|
Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее
|
За жизнь:: - Уготованное
УготованноеАвтор: Барыбино Закончен стих. Закрыты житияИстории библейского закона, Где только что перепроверил я Аллюзию на гибель Вавилона. Отточен ритм, и выдержан мотив, И дата напечатана. За холку, Как толстого котеночка, схватив, Я возвращаю Библию на полку, Туда, где перемешаны лежат, Как маски карнавала многолицы, Растрепанные сборники цитат, Стихов и прозы рваные страницы… Но день придет, и ночь придет, когда Настанут мне назначенные сроки, И я засну, как засыпал всегда, Без веры в свои собственные строки, Я буду слушать тихое рондо, Пока в канаве под раскаты грома Не пробужусь – за две минуты до Погибели Гоморры и Содома. Теги: ![]() 2
Комментарии
#0 09:20 04-03-2013no_name
рОндо. рондО нарушило начавшее складываться ощущение, да Да есть же произношение рондО. Ну что вы. Нет. РондО - это стих. А рОндо - муз.произведение. Но ваш стих никак не рондО А стих понравился. Растрепанные сборники цитат,(с) Это видимо ПСС автора. Спать в канаве возле Содома беспробудным сном очень опасно. Как-то не особо. Минус Он и слушает стих. Литгерой то есть. Еше свежачок Там, где еще (плачь, капитан, плачь…)
Не о ком будет плакать. (Варя Нау. 2013 г.) таскаю каштаны из детства твоего алиса моя с чёрным мраморным сердцем (Авось. 10.10.26 г.) *** А первый снег, что прошлых неудач мгновения, — бессилен, безнадёжен.... Не приближай последнее сиянье, -
за ним — простая серая зола. Искрящийся рассвет существованья, после заката будет только мгла. За горизонтом гулкой тишины, где нет ни слёз, ни празднеств, ни признаний всё станет белым айсбергом волны безбрежных сфер космических скитаний....
Гудил Иванович входил в учебную комнату так, как входит запах в запертый погреб — не постучавшись, не спросясь, заполняя собою всякую щель, всякую пустоту, всякую детскую надежду на урок арифметики вместо урока войны. Обоняние, самое древнее из чувств человеческих, минующее рассудок и падающее сразу в подвалы памяти, безошибочно докладывало классу: недавно, совсем недавно, варил этот человек нечто, чему нет названия ни в одном кулинарном трактате мира, — варево, замешанное на дегте, лавровом листе, ...
Часть-1
Гудил Иванович, сей любомудрый муж, кахетинец чистокровный, из тех, про кого в наших краях молвят: «человек с головой, а шапка сама найдётся», — был фронтовиком Великой Отечественной. В школе он учил детей русскому языку вовсе не оттого, что кончал какой-нибудь педагогический или самоучкой глотал филологические науки.... Весь мир вокруг казался ненастоящим. Придуманным. Как будто его нарисовал Дали, или, даже хуже, Малевич. А потом ещё плюнул и растер рукавом. Так рождаются шедевры. Когда мимо шли люди, спотыкаясь о широко вытянутые ноги спящего на скамейке человека, ноги эти самопроизвольно дёргались, а тело при этом оставалось статичным.... |

