Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

Здоровье дороже:: - Формула действия. Глава 12.

Формула действия. Глава 12.

Автор: s.ermoloff
   [ принято к публикации 22:02  14-04-2013 | Na | Просмотров: 369]
Сергей Ермолов

Формула действия

роман


12

Время настало. Вопрос был лишь в том, хватит ли у меня на эту попытку силы воли. Остановиться уже невозможно. Я справлюсь, я выдержу.
Я приближался к тому моменту, когда мой рассудок неожиданно рассыпался. Меня охватило ощущение нереальности происходящего.
Для того, чтобы прийти в себя, мне понадобилось всего несколько секунд. У меня не было выбора. Я знал, что должно произойти. Я все это уже пережил в своем воображении.
Меня раздражала собственная беспомощность. И я это понимал. Я должен что-то с этим делать. Я еще не сдался. Я не хотел впадать в панику. Это все нервы, все нервы. Я знал, что стоит мне заколебаться сейчас, и я уже никогда не решусь на это. Кому я могу пожаловаться на себя?

Весь этот день я находился в каком-то жутком промежуточном состоянии между тревожным сном и не менее тревожным бодрствованием. Когда я наблюдал за людьми, сновавшими взад и вперед по тротуару, у меня появилось ощущение, что время каким-то странным образом отклонилось от своего привычного ритма. Это сумасшествие? Возможно. Когда я говорю о своем сумасшествии, я становлюсь счастливее. Иногда мне кажется, что я казнил людей, которых создало мое воображение. Я выдумал все свои жертвоприношения.

Мало времени. Боже, его никогда не хватает. Я медлил очень долго, слишком долго.
Казалось, что от невыносимого напряжения у меня разорвется голова или лопнет сердце. Я почти не видел человека, на которого смотрел.
Он медленно повернулся и уставился на меня, облизывая языком губы. Он был так испуган, что мне стало жаль его.
Я старался избавиться от своих мучений, заставляя страдать жертвы.
Его боль была необходима мне. Я уже чувствовал желание коснуться его тела. У меня тряслись руки. Может быть, психопатия? Но в моей личности не было и следа психопатического поведения. Я даже слишком цивилизован.
Я сделал надрез. Всего лишь один. Очень осторожно.
Его тело содрогалось. Мне показалось, что он плачет. Но он задыхался от смеха. Я видел все это очень отчетливо. Я не увидел ничего необычного. Ничего такого, что могло бы послужить причиной почти гротескного выражения невыносимой боли.
Тело стремится к боли. Только боль позволяет ощутить реальность жизни. Мне показалось, что в этой идее есть смысл. Если вообще в чем-то сохранился смысл. Я не хотел продлевать его страдания. Если бы для этого не было причины. Как выяснилось, причина была. Какая-то часть меня радуется случившемуся – вырвалась на волю. Мой страх – скорее формальность.
Происходило что-то страшное. Очень долго после этой казни я не мог смотреть на красный цвет.
Мне все еще не удалось объяснить себе, зачем я это сделал. Я был неосторожен. Отрезанная голова.
Я был так силен, что впервые в жизни понял, какой бы я мог быть силой, если бы верил в себя так же, как святые и пророки.
Не смей, не смей, сказал я себе. Не подействовало. Я не знаю, кого хочу обмануть.
Но это была неплохая концовка. Очень даже неплохая.
У меня не было ощущения, что я делаю что-то нехорошее. Просто я получал удовольствие.
История эта простая. И не будем ее усложнять. Конечно, у меня есть свои развлечения.
Вся церемония длилась несколько минут. Я видел, как человек казнил человека. Общество мертвых почетнее общества живых.
Да, вышло великолепно. Я был доволен. Побеждает подготовленный.
Я очень интересный человек и веду не менее интересный образ жизни. Еще немного, и про меня услышат все.
Завершающий удар всегда важен. Его смерть застала меня врасплох. Я лежал, мотал головой из стороны в сторону, заткнув уши руками. Все во мне было напряжено до того, что я с трудом дышал. Нам обоим не повезло.
Мое лицо покрылось испариной. Я не понимал, что случилось. Я испугался и уже ничего не понимал.
А потом – тишина. Из-под его головы растекалась лужица крови. Все было кончено. И глазом не успел моргнуть. Даже быстрее.
Любой человек может вообразить: я знаю, чего хочу. Это была продуманная акция по замене одного ужаса другим. Я вовсе не чудовище. Среди людей вообще не существует чудовищ.
Мне никогда не избавиться от вопросов к самому себе. Я не смогу научиться избегать их. Мои чувства бесконечно сложнее, чем мысли. Я помню то, что хотел забыть. Скрывать правду от себя бесполезно. Я не хотел видеть себя неуверенным.
Я дышал осторожно, прерывисто, как умирающий. Было трудно поверить, что всего несколько мгновений назад мне казалось, что я полностью владею ситуацией. Не люблю оправдываться перед самим собой.
Я все тщательно продумал, но надо смотреть правде в глаза. Я стоял на коленях и беспрерывно шептал: «нет, нет, нет». Моя вина понятна только мне. Я выпустил ситуацию из-под контроля.
Лучше всего, просто краткое изложение фактов. Смерть – приз в моей игре. Смерть человека – неизбежность.
Казалось, что прошли часы, но прошло всего несколько минут. Внезапно я почувствовал, что с меня достаточно. Яснее я никак не могу описать. Но разве я осмелюсь утверждать, что мне это не понравилось? Рядом со смертью не возникает необходимости притворяться.
Я знаю, что смерть – реальность. Только принося в жертву другого человека, можно преодолеть страх перед собственной смертью. Я пережил еще одну смерть.
Конечно, все это просто рассуждения, но получается вполне логично. Каждому человеку необходимо защищать своего Бога.
Мне нравилось ощущать себя врагом жизни.
Я почувствовал легкую грусть. И больше ничего. Совсем ничего. Я был серьезен больше, чем необходимо. Желание убить не менее естественно в человеке, чем желание жить. Моя религия – смерть. Не то, чтобы я удивился. Нет. Но холодок пробежался по спине. Меня интересовало лишь моя собственная реакция на то, что произошло.
Я не мог быть только добрым или только злым.
Раньше я думал, что не способен на такое. Ну и ну, как много крови. Не надо быть таким впечатлительным, говорил я себе. Вдруг оказалось, что я не боюсь. Убийство лишь требует соответствующего настроения.
Испугавшись, я бы вел себя иначе. Я был уверен, что нашел единственно верное решение. У меня в голове не было ни одной мысли, кроме одной: я предпочел остаться в живых. Так все и должно было быть.
Подражать мне не сложно. Я знаю, что приношения жертв смерти будет продолжаться. Каждый человек может воспользоваться моим опытом. Мои признания опаснее моих казней. Я ничего не скрываю. Жизнь, подумал я, полна неожиданностей. Вот и все. Для меня ничего нового.
И мне хочется знать, чтобы вы знали. Такие вещи случаются. Человек может понять только того человека, который похож на него.

Смотрю на людей. Много ли им еще жить?


Теги:





-1


Комментарии

#0 00:04  15-04-2013Голем    
отдать борзенкову на экзекуцию.

или на препарацию, как пойдёт.

Комментировать

login
password*

Еше свежачок
12:09  19-04-2017
: [9] [Здоровье дороже]
Порфирьевич проснулся где-то в начале третьего.
Неожиданно выпав из очередного сна.
Вставать не хотелось, но Порфирьевич понимал, что не заснёт, пока не отольёт.
Что поделаешь - возраст. А точнее - простата.
Как сказал ему тогда в поликлинике врач-уролог, услышав от Порфирьевича ответ на вопрос, - Сколько раз ночью вы обычно встаёте в туалет?...
10:55  05-04-2017
: [18] [Здоровье дороже]
...
09:58  31-03-2017
: [12] [Здоровье дороже]
Когда направится последний гамадрил
Считать собой осеменённых бестий
Я вряд ли усидеть смогу на месте,
Зашифровав улыбку под бахил.

Ему чесать своих весёлых блох,
А мне смотреть на все его удачи.
Он поступить никак не мог иначе,
Пока от страсти собственной не сдох....
09:55  31-03-2017
: [13] [Здоровье дороже]

Мы работали словно бесы
Мы под корень рубили лес
Оставляя туман белесый
Вместо лиственниц до небес

Корчевали ковшами корни
Расчищая тайгу под пашню
С диким скрежетом, непокорную..
Сколько пальцев – подумать страшно
Здесь оставлено под землёю
Словно кожаных желудей
Сколько пришлых легло под хвоей
Далеко не лесных людей

Но тайга не родит пшеницу
Яровая, и та гниёт
Над беспалым мною глумится
И расслабиться не даёт

Ничего – я засею клевер
Звёздн...
Я пьян для альпинизма,
В моей берлоге розы увядают,
Идеи радикального фашизма:
Весь мир для черных,
Мир их смрад вдыхает.
Да, да -
Это было так положено,
Блестки губ на женских траурах,
Нет неизложен сам, порожено,
в казематах рук из ножен ....