Пять дней в Москве

Автор: Dodi Вылетевший из Алматы самолет через четыре с половиной часа приземлился в аэропорту Шереметьево. Я впервые в Москве. Неожиданная задержка на паспортном контроле: я не похожа на фотографию на своем удостоверении. Женщина в форме долго изучает мое лицо, настоящее и черно-белое, десятилетней давности. Я тогда моложе и лучше, кажется, была — усмехаюсь. Строго: «Не смейтесь. Поверните голову. В другую сторону». Позвала двух коллег. Странная сцена – трое стоят и серьезно, молча на тебя смотрят. Зоопарк. Мне это льстит немного, давно мое лицо не вызывало столько интереса. Мелькнула мысль – не пустят? Взрывчатку будут искать? При моем везении все возможно. Один раз за сорок лет решила сделать себе подарок и сделать то, чего действительно хочется. Всего-то съездить на концерт любимого певца и одновременно проведать любимую сестру. Когда два месяца назад мы с ней узнали, что певец в рамках турне будет выступать в клубе Б1, мольбы сестры «приезжааааай» стали невыносимы, эта атака сломала мой мозг, в конце концов мне стало лень отмахиваться от ее доводов и нытья, и я заказала билет. То есть я не поехала на море, на эти курорты с миллионами праздных лиц или на какие-нибудь лечебные воды с их невыносимо тоскливой обстановкой в компании своего ребенка, а прибыла в один из центров мировой культуры, обогатиться духовно, так сказать.
Ух, кажется, все. Пропустили. Выхожу в общий зал, стоит сестренка. Какая же она маленькая в этой толпе. Рот до ушей, по обыкновению. Обнялись, идем рядом «Ты? Нет, это правда ты? Не верю, неужели я тебя вытащила?» Садимся в маршрутку, едем на Речной вокзал. Там в девятиэтажке она снимает квартиру напополам с бывшей сотрудницей, Натальей Михайловной (она бывшая землячка). Заходим. Квартира, как бы это сказать помягче, неухожена. Что заставляет человека, имеющего превосходное жилье в новом доме в южном красивом городе, снимать такое убожество? Там вся родня, и работа найдется, а ведь здесь после оплаты съемной комнатки остаются какие-то копейки. Ну да ладно, все разговоры потом. Они с НатМих подготовились к моему приезду, съездили в Ашан, закупили семги и салатов. Я привезла курагу и чернослив, а также по заказу казахстанский коньяк и казы, деликатес из конины. Причем одну штуку сварила перед отъездом, чтоб не ждать. Посидели отлично. НатМих оказалась поклонницей Серова, а я люблю людей с небольшим приветом. Его фотки везде -у нее над кроватью, на рабочем столе, на мобильнике, есть небольшая и на общей кухне. Она общается с фанатками на форуме, таскается на концерты по городам и весям и называет своего кумира Сашкой. Когда нам надоедает тема ямочки на подбородке, мы закрываемся в своей комнате и составляем План.
День первый. Сестра отпрашивается с работы. Выходим, метро совсем рядом. Через несколько минут мы в центре. Так. Куда мы идем? Боже, какой адский холод. Ветер пронизывает до кишок. Сестра покупает мне беретку и перчатки в переходе. Мы гуляем по Арбату. «Слушай, холодно. Здесь есть какое-нибудь местечко за углом?.. Барчик где можно выпить стаканчик?» Меня не ведут в прекрасные барчики, меня заставляют смотреть на матрешки, буденновки и ушанки, мы смотрим на какие-то картинки и слушаем самодеятельность. Все это есть и у нас. Потом, сжалившись, меня ведут в помещение. Какая-то Шоколадница. Я вздыхаю. Это совсем не то, чего я хотела. Но, привыкшая проводить время с пользой, рассматриваю местную молодежь. Вот парень с кудрявыми волосами до попы привел девушку в кольчужном жилете. Они бледны, он читает вполголоса стихи. Вот четверо девушек общим весом килограммов так сто пятьдесят в компании молодого человека, он изо всех сил пытается их развеселить, но сил на смех у них нет вероятно вследствие анемии. Я наконец выпиваю положенный в таких местах шоколад и предлагаю покинуть гламурную обитель.
Идем дальше. Проходим мимо Театра Сатиры (кажется). Доходим до серого жилого дома. Здесь, как мне радостно объявляют, находится музей Булгакова. Мое увлечение этим писателем прошло, но все-таки… Окунуться не мешает. И что? Ну, вещи его личные, перчатки жены, пыльное пианино и так далее. Скучновато. С радостью вижу в центре квартиры что-то типа буфета, но там полагается пить чай с пирожными. Уходим, я с четким пониманием того, что в музеи известных писателей мне ходить не надо. Вечер того дня все-таки удался, меня повезли на Белорусский вокзал, повели в какой-то закоулок, и там во дворе старого дома я увидела возле обшарпанной двери надпись ручкой на обрывке бумажки – Чайная. Это была прекрасная, стильная китайская чайная, погружающая в фильмы Вонга Карвая, и, разумеется, мы не стали заказывать чайную церемонию.
День второй. Сестра пошла на работу. Я, предоставленная самой себе, повлеклась на метро.Сделала вывод, что спрашивать дорогу бесполезно. Каждый восьмой был приезжим, а остальные что-то мне не попались. Тем не менее добралась до Третьяковки. И тут, как выразился советский классик, меня охватила прелесть…. Никогда раньше не думала, что такое возможно… Бабушкин сад, Грачи прилетели, Март, Девочка с персиками, Утро стрелецкой казни. Они такие маленькие были в конце школьных учебников. Сейчас от силы впечатления у меня текли слезы. Около пяти часов я ходила по галерее. Посетители были из интеллигенции, очень советского вида, много приезжих. Были там гиды, довольно нелюбезные, одна даже решила, что я подслушиваю ее рассказы о Крамском (смешная) и ревниво сделала мне замечание. Но это не смогло испортить мне настроения и убеждения, что приехала в Москву не зря.
Вечером мы с сестренкой пошли в театр. Надо сказать, что сестра моя заядлая театралка. И решила во что бы то ни стало показать авангардную постановку. « Приобщимся!» решили мы и пошли. Это был Демон. Мы сидели на стульях вокруг круглого отверстия с перилами (театр вообще находился где-то в центре и был очень красивым) и смотрели сверху вниз. Там молодежь резвилась вовсю — они пели, изображали рождение из яйца, что-то рисовали на сцене, оказавшейся изготовленной из огромных листов ватмана, рвали слой за слоем, потом его жгли и проч. Их фантазиям не было предела. Какое отношение все это имеет к лермонтовскому произведению, осталось для меня загадкой.