ТАРКАЛ

Автор: Сергей Маслобоев История эта будет про кота. Лет пять назад капитанил я на одном маленьком судёнышке.
Появился кот у нас, как только мы вышли из порта. Меня до сих пор не покидает мысль, что пришёл он не случайно. Ему просто нужно было перебраться с одного берега Финского залива на другой.
Моряки – народ суровый, но именно поэтому животных очень любят. Часто можно встретить на судне котёнка или щенка, который, разумеется, — всеобщий любимец. Но этот зверь уже на второй день восстановил против себя всю команду. Толком-то и рейс ещё не начался, в экипаже не осталось уже ни одного человека, у которого бы он что-нибудь не украл или не нахулиганил в его каюте. Кличку ему дали странную. Таркал. Кто придумал это слово, выяснить не удалось. Как и никто не смог объяснить его смысла. Но по своему звучанию оно удивительно соответствовало его характеру. И что уж совсем непостижимо, откликаться на него он стал сразу.
На третий день после своего появления этот серо-полосатый негодяй обнаглел окончательно, пометив дверь каюты старпома, человека, отвечающего за чистоту на судне. Когда я подошёл на шум, кот сидел с прижатыми ушами в углу коридора, видимо, понимая, что все пути к отступлению у него отрезаны. Недолгий суд возмущённых моряков был закончен единодушным вынесением смертного приговора через выбрасывание за борт. Оставалось только выбрать палача.
-Что здесь происходит?-
остановился я пред негодующей толпой.
-Саныч! Ну ты посмотри, что гад творит. За борт его, да и дело с концом,-
горячился старпом, вытирая носовым платком вспотевшую лысину.
Кот уставился на меня своими бездонными круглыми глазами. Я где-то читал, что некоторые животные обладают способностями гипнотического воздействия, но сталкиваться с этим мне не приходилось. В этом взгляде было всё. Было полное осознание, что его судьба сейчас зависит от одного моего слова.
-Мужики, а не жалко? Всё-таки живая тварь,-
мои слова потонули в возмущённых возгласах.
Но к этому времени я уже успел переболеть той детской болезнью, когда капитан, заботясь о своём авторитете, считается с мнением команды. Поэтому, не глядя ни на кого, я обратился прямо к подсудимому.
-Иди за мной,-
повернулся и пошёл по коридору.
По тому, как удивлённо стихли людские голоса, даже не оборачиваясь, я понял, что кот выполнил моё распоряжение. Дойдя до своей каюты, я открыл дверь:
-Вот здесь будешь жить, если вообще хочешь жить.
Он внимательно осмотрел, пожалуй, единственное на этом судне помещение, где ещё не успел побывать, и довольный прыгнул в кресло, сам определив себе место.
Ничего. Рейс короткий. Скоро будем в порту. Как-нибудь переживём и это. А лишний грех брать на душу ни к чему.
-Капитану просьба подняться в рубку,-
заговорила судовая трансляция, оборвав мои размышления.
Захватив фуражку, я быстро пошёл наверх. Судно, завывая сиреной, пробиралось сквозь плотную завесу тумана. Взмыленный второй помощник метался между локатором и штурманским столом. Я сразу включился в нашу нелёгкую судоводительскую работу.
К вечеру видимость улучшилась. Когда на вахту заступил старпом, у меня наконец-то появилась возможность немного отдохнуть. Каюта встретила меня теплом и урчанием проснувшегося кота. Усталость гудела в голове немереным количеством выкуренных за сегодняшний день сигарет.
-Выпить, что ли, а то ведь не засну,-
подумал я, доставая из настенного шкафа начатую бутылку водки и рюмку.
-Но пить в одиночку, как-то не то,-
сразу же встала передо мной извечная проблема русского человека. А в гости никого зазывать не хотелось, да и некого было.
-Таркал! А может, ты примешь за компанию?-
сначала пошутил я, а потом достал из аптечки пузырёк с валерьянкой, налил в чайное блюдечко и поставил на стол. Кот как-то удивлённо встрепенулся и тут же оказался рядом.
-Ну, парень! Ты даёшь. Раз такое дело, мы сейчас с тобой пожевать что-нибудь сообразим,-
рассмеялся я, вынимая из холодильника кусок колбасы.
Но закуска не потребовалась. Всё было кончено в одно мгновение. Таркал, по-молодецки широко раскинув передние лапы с выпущенными когтями, спал, уткнувшись в блюдо оскаленной пастью. Его хвост обессилено свесился со стола.
Свою порцию принимать мне всё-таки пришлось одному. Бережно уложив своего неудавшегося собутыльника в кресло, я сразу же забылся коротким, неспокойным сном, как только коснулся щекой подушки.
Утро закружило суетой обычных забот, связанных с заходом в порт. Освободился я только после обеда. Кота в каюте не было. Он исчез также внезапно, как и появился, оставив
мне на память остро пахнущее пятно на кресле. Но я на него не обижаюсь. Чего по пьянке
не случается? Всё-таки было в этом звере что-то такое, что заставляло его уважать.