Под черным потолком

Автор: космополит — Ты окончательно уверен в концепции? – спросила Таня, осматривая незаконченный ремонт. – Я совершенно не критикую выбор цвета, но будь готов пострадать за свою оригинальность.
Она осторожно ступала по расстеленным на полу газетам, и лавируя между пирамидами строительного мусора, скептически осматривала потолок. Андрей, судя по всему, совершенно не переживал о страданиях и с восхищением тонул в матово черной бездне. Его родители, заплатив за ремонт, уехали на две недели в Турцию, за солнечным светом которого так не хватает зимой в Украине, и оставив своего шестнадцатилетнего сына за главного, ни о чем не переживали. На время ремонта Андрей жил у бабушки, и изредка, по заданию отца, наведывался на квартиру, проверяя как идут работы. Пользуясь полнотой власти заказчика и довольно флегматичными строителями, он немного подкорректировав общий дизайнерский замысел, заполучил у себя в комнате черный потолок.
- Знаешь Танюха, это ведь не каприз, и не желание достать родителей, и даже не влияние Сартра, мне тупо нравится цвет. – сказал Андрей не отрывая глаз от своего детища.
- Ну положим в экзистенциализме я тебя не обвиняю, и вообще не пытаюсь искать причин твоего поступка, но видит бог, ты прочувствуешь всю силу гнева людей, заплативших за это деньги. – пророчила Татьяна усаживаясь на покрытый полиэтиленовой пленкой табурет.
- Да и похуй — отмахнулся Андрей. Он и сам понимал, что просто так ему это не сойдет, но был готов стоически перенести все наказания и кары.
Он пригласил Таню, как своего хорошего друга, оценить обновление и обмыть его абсентом. Восхищаясь своим бунтарским подвигом и дружеским одобрением, он довольно быстро осоловел. Таня пила меньше, но этого ядовитого пойла много и не нужно, и также быстро пришла в кондицию.
Они вместе учились в университете, прогрызая гранит наук первого курса и обедая пиццей между лекциями, прониклись друг к другу симпатией. Логичным развитием событий, стал первый сексуальный опыт двух, неожиданно осознавших себя влюбленными, молодых и в стельку пьяных людей.
В два часа ночи, лежа на раскатанных по полу обоях, не дешевых, между прочим, Андрей и Татьяна засыпали, улыбаясь, осознавая свой новый статус мужчины и женщины. Пустая бутылка, с остатками ярко зеленой жидкости подсвечивалась проникающим в комнату лунным светом. Вокруг импровизированного ложа валялись использованные презервативы. Строители должны были заявиться только в понедельник, поэтому квартира была полностью в их распоряжении, еще как минимум сутки.
Андреевы родители, неожиданно приехавшие на неделю раньше, стояли в дверях и молча смотрели на двух, абсолютно нагих подростков, спящих в обнимку. Андрей храпел, уткнувшись в Татьянины волосы. Никаких сомнений, по поводу событий произошедших накануне не возникало.
Неожиданное пробуждение сына напугало родителей, они чувствовали себя неловко и смущенно. Утренняя головная боль, вызванная жестокой реальностью подпольного производства спиртных напитков (все-таки не бывает настоящего, не опасного для здоровья абсента по сто гривен за бутылку), не могла испортить настроения. Тяжелый рвотный спазм сдавил горло Андрею, его сонные глаза немного заслезились. Ему было так плохо физически и так хорошо морально, что увидев оцепеневших родителей, он совершенно не реагировал. Укрыв спящую девушку и себя за одно обоями он приложил палец к губам, справедливо требуя тишины и показывая родителям что он сейчас к ним выйдет, жестом потребовал очисть помещение. Повинуясь его воле, сконфуженные родители, тихо прикрыли дверь в комнату, и осторожно, чуть ли не на цыпочках ушли на кухню, советуюсь по пути шепотом. За все время они так и не заметили черный матовый цвет потолка.