Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

Про любовь:: - Смешная любовь. Глава 12.

Смешная любовь. Глава 12.

Автор: s.ermoloff
   [ принято к публикации 20:31  18-01-2013 | Лидия Раевская | Просмотров: 390]
Сергей Ермолов

Смешная любовь

роман о любви

Глава 12

Я ощущал, как медленный и внимательный взгляд Наташи изучает меня. Это было приятно и страшно. Я хотел оказаться во власти своих чувств.
- Я хочу тебе нравиться, — сказала она.
- Ты мне нравишься.
- Мне нравится, что я тебе нравлюсь. И я нравлюсь себе за это. Понимаешь? Почему ты все еще не поцеловал меня?
- А тебе этого хочется?
- Нет. Мне абсолютно ничего не надо.
- Почему?
- Мне ничего не надо.
- Ты хочешь меня обидеть?
- Ну что же ты? Чего ты ждешь?
- Ты просто обманщица.
- А ты разве не любишь обманщиц?
- Нет.
Ее глаза прятали улыбку. Она умела прятать улыбку, а я нет. Мне нравятся люди, которых веселит чужая беспомощность. Мы похожи и одновременно различны.
Наташа прижала мою руку к своей и сказала:
- Слышишь, как быстро бьется мое сердце? Почему мне приходится отказывать себе в удовольствии? Хочу быть маленькой девочкой.
У меня никогда не было воображения.
- Скажи, о чем ты думаешь? – спросила она.
- Ты знаешь, о чем я думаю.
- Ты теряешь время, мой мальчик.
Она застенчиво повторила свой намек и посмотрела на меня глазами женщины, которая влюблена. Меня соблазняла ее доверчивость.
Наташа хотела помочь мне. Но я не мог ей этого позволить. Мое сопротивление ее желанию могло быть только глупостью. Глупейшее положение: женщина соблазняла, а я сопротивлялся. Любовь завоевывает хитрость. Я был робок и несмел.
Никто не может искренне признаваться в своих недостатках. Я не нашел другое объяснение своей лжи.
Моя радость была какая-то неуверенная, спотыкающаяся. Голые руки Наташи жгли мне лицо. Они лишали меня уверенности.
- Почему ты не можешь расслабиться? – спросила она. – Поверь, я знаю, что делаю. Ты мне нужен.
Наши губы соединились. И хотя губы были вместе, они не целовались. Мужчине и женщине нравится обманывать друг друга.
- Что ты чувствуешь? – спросила Наташа, — когда тебя любят?
Мне все еще было недостаточно ее любви.
Наташа положила руку мне на грудь и прижалась ногами, дрожавшими, как от холода. Ей, такой теплой, не могло быть холодно. Мое желание нежности никогда не было неожиданностью для меня.
Она погладила меня по лицу. Я поймал губами ее руку. Мое желание зависело только от нее.
- Ты сладкий мальчик. Никогда не целовала такого. Ты превзошел мои ожидания.
Только красивая женщина может заставить умного мужчину ощутить себя глупым. Мне было недостаточно только слов.
Я прижался губами к ее плотно сомкнутым губам. Они не имели никакого вкуса. Были сухие. Совсем не обязательно стараться разоблачать притворство друг в друге.
- Да, этого я очень хочу. Да, это то, что надо, — ни одна женщина не способна оценить ум мужчины.
Желание всегда похоже на жажду. Я хотел сделать с Наташей все, о чем мечтал. Впервые смысл наших отношений стал понятен для меня.
- Ты даже представить себе не можешь, до какой степени я делаю все так, как ты хочешь, — Наташа соблазняла меня даже своей глупостью.
Каждый раз, когда мои губы прикасались к ее, я почти терял сознание от счастья. Наташа должна была понять меня без моей помощи.
«Прелестные пальчики», думал я, целуя их один за другим.
Я не ожидал, что смогу так хорошо понять ее. Так хорошо и так легко. У меня было не много возможностей увлечь женщину.
Ей, наверное, казалось, что она шутит, но, держа ее в объятиях, я ощущал нечто иное. Неуверенность Наташи делало ее похожей на меня. Невозможно понять желание женщины, лишь когда она скрывает его от самой себя.
- Я хочу тебя кое-чем удивить, — Наташа старалась быть искренней только потому, что я хотел этого.
Она соблазняла меня болью. Она заставляла меня быть нежным и терпеливым. Я уже не мог делать с ней, что хотел. Я начинал бояться ее, представляя возможные последствия.
Наташа позволяла мне быть жадным. Мне нравилось соглашаться с ней. Она умела быть необходимой моим желаниям.
- Мне очень хорошо. Ты за меня не волнуйся, — женщина всегда стремится уступить мужчине.
Возникло ощущение, словно мое тело отдалялось от меня, выходило из моей власти и не хотело больше слушаться.
- Попытайся не только шептать, — попросила Наташа.
Никакого смущения я не испытывал.
Я не мог скрыть улыбку. Мальчики вроде меня неловки во всем.
Она продолжала смотреть на меня снизу вверх, с каким-то любопытством. Я хотел видеть ее именно такой – и никакой другой. На верхней губе Наташи выступили маленькие капельки пота.
Я обнял ее сзади. Мне нравился ее запах.
- Ты делаешь мне больно, — она никогда не делала ничего такого, чтобы ее можно было стыдиться.
Я не мог оставаться всегда только нежным. Меня соблазняет непредсказуемость моих желаний. Это такие слова, которые мне всегда хотелось произнести вслух.
Нужно было дать Наташе время уговорить себя. Мы оба знали свои роли. Я старался брать от любви все, что мне нравилось. Очень приятно стремиться к недостижимому.
- Ты подошел мне идеально, — она подтверждала мои предположения. Мы думали одинаково. Каждая женщина стремится увидеть любимого мужчину таким, каким хочет видеть.
- Скажи, — попросила она, — мне этого хотелось.
- Мне этого хотелось.
- Сама не знаю, что я сегодня вытворяла. Это может стать привычкой.
- Конечно, может.
- Если я позволю.
Я не представлял, что она имела в виду, да это и не имело значения. Она притянула к себе мою голову и поцеловала. Ее губы были теплыми и мягкими. Мне казалось, она знает то, что я никогда не смогу понять.
Я засмеялся, но так, что она не могла слышать. Она не видела моего лица.
- Мне нравится быть с тобой, — она наклонила голову, пытаясь заглянуть мне в глаза. Наташа любопытнее меня. – Всякое случается. Рядом с новым мужчиной следует забывать о прежнем опыте.
Я хотел смеяться, кричать и петь. Слова никого не могут убедить.
У Наташи был усталый вид, но она казалась мне более красивой, чем всегда. Мне нравилось знать, что в ее усталости есть и моя заслуга. Самой себе она старалась понравиться больше, чем мне.
- Когда-нибудь ты разлюбишь меня, — сказала Наташа. – Когда-нибудь я разлюблю тебя. Мы опять станем одинокими.
- Это невозможно.
- Зачем нам делать вид, что мы не понимаем друг друга. В словах о любви не может быть правды. В некоторых вещах ты очень много полагаешься на других.
- Не на других. На тебя.
- Ты просто большой ребенок. У тебя такое выражение лица, как будто что-то не так. Милый, я не могу, когда ты на меня сердишься. Я хочу, чтобы ты стал для меня единственным. Женщине нравится подчиняться мужчине.
Верить словам любви естественно.
Я смотрел, как она своими тонкими пальцами приглаживает волосы на висках, прихватывает их сзади широкой заколкой. От Наташи было невозможно оторвать взгляд.
Она так старательно приглаживала растрепанные волосы, что можно было подумать, будто ее волнует только прическа.
Вид у нее был усталый. И это ей шло.
Мои желания не требовали оправданий. Я вообразил, что женщина сможет изменить меня. Нужно уметь забывать о своих разочарованиях.
- По-моему ты хорошо провел время, — сказала Наташа.
- С тобой нельзя говорить серьезно. Ты всегда шутишь.
- Самой себе женщина всегда нравится больше, чем ее мужчине. Не сделать ли мне короткую прическу? Как ты думаешь?
Я молчал. Я пытался придумать оправдание своему молчанию. Иногда мне хочется пожалеть себя.
Мне нравилось ее слушать, но я нервничал, не зная, что сказать, если она вдруг делала паузу. Может быть, она боялась этих пауз больше меня.
- У тебя глупый вид, — сказала Наташа.
- Ты меня смущаешь.
- Мне все больше и больше нравится смеяться. Видно, старею.
- Дело тут не в возрасте.
- Обожаю, когда ты притворяешься сердитым. Насытил свое любопытство?
- Не любопытство, Наташа.
- Вам, мужикам, больше ничего и не надо. Скажи, что еще ты хочешь сделать со мной.
Я молчал. Не знал. Рядом с ней по-прежнему оставался неловкий мальчик. Я не мог стать другим. Не хотел.
- Ты жадная, — сказал я. – Хочешь всего и сразу.
- Что ж, плохого во мне хватает.
Это было сказано сквозь зубы. Не разжимая губ. Как она умеет. Мне захотелось обидеть ее.
- Что ж, — сказал я. – Встреча с тобой не самая удачная. Мне не особенно понравилось.
Я говорил так, когда проигрывал. А я опять проигрывал.
- Ты зря так сказал, — Наташа улыбнулась. – Еще пожалеешь.
Жалеть, конечно, не о чем.
- Я тебя не пойму, — сказала она.
- Понять меня не трудно.
- Чем красивее мужчина, тем сложнее его понять. Ты от меня что-то скрываешь. В чем дело, милый?
У нее был недоумевающий взгляд. Даже немного встревоженный. Мои признания могут оттолкнуть от меня любую женщину.
Я сам удивляюсь, как отчетливо помню все. Меня не украсит хвастовство.
Я помню ее голос. Низкий, какой-то обреченный, а глаза при этом – вниз. Голос, рассчитанный на то, чтобы пробудить жалость. Меня удивляло мое равнодушие. Я не соглашался, но и не возражал. Для меня очень важна определенность наших отношений.
Наташа молчала. Я не ожидал, что мои слова произведут на нее такое сильное впечатление.
Я испугался, что она заплачет. Но она подняла веки, и глаза были только влажны, а может – просто блестели. Месть любимой женщине похожа на месть самому себе.
Но мне нравилось, что женщина, припавшая к моему плечу, расплакалась из-за меня.
- А тебе ведь очень нравится, что я плачу, — сказала Наташа.
- Если из-за меня, то да.
- Мы стали еще ближе. Прямо как муж с женой.
Я не хотел смотреть, как она плачет. Она словно что-то ждала от меня.
Я верил в искренность ее слез. Я был добрым. Жалость засосала нас обоих. Совсем не обязательно помнить о своих обидах.
- Почему ты плачешь? – спросил я.
- Знаешь, бывает, плачешь вот так, совсем без причины.
- Я не хочу, чтобы ты плакала.
- Все, любимый, я уже не плачу.
Она замолчала и перестала плакать. Я ничем не мог ей помочь. Я ждал. Это было очень мучительно. Непонятно, что можно ожидать в такой ситуации.
Я не понимал, что означают ее слезы. Я не мог их объяснить.
Я ждал, что Наташа скажет какие-то необыкновенные слова. Мне не повезло. Не всем везет.
Я заставлял себя чувствовать жалость. Мое притворство не нравилось нам обоим. Обычно человек сам виноват во всех своих неудачах. Я чувствовал лишь свою неспособность контролировать наши отношения.
Наташа выдумывала меня так же старательно, как и я сам. Она притворялась, что понимает меня.
Она не плакала. Только ее голос был очень тихим, и я почти не слышал, что она говорила. Несколько искренних признаний всегда оказывается достаточно, чтобы разочаровать в себе женщину.
- Прости меня, — я очень ее уговаривал.
- Простить! Тебя простить! Странно.
Она больше ничего не сказала и не пыталась меня остановить. Только молча смотрела на меня. И лицо у нее было опухшее от слез, почти неузнаваемое. Необязательно стараться скрыть свою боль.
Обняв меня за шею и прижавшись щекой к моей щеке, она спросила:
- Почему ты со мной такой нехороший?
Я попытался встать, но она меня не пустила.
Не говоря ни слова, я долго-долго изо всех сил сжимал ее в объятиях. Сначала она не противилась, потом стала вырываться.
Я медленно отпустил ее.
Стараясь угадать, когда же все-таки закончится ее игра, я заметил, что она обижена. Невозможно не заметить угрозу, исходящую от беспомощности женщины. Она казалась такой незащищенной, что у меня возникло впечатление, будто все, чего я достиг перечеркнуто и нам предстоит начать все сначала.
- Я знаю, что ты скажешь: — предположила она, — извини. Вечно ты извиняешься.
- Не говори это так.
- Я не знаю, как я это сказала. Посмотри на мое тело. Тело уже не то. Не то, что прежде. Не волнуйся из-за меня, хороший мой, я абсолютно в порядке. Правда. Действительно правда.
Я понимал, что мне следовало бы вести себя иначе. Я должен был бы испытывать благодарность и выразить ее. Но я не мог. У меня никогда не возникало желания избавиться от всех своих недостатков. Я не слишком себе нравлюсь. Но я не хотел бы быть никем другим. Я не всегда понимаю, что может привлекать Наташу во мне.
Может быть, любовь делает меня лучше, чем я есть. Я люблю ее. Я действительно ее люблю. Я привык чувствовать себя любимым.
Я хочу любить. У каждого человека есть свое представление о счастье. Без Наташи я бы никогда не узнал любви. Это признание нужно мне.



Теги:





-1


Комментарии

#0 00:22  19-01-2013allo    
решил прочесть одну главу.. мде

думается, автор, любовь это совсем не разговоры о ней.

скорее это полоса нелогичных и необъяснимых пиздецов в обломках реальности. и постепенное привыкание к ним. а также секссекссекс...

#1 02:26  19-01-2013Лев Рыжков    
"Мальчики вроде меня неловки во всем" - пишет автор.

Ну, так-то тезис несомненный. Но двенадцатая ведь глава?! Почему герою до сих пор имеют мозг? Чо за нах?
#2 00:07  20-01-2013Инна Ковалец    
Ее глаза прятали улыбку.(c)

я так думаю, глаза спрятали улыбку в карман, а как иначе?

Комментировать

login
password*

Еше свежачок
15:49  29-11-2016
: [28] [Про любовь]
Хочется есть, спать или, допустим, женщину.
Когда очередная душа падает с крыши на
мерзлый асфальт.
Выскоблена. Выпоторошена.
Чем важен этот очередной помешанный?

Это он себе так решил, что мира внимание
приковано, присобачено, приворожено
к нему,
что на простыни, на библии, на коране
влага от слез к нему бедному,
неухоженному....
15:49  29-11-2016
: [19] [Про любовь]
а где-то там, в дали далёкой
жил мой солдатик бравый - Лёха
молодчик справный, валоокай

а я жила, сама с собой
в другой совсем дали далёкой

как я к нему тянула длань
чрез даль далёку и за грань
но длань не дотянула я

вот потому и не пожму
Алёшки твёрдого хуя....
07:56  29-11-2016
: [10] [Про любовь]
Взгляд козы

Хочу Вам друзья рассказать
Семейной жизни азы:
У каждой женщины есть
Особенный взгляд — козы.

Бывает, что все по чину.
Живешь ты без всякой бузы,
Но смотришь с утра на жену,
Хуякс, а там взгляд козы

Такой ебанутейший взор....
18:51  27-11-2016
: [144] [Про любовь]
...
09:34  21-11-2016
: [22] [Про любовь]
Ноябрь. Пора пересчитывать звёзды,
Несчастья, зубы, дни до начала лета,
Думать о прошлом, глотать воздух
Самого грустного серого цвета,

Смеяться, пить беспробудно водку,
Воспринимать осень, как некую данность,
Плакать, мечтать безнадёжно и кротко:
Вот закончится год, но я то останусь

В памяти лучших друзей, знакомых
Партнёрш по сексу, коллег и прочих....