Гурийская зарисовка

Автор: Чхеидзе Заза Славный, прекрасный край Гурия !
С запада и розового востока полукольцом охватывает его высокая гряда гор, синих, как само чистое небо. Словно гигантская зыбкая гребля, тянутся горы нескончаемым кружевом зеленых склонов и темных задумчивых вершин. А на юге душистая равнина полей простерлась до самого моря…
Солнце здесь светит щедро, и лучи его стелются по земле тепло, ласково.
В мареве пыльцы волнуются моря пшеницы и ржи, глухо, как сосны, шумят зеленые рощи кукурузы, и переливчато играет на солнце изумрудная рябь луговых трав. А вверху несмолкаемый щебет бесчисленных птиц, — иным из них и названия то люди не знают.
В долине, у подножья гор, меж разноцветными коврами рощ, лугов и левад, серебряной лентой вьется Супсис-цхали…
Река течет широко, размашисто, и воды ее тоскливо шепчутся на отмелях, словно рассказывают горам и равнинам какую-то вековечную кавказскую сказку. Там и сям неспокойная ширь реки делиться вдруг на несколько речушек,- точно ищет длинными руками удобного пути для своих серебряных струй. А найдя воды, спешат снова сойтись в одно просторное русло и спокойно текут дальше, до новых преград — разлучниц.
По берегам Супсис-цхали жмутся одно к другому тесные гурийские села. Размытые дождями каменистые дороги, из тех о которых можно подумать, что ведут они к краю земли. Местами слышен шум выкатывающейся волны из гор и разбивающей их об скалистые берега реки. Вдоль протопа виднеются из зелени фруктовых деревьев добротно сложенные дома, а местами открываются лесистые низины.
Крыши многих домов до сих пор украшены оцинкованными жестяными звездами. Несмотря на то, что хозяева многих из них навсегда покинули этот край, еще можно встретить здесь в зеленых переулках между садами чьего-то породистого жеребенка или важного вола.
Но с тех пор как их построили, довольно много прошло времени и перед воротами большинства из них хозяина не докричатся.
Добрая, веселая гурийская земля, да невеселы уже гурийские села…
Со всех сторон окружили села неоглядные виноградники городских господ. За оградами у каждого особняк с роскошным фруктовым садом, и обвязывают виноградники погреба, гумна и сады.
Тихо, спокойно течет чистый Супсис-цхали в солнечный погожий день, но беда селам, когда в горах выпадет большой дождь и надолго затянутся они грязно-серой мглою…
Тогда пожелтевшая река срывается с мокрых гор, как бешенная, и устремляется в долину мутным бурливым потоком.
И горе тогда прибрежным селениям, горе избам, оградам и с трудом возделанной землице! Злобно ревя, вода сметает деревянные курятники и сортиры, как никчемные игрушки, остервенело рвет, кромсает беспомощные помидорные кустики, точно хищный зверь добычу в лесу.
И бывает, уйдет уже с гор бурая туча и волны Супсис-цхали снова станут чистыми, серебряными, а черное отчаяние и горькие жалобы людские все бродят по отлогим, усыпанным галькою берегам…