|
Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее
|
Литература:: - конец интеллигентного человека
конец интеллигентного человекаАвтор: Абрам Демьянович Аристарх Петрович долго не мог понять: где же он очутился? Вокруг было очень темно, хоть глаз выколи, и очень сыро.Ясно было одно - выбраться отсюда самостоятельно он не может. Как всякий интеллигентный человек, Аристарх Петрович определил, что разгадку надо искать логическим путем и принялся вспоминать события уходящего дня. Сперва, когда он сидел на кухне и с упоением гонял в полости рта овсяную кашу, младший внук его, Тотошка подлетел сзади и что было мочи шлепнул дедушку по лысому темечку. От такой неожиданности, Аристарх Петрович немедленно поперхнуля кашей и, закашливаясь, начал разбрызгивать содержимое рта (и горла) по кухне. Тотчас в кухню влетела ничего не понимающая Марья Аристарховна. По скудоумию своему она было решила, что папаша ее блюет, так что быстро выхватила кастрюлю с плиты и, неожиданно для себя, швырнула ее на стол перед Аристархом Петровичем. Быстрота же ее броска была обусловлена не тем, что она сильно боялась за кухонные стены, их и так надо было перекрашивать, а тем, что жена Аристарха Петровича, Ия Павловлна, двадцатю минутами раньше решила сврить пельменей и поставила воду в кастрюле закипать. Ну так вот, значит, Тотошка ржет как неугомонный в комнате, Марья Аристарховна в тщетной попытке исцелить обожженые руки хватает домочадчев за мочки ушей, Ия Павловна орет что-то про пельмени, а бедный Аристарх Петрович, сложившись пополам от кашля и ожога ног и мошонки, бьетя лбом о стол и тихо поскуливает. Никто из домочадчев никогда не обращал на Аристарха Петровича особого внимания. Его даже не замечали. Вот и в этот раз - Машка пустилась в спор с женой из-за кастрюли кипятка, Тотошка тем временем отчаянно пытался лягнуть пяткой из дверного проема Аристарха Петровича, который по-прежнему задыхался, а тут еще пожаловал тесть, с радостным известием о том, что построенный непосильным трудом Аристарха Петровича загородный дом наконец-то продан, и они с Машей и Тотошкой наконец-то отправятся на Соловки. Аристарх Петрович продолжал корчится от боли в мошонке. Как всякий интеллигентный человек, Аристарх Петрович логически определил, что семья свела его в могилу. Теги: ![]() 0
Комментарии
#0 11:17 28-05-2004Капитан Underground
псевдолирика а почему такие имена придумывают? Почему не Александр Иванович?или Михаил Иванович? Почему всегда какие то Сигизмунды Парфирьечи? хуйня Страшные люди. Нравятся мне такие темы. * позвоните родителям * Хуйня внатуре. А мне понравилось. Пездато. Автор - молодетс. и мне понравилось. как-то по децки наивняк. Зашибись написал. Малацца. Машка... Тотошка... Да... кг/ам Смиялсо! Здорово напесал! Еше свежачок ГЛАВА 27
ЗАПАДНЫЙ ОТВЕТ Апрель 1936 года, Лондон, здание Форин-офиса Сэр Роберт Ванситтарт отложил папку с донесениями из Москвы. Вечерний свет падал на полированный стол, подсвечивая тревогу в его глазах. - Их предсказания сбываются с пугающей точностью, - он обвел взглядом собравшихся.... Бабушка Марфа Петровна пироги пекла не по рецепту - всё на глаз. Муки четыре жмени, чтоб тесто липло к пальцам, но не слишком; сахара - чуть с горкой, чтоб душа радовалась; дрожжей - ровно столько, чтоб к обеду тесто трижды подошло и каждый раз она его сердито осаживала деревянной лопаткой - типа не зазнавайся!...
ГЛАВА 26
НОВАЯ ИГРА Апрель 1936 года, Московский вычислительный центр Первые лучи утреннего солнца заливали зал, где машина пробуждалась после долгой перезагрузки. Но теперь ее гул звучал иначе - мягче, с какими-то новыми, почти музыкальными обертонами.... ГЛАВА 21
ОПТИМАЛЬНОЕ ОБЩЕСТВО Апрель 1932 года, Московский институт генетики Профессор Вавилов сидел за своим массивным дубовым столом, пальцы сжимали края документа. Бумага была плотной, с аккуратно проставленными штампами НКВД. - «Программа оптимизации генофонда населения СССР», - он поднял глаза на молодого сотрудника в форме....
Ночь в селе Карденахи была черна той первозданной чернотой, что предшествует самому́ сотворению мира, — чернотой, в которой ещё не было ни слова, ни света, ни имени вещей. Стояла та доисторическая, влажная темнота, какую помнит лишь красная глина Колхиды да виноградная лоза, чьи корни уходят в такую глубину, где нет уже ни грузина, ни грека, ни перса, а есть лишь сама земля, дышащая своим медленным, тысячелетним дыханием.... |

