Голоса

Автор: отец Онаний - И пусть все знают, что он говно и гнида,- сказал председатель. И ударил кулаком по кафедре, за которой выступал.

На этом заседание закончилось. Всё молча разошлись. Кто-то покашливал, боясь проронить неуместное словцо, кто-то вертел глазами, делая вид, что совсем не заинтересован в услышанном. Большинство же сбилось в одну большую отару и ломанулось в курилку. Там, расслабившись, они стали излагать свои мысли. Коротко. Отрывисто. И как всегда не по существу.

Говно и гнида пришёл последним. Растолкал себе место на скамейке и молча закурил. Он был угрюм. На шутки и подколы не отвечал. Только делал лицо похожим на неудачно сделанную восковую маску. Лицо изрытое морщинами неприязни. Лицо сомневающегося во всём человека. Некрасивое лицо. Действительно, посмотришь на такого искоса, говно и гнида. Совершенно точный образ.

Народ стал потихоньку расползаться по своим норам, кто в РММ, кто в аккумуляторную. Остальные задрали капоты у своих машин и вовсе свалили по домам, создав вид перманентного ремонта, которому конца - края не видать.

Говно и гнида, по паспорту которого звали Олег Со'пля, с ударением на О, остался на территории, только не знал чем себя занять. Официально его не отстранили от работы, но и работать как раньше тоже не давали.
Он ходил взад - вперёд, что-то бубнил себе под нос. Со стороны он был похож на поплавок рыбака-неудачника, у которого за весь день так ни разу и не клюнула рыба.

Вдруг из окна высунулась косматая голова председателя и он гаркнул:"ах ты ж...". Потом вроде как осёкся, пожевад мясистые губы и снова крикнул:"говно и гнида!". И исчез в окне.

Олег втянул голову в плечи и побежал. Куда он бежит, было ему не понятно. Но спотыкнувшись, он растянулся возле аккумуляторной. Отряхнувшись, он вошёл в помещение. В нос сразу шибануло резким неприятный запахом, похожим на тухлые яйца или уксус. В углу возились двое. Олег подошёл поближе, по пути подобрав увесистый кусок железной трубы. А потом по очереди он раскроил два черепа. Мужчины упали на пол даже не успев понять, что происходит. Олег поднял ёмкость с электролитом и облил обоих.

Потом он вышел из помещения, резко хватая свежий воздух.
Надышавшись, Олег пошёл в сторону РММ. Там было трое. Они втихаря выпивали и играли в домино. Никто не обратил внимание на вошедшего. Меньше чем через минуту все трое лежали с пробитыми головами. Олег допил содержимое из их стаканов, забил "козла" и ушёл.

Чувствовал он себя перерожденным. Новым человеком. Как будто распустился почкой на дереве, а кругом весна. Жизнь в нём кипела как лава. Желание идти дальше в управление было непреодолимым. Сегодня или никогда. Сегодня или никогда.

В управлении каждый был на своём месте, в своей ячейке. Олег начал с отдела кадров. Ведь любая трудовая деятельность всегда начинается и заканчивается с отдела кадров. Зачем что-то менять. Начальницу и двух её подчинённых он приговорил за пару минут. Девушки пили чай с сушками и сплетничали. Олег размозжил им головы, отхлебнул чая и ссыпал в карман сушки. Ещё с головы одной из девушек он снял заколку, которая переливалась разноцветными камнями. Олег подумал, что может подарить её дочери. Та будет рада.

Дальше были кабинеты, где в основном сидели по одному. Толстые, тяжеловесные от постоянной сидячей работы начальники быстро отдавали богу душу. Почти никто не верещал, не сопротивлялся. Как будто они уже были готовы к возмездию.

Наконец, подойдя к кабинету своего главного обидчика, Олег ощутил, что заметно устал. Правая рука, в которой он держал кусок трубы, была подвержена тремору. Да и на душе ощущался лёгкий мандраж.

Он вошёл в кабинет. И на мгновение замер на пороге. Председатель драл на столе секретаршу Татьяну. Та, закатив свои бесстыжие коровьи глаза, икала от восторга.

Увидев подчинённого, чьи руки были по локоть в крови, да ещё с окровавленным куском трубы, председатель всё понял, и резко вышел из подчиненной. Татьяна перестав искать тоже повернула голову с сторону двери.

Повисло неловкое молчание.

Потом Олег с силой швырнул своё орудие в председателя, но ушлый руководитель успел прикрыться телом секретарши. Труба с характерным звуком вошла в плоть девушки. Татьяна округлила и без того огромные глаза и мгновенно умерла.

Председатель не стал мешкать, он откинул бесполезное теперь тело в сторону, схватил увесистый дырокол и запустил в Со'плю. Мимо. Олег уклонился. Дырокол оставил выбоину в стене.

Противники начали сближаться. Олег наступал, председатель жался к стене. Тогда Олег схватил карандаш и резко вонзил его в глаз своего обидчика. Председатель застонал, попытался прорваться, но запутался в своих всё ещё спущенных штанах и упал. При падении ударился головой и карандаш вошёл ещё глубже. Получился самопроизвольный контрольный.
Олег остался доволен. Он сегодня очень устал. На всякий случай он взял ещё один карандаш, развернул на себя голову мёртвого председателя и воткнул карандаш во второй глаз.

Осмотрев кабинет, он увидел много интересных вещей. В основ это были подарки от подрядных организаций. Но в виде трофея он решил взять трусики Татьяны. Они валялись тут же возле стола. Кружевные, бледно розового цвета, с парой еле заметных капелек мочи. Олег решил, что трусики тоже понравятся его дочери.

Когда он выходил из конторы, сердце его работало как самый мощный мотор на какой-нибудь ГЭС. Олег улыбался уходящему дню, самому себе и пению птиц.

Он шёл широкой походкой домой. Дома его ждала дочь Лидочка. Лидочка с раннего возраста увлекалась анатомией. Буквально на днях они с отцом, который любил её больше всего на свете, доели её мать (его жену). И теперь немного голодали. Лидочка ждала отца сидя на полу в коридоре. Она играла со скальпом матери, накрутка на него бигуди.

Отец с порога высыпал все богатства, которые он принёс. А ещё сказал, что сегодня он получил повышение. Ещё утром он услышал в голове голоса и потом получил его. Правда пришлось попотеть, обойти все кабинеты и получить визы. Но зато вон сколько подарков каждый ему отсыпал. Потому что ценят такого сотрудника. А еду, еду завтра поищем. Позовём соседку якобы по делу и будет у нас еда. И всё будет теперь хорошо, голоса не могут врать.