружбы и интима-
не проходите мимо.

Фейсситинг обязательное условие!...


...В субботу друг Рафа Шнейерсона Тит привел пару первоклассных девиц.


Где он их взял?


Почему Тит не приводил таких красоток прежде? Например, тогда, когда Рафу было тридцать?.. Или сорок? Или пятьдесят? Или даже – шестьдесят?...